Добро пожаловать на ролевую по Bleach!



Мы предлагаем Вам написать свою историю войны между квинси и шинигами и создать свой финал многовекового противостояния.



Рейтинг игры: 18+
Система игры: эпизоды
Время в игре: Спустя 19 месяцев после завершения арки Fullbringer'ов




Администрация:



Модераторы:
Вверх
Вниз

Bleach: New Arc

Объявление

• Подробнее с событиями в Обществе душ, Уэко Мундо и Каракуре вы можете ознакомиться здесь.
• На форуме открыта игра "Песочные часы", где Вам предоставляется возможность отыграть события из жизни Ваших персонажей предшествующе основным событиям игры.
Акции
•Акция "Неизвестные страницы истории квинси" - временно приостановлена.
•Открыта акция "Не прощаемся с Экзекуцией" - в игру принимаются фулбрингеры.
•Открыта акция "Одно рисовое зерно склоняет чашу весов" - в игру принимаются неканоны - шинигами и Пустые.
•Акция "Срочно требуются!"
•Акция "Тени прошлого"
•Акция "Проводники душ"


Рейтинг форумов Forum-top.ru
Флудилка RPGTOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: New Arc » Wandenreich » Эпизод 8. Знай свое место


Эпизод 8. Знай свое место

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Название эпизода:
Знай свое место
Участники в порядке очередности:
Ishida Uryu
Jugram Haschwalth
Место действия:
Силберн, комната Исиды Урью
Время суток:
Ночь
Погода:
Затянутое облаками небо. Немного ветрено.
Описание эпизода:
Не успевает Исида Урью прийти в себя после злой шутки Кэндис Кэтнипп, запершей его наедине с Кристиной Бордман, как ему предстоит выдержать еще одну встречу. На этот раз с самим Грандмастером Юграмом Хашвальтом.
Рейтинг:
G
Предыдущий эпизод:
Ishida Uryu: Эпизод 6. Детки в клетке.
Jugram Haschwalth: Эпизод 1. Возвращение к истокам
Последующий эпизод:
Ishida Uryu:
Jugram Haschwalth: Эпизод 12. Солдаты Киплинга все ушли, но наступает и наш черед

0

2

Заледеневший Сильберн с его тусклой серебристой подсветкой, с белыми стенами и неожиданными поворотами ночью неприятно напоминал бесконечные коридоры Центральной больницы города Каракуры, но те имели куда более удобную, четкую планировку и лифты. Замок же был незнакомым, пугающим, нереальным. Все казалось сном, затянувшимся кошмаром, в котором хуже, чем привидения были живые тени, облаченные в белые плащи.
Как только Исида получил долгожданную свободу, он быстро поднялся со своего места, извинился, поблагодарил за книги (Урью даже не посмотрел на их названия, заверив, что все будет интересно) и, пожелав спокойной ночи, поспешил уйти. Квинси был рад, когда покинул комнату своей случайной собеседницы, отмечая, что негодяйка Кэндис сбежала так быстро, что и след её рейацу простыл в воздухе. Иначе он не был уверен в том, что не высказал бы ей все, что думает о подобных играх с чужими жизнями. И к черту всю вежливость, такое прощать было нельзя. Кинув взгляд на дверь, за которой осталась девочка-фельдшер, он почувствовал, как сердце сжалось от переживаний и осознания того, через что ей пришлось пройти.
Спрятав правую руку с книгами под плащ, Урью, быстрым движением поправив очки на переносице, поспешил вспомнить свой путь по этому лабиринту. Основная трудность заключалась в том, что распутывать его без путеводной нити по памяти нужно было в обратном порядке. Исида плохо помнил, как именно он добрался до своей комнаты, дорога была длинной и нервной, а, может и длилась всего несколько минут, сказать точно он не мог. Квинси, затаив дыхание и максимально подавляя собственную духовную энергию, постоянно прислушивался, не раздаются ли шаги за очередным поворотом, не слышны ли голоса, нет ли рядом какого-то огонька рейацу. Все время он был сосредоточен на том, чтобы не столкнутся с кем-то еще. Хватит с него «знакомства» с Базз-Би, Кэндис Кэтнипп. Приятным общением стала Кристина Бордман и её отец, но все равно он понимал, что его необдуманный и глупый поступок поставил под удар и насмешки эту замечательную семью. Оставалось надеяться, что все обойдется без серьезных последствий.
К счастью, на этот раз обошлось без приключений. Приятное разнообразие этого странного дня. И комната, безликая и холодная, теперь казалась довольно уютной… и надежной.
Глаза сузились, когда он заметил на столике, за которым до этого сидела блондинка, поднос с едой. Значит, в его отсутствие тут побывала прислуга.  К этой мысли было неприятно привыкать. Совсем не к месту вспомнилось то, что сказал Базз-Би – это была работа гемиштов. Его. А теперь кто-то чистокровный, вернее всего, презирая его всем сердцем, вынужден служить ему. Но не донес ли этот человек на то, что его нет? Тонкие брови сдвинулись к переносице. Недавняя отлучка казалась все более безумной, опрометчивой идеей.
Вздохнув, он прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Как ни странно, есть после такого напряженного дня не хотелось. А вот книги манили куда больше. Урью так и не получил ответы на свои вопросы, поэтому первым делом он перенес лампу к креслу, после чего снял давящий на плечи плащ, убрал его в шкаф и сразу же погрузился в книгу, увлеченный чтением…
Подросток вздрогнул и оторвался от чтения, когда дверь в очередной раз открылась, очень сильно надеясь, что это не Кэндис решила нанести повторный визит, желая узнать подробности сомнительного «свидания». Увидев  Хашвальда, он удивленно приподнял брови, меньше всего ожидая сегодня еще одной встречи с ним. Однако, после того общения в Каракуре, он понял, что с таким умным и проницательным собеседником нужно быть очень острожным. Если Базз-Би выскажет все в лицо, то понять, что именно думает обо всей ситуации этот штернриттер, было практически невозможно.
Что привело его сюда?  И почему он выглядит как-то не так, как в момент знакомства? Урью поднялся ему навстречу, положив книгу на подлокотник, дожидаясь, когда тот озвучит цель своего визита.

+1

3

Дверь в личные покои Исиды Урью открылась легко и совершенно бесшумно, что было весьма на руку всем тем, кто желал расправиться с новоиспеченным наследником (а таких желающих было много), и лишь легкий шелест плаща выдал присутствие Хашвальта.
Ничто происходящее в белых стенах Силберна не могло укрыться от взора Советника Императора. Хашвальт сразу же узнал о встрече-стычке Базз-Би с наследником и о короткой неудачной вылазке к тому в покои Кэндис Кэтнипп, которая не могла устоять перед искушением первой попробовать лакомый кусочек. Кусочек оказался ей не по зубам, и "Thunderbolt", судя по ее перемещению по Силберну вместе с наследником, решила отыграться за свою неудачу. И убить двух зайцев разом, приведя мальчишку к девчонке Бордман, с которой у Кэндис были весьма своеобразные и в чем-то сложные отношения. Девственность Бордман не давала покоя "Т", искренне убежденной, что если в 17 лет девчонка еще не была в объятьях парня, значит, она ущербная.
Кристина Бордман в силу своего характера и поведения могла произвести на Исиду приятное впечатление, если уже не произвела. Более того, они могли найти общий язык, а этого нельзя было допустить. Следовало принять меры, чем Советник и поспешил заняться.
Подойдя к креслу, Хашвальт наклонился и, взяв книгу, раскрыл ее нарочито небрежным жестом. На внутренней стороне обложки красивым изящным почерком были написаны инициалы Ch.B. Хашвальт позволил себе неуловимо приподнять уголок губ. Как поведет себя Исида Урью на такую вопиющую наглость с его стороны? Возмутится или же промолчит? В любом случае, Юграму разрешение "наследника" не требовалось.
- А ты не теряешь времени даром, Исида Урью, - Хашвальт говорил мягко, но любой мало-мальски знавший его квинси не повелся бы на подобные нотки.  Он позволил себе намек на улыбку, давая Исиде понять, что его вылазка не осталась незамеченной. - Итак, что ты можешь сказать о Кристине Бордман?
Когда ответ прозвучал, поверх книги легла тонкая папка, в которой содержалась вся информация о молодой Бордман.
- Ознакомься, - кивком указав на папку, Хашвальт отошел к окну и неподвижно замер возле него, ожидая выполнения распоряжения.
Пейзаж - серые сумерки, окутавшие обледеневший город, - не менялся вот уже на протяжение многих сотен лет. Менялся лишь его цвет, означая смену дня и ночи - от перламутрового до антрацитового. После бегства из родного мира, где все дышало, звучало и пестрело красками, это место казалось состоящим из смерти. Впрочем, это вполне соответствовало неприглядной действительности. Там, на его лицевой стороне, ярко светило солнце и дули яростные ветры, разнося по нему в зависимости от сезона дорожную пыль, опавшие листья или снег, трещали морозы и заунывно пели метели. Здесь же всегда царила промозглая сырость и температура оставалась неизменной. Здесь не существовало ни времен года, ни стихий, ни светил. Поначалу к этому было сложно привыкнуть, но у них было достаточно времени для этого. Главным было другое. То, что они смогли выбраться и выжить здесь вопреки всему, а значит, уже победили. Вот только не все это понимали.
- Не правда ли, любопытные способности? - выждав некоторое время, достаточное, чтобы изучить все бумаги, Хашвальт обернулся и внимательно вгляделся в лицо наследника, отмечая малейшие  изменения. Исида владел своей мимикой, но все же недостаточно хорошо, чтобы скрыть все свои мысли и чувства от того, кто оттачивал это мастерство даже не десятилетиями - веками. Родовая сила Бордманов - особое зрение - должна была стать неприятным сюрпризом для мальчишки. И Хашвальт не ошибся в своих расчетах. Для человека, привыкшего отгораживаться от других стеной скрытности (а Исида относился именно к этому типу людей), глубоко неприятно, когда его видят насквозь.

Отредактировано Jugram Haschwalth (2016-03-05 16:30:35)

+1

4

Подросток проследил взглядом за высоким статным мужчиной, без лишних слов, тенью проникнувшего к нему в комнату. О цели его визита он уже догадывался, но решил проверить свои предположения, потому что не понимал до конца, что именно происходит. Урью пытался разобраться во всем, но его познаний явно было мало, как и полезных сведений. Конечно, благодаря недавнему общению он кое-что осознал, но вполне мог совершить и множество ошибок.
Юграм оказался от него слишком близко, инстинктивно Исиде хотелось отшатнуться и отойти, но он себе не позволил этого сделать, смотря спокойно на то, как блондин изучает с улыбкой, явно не предвещавшей ничего хорошего, оставленную книгу. Он промолчал, прекрасно зная, что сам факт наличия этой вещи в его комнате говорит за себя. Что ж, вылазка, как он и предполагал молодой квинси (чем вообще в тот момент думал, когда согласился?!) не прошла незамеченной. Но что ответить на это Урью знал.
Странным было его замечание про «не теряешь времени даром». Будь он настоящим наследником, то как раз налаживание отношений, тренировка, пробуждение силы, знания были бы тем, чему он должен был посвящать все свое время с кратким перерывом на сон. А вместо этого его просто отправили к себе, оставив в состоянии полной неясности ситуации и с хаосом в голове.
– Его Величество не запретил мне общаться с квинси, и я предпочитаю проводить свое свободное время за чтением, – смотря ему в лицо прямым, честным взглядом. Ему нечего было скрывать, в отличие от того же Хашвальда. Отслеживал тот по реяцу или все это было прекрасно спланированным спектаклем для одного актера, он не знал, но не собирался изворачиваться. Чем он тогда будет лучше их?
На вопрос о Кристине Урью приподнял удивленно брови, не понимая, к чему тот клонит. И зачем ему вообще знать такое? Изощренный мазохизм? Его точно не касались отношения Исиды с кем-то. Он хмыкнул, представив, если бы задал вопрос о том, какое у Хашвальда впечатления о Базз-Би и других.
– Не думаю, что за такое короткое время нашего общения можно составить полноценное впечатление о человеке, – уклончиво и дипломатично ответил Урью. По лицу Хашвальда не было понятно, что именно он задумал и устроили ли его ответы. Исида внимательно посмотрел на него, отмечая, что он другой, особенно странными стали глаза, лучник был готов поклясться, что днем выражение его было совсем другим, более мягким и расслабленным. От этого становилось не по себе.
Он удивленно посмотрел на папку, не понимая, зачем ему изучать эту информацию, но после секунды оторопи кивнул, беря её. Брюнет проследил, как Юграм отошел к окну, чтобы не мешать, становясь статуей в полный рост. Красивый, гордый, ледяной и невозмутимый. В том, что Хашвальт  играл большую роль в Ванденрейхе, Исида не сомневался, вот только какую именно позицию он занимал в иерархии, приходилось только догадываться.
Урью раскрыл папку, вчитываясь. С его навыками быстро чтения и запоминания информации изучить её не составило труда. Досье было небольшим, но вполне емким и дающим представление о девушке. Оно впечатляло – Кристина действительно уже давно находилась на службе, и она не врала про мать и переъезды. Он еще во время общения почувствовал эту родственность. Точнее – они могли друг друга понять, и разговор с этой девушкой (17 лет! Всего на год младше, а так и не скажешь!) складывался, несмотря на ситуацию, довольно легко. Вроде бы ерунда, но в этом шатком мире приятно было, что кто-то действительно оставался собой. Во всяком случае, Исиде очень хотелось в это верить, пусть он и понимал, что все это могло быть ловушкой. Он нахмурился и побледнел, когда прочитал графу «Особенное». Такое возможно?! Как?! То есть Кристина видела все, что он чувствует? Исида долго всматривался в строчки, пытаясь осознать это. Было неприятно, что кто-то, может быть, читал его также просто, как и он вот этот файл, но с другой стороны, ему не в чем стыдиться. У него за все это время общения ни возникло ни одной грязной мысли, которой бы он мог оскорбить девушку…но все это было так странно. В голове вновь пронесся хаос. Он даже не представлял, насколько далеко в своем развитии шагнула раса.
Услышав вопрос Хашвальда, назойливо проникнувший в сознание, он с минуту молчал, потом произнес.
– Её способности поражают воображение,  – честно признался он.

+1

5

Хашвальт холодно улыбнулся последним словам Исиды. Поражают воображение, ну надо же.  Он мог бы ответить, что Исида провел в Ванденрейхе совсем немного времени и не видел еще ничего, действительно поражающее воображение – к счастью или, наоборот, к несчастью. Вместо этого он молчал, погруженный в свои мысли.
Причиной его прихода сюда была вовсе не Кристина – она волновала Хашвальта меньше всего, как и мнение Исиды о ее способностях.  Ему просто хотелось поближе взглянуть на человека, который ухитрился пережить Аусвелен и чем-то заинтересовал  Его Величество.
Зачем всесильной армии квинси вообще нужен был гемишт?  Его Величество не пожелал поделиться со своим советником этой тайной и Хашвальт не стал наставать – он хорошо знал свое место. Иногда ему казалось, что Бах просто развлекается,  приближая к себе людей,  в глазах которых светилась неприкрытая жажда мести и обещание воткнуть нож в спину. Взять того же Базз Би. Но Базз Би другой – открытый, понятный, простой как дверная ручка. А этот…  Одним меносам ведомо, какие мысли бродили у него в голове
Хашвальт, привыкший к тому, что каждый человек в Ванденрейхе был перед ним, как на ладони, со своими  мотивами, стремлениями, достоинствами и недостатками (не считая Его Величества, конечно) в последние дни ощутимо нервничал. Он не любил чего-то не понимать.
А еще он не любил безумных фанатиков.  Они были опасны. Исида Урью, явившийся в Ванденрейх без единого туза в рукаве, без  союзников, черт возьми, да даже без какого-то внятного плана, казался ему фанатиком с факелом – готовым развести пожар до небес, даже если в этом пожаре погибнет он сам.
О Хашвальте при желании можно было сказать много плохого, но параноикам он не был. Однако, когда все его инстинкты выли: «Опасность!» он предпочитал им верить.
-Тебе еще столько предстоит узнать и увидеть ,- негромко произнес он , наклонив голову,- главное - доживи.

+1

6

Пауза порядком затянулась, повеяло чем-то холодным и неприятным. Похожее чувство Исида испытал, когда его вывели перед всеми, и на него устремились сотни взглядов – удивленных, недовольных, злых, любопытных, полных непонимания и недовольства… Сейчас он понимал, что его опять изучали, на этот раз с большим вниманием и пытливостью. Базз-Би уже высказал ему все, что думает о его назначении, показав то место, которое в этом мире занимали гемишты, а теперь вот и Хашвальт явно настроен совсем не так благожелательно, как в их первую встречу.  Возможно, тоже сожалеет о его решении, принятом в Каракуре? Если бы кого-то здесь интересовало мнение Урью, то он тоже был не в восторге от того, что попал в Ванденрейх. Сложно сказать, как именно он представлял долгожданную встречу с вновь «обретёнными родственниками», которых считал давно погибшими, а себя – единственным, кто продолжает отстаивать и защищать честь рода квинси, неся на своих плечах бремя ответственности, но явно не так. Как именно – сказать было трудно, Исида никогда не был мечтателем. И еще он прекрасно понимал, что для всех них был предателем и отступником. Не приходилось сомневаться, что будущее противостояние будет жестоким и сложным, это Урью осознал ещё в тот момент, когда через Куросаки узнал о гибели лейтенанта Первого отряда. Думал ли он, что сможет изменить хоть что? Что такое один человек против системы? Песчинка на побережье. Капля в море. И всё же… Он должен что-то сделать. Должен.
День казался бесконечно длинным, странным и нелогичным. Урью прекрасно понимал, что даже если сегодня попытается лечь спать, то точно не уснёт. Слишком многое не давало покоя, слишком многое требовалось обдумать, но как-то так выходило, что не получалось сосредоточиться в полной мере на чем-то. Какой смысл в приходе Юграма? Что тот пытается ему показать, о чем поведать? Слова остриём меча разрезали повисшую тишину, Урью, чуть сузив глаза, скрытые за стёклами очков, тщательно обдумывал ответ. Любая информация может быть полезной.
Я всегда стремлюсь к новым знаниям, – ответил он спокойно и прямо, смотря ему в лицо. Но ему определенно не нравился ни тон, ни слова Хашвальда, ни даже то, каким было выражение его лица. Насколько Исида помнил, там, в Каракуре этот квинси выглядел совершенно иначе, сейчас черты лица стали жёстче, резче, изучающий взгляд отливал сталью и тьмой, а глаза, скрытые в тени ресниц, не смотрели так спокойно, немного отстранено, но с интересом, как раньше. Нечто подобное он видел в других глазах, таких же синих, как у него самого, но тут было определенно иное, чему трудно было подобрать определение. Даже улыбка Юграма и та была царапающей и холодной. Хотя возможно он знал причину: назначение Наследником именно его. Возможно, Император не посвятил его в свои планы? Или было что-то ещё? Урью не хватало информации, мысли метались. Была ли та выходка Кендис  спланирована заранее, или же об этом только сейчас донесли Хашвальду, и сейчас он был зол его поступком? Ему не нравится, что он, возможно, узнал или увидел что-то лишнее? Не понять.
Это угроза или предупреждение? – решил задать Урью прямой вопрос, чувствуя, что внутри смерзается всё, словно кто-то схватил и крепко сжал внутренности когтистой ледяной лапой. Звучала больше как угроза, но пусть уж раскроет свои карты, надоело играть в эти прятки в потёмках.  – Ты выглядишь совершенно иначе, чем раньше…  – всё-таки произнёс он, высказав ту мысль, что не давала покоя.

+1

7

Напуганным мальчика не выглядел. Скорее растерянным, хотя и пытался замаскировать свою растерянность безразличием и показной учтивостью. Хашвальт и сам когда-то был таким же.
Первые  недели в Силберне – впрочем, тогда у замка и названия не было, да и замком его можно было назвать с большой натяжкой, просто большая, на совесть построенная крепость, окруженная рвом,  были особенно тяжелыми.
  Император дал ему шрифт и глоток своей крови, назначил капитаном штернриттеров и на этом все. Никаких объяснений не последовало, ни для солдат, ни для самого Хашвальта и последний постоянно ловил на себе удивленные, а порой и полные откровенной неприязни взгляды.   Взгляды, которые говорили ему: «Ты здесь чужой. Ты нам не ровня». Разумеется, никто не осмеливался  попрекнуть его низким происхождением или отсутствием  силы, но Хашвальт понимал – если он утратит благосклонность  Императора, его разорвут на части. Иными словами, он был в том же положении что и молодой Исида, разве что жажды мести, которая питала бы изнутри и помогала справиться со страхом, у него не было. Была только черная, разъедающая сердце обида на отвернувшегося друга. Обида, которую они оба пронесли через столетия, как будто было в ней что-то хорошее.
- Это совет,- ответил Хашвальт,- В конце-концов,  Его Величество выбрал тебя для чего-то особенного. И что, позволь узнать, так сильно изменилось в моей внешности?
Впрочем, он помнил ситуации, когда собственные не узнавали его и шарахались – такое случалось после трех-четырех бессонных ночей подряд, когда Император отдыхал, а Хашвальт исполнял свои обязанности ночного правителя.

Отредактировано Jugram Haschwalth (2017-04-05 21:18:37)

+3

8

Исида Урью поймал себя на мысли, что, наверное,  именно так должна чувствовать себя марионетка, привязанная за тонкие ниточки к чьим-то пальцам, скрытым где-то там, над головой, за пределами видимости и по которым не понять, чьи они, и уж тем более, что затеял их владелец. Зависеть от чьей-то прихоти было новым и неприятным ощущением, к которому он никак не мог привыкнуть. Ему не на что было опереться и не у кого искать защиты. Друзья были где-то далеко, вернее всего, сражались в песках Уэко Мундо, защищая тех, кто недавно хотел их уничтожить, или же строили вместе с Урахарой планы по спасению Общества душ. В любом случае – не бездействовали точно. Да, где-то там в Каракуре остался ещё и отец, но обращаться к нему за помощью Урью бы никогда не стал, тем более сейчас, пусть у него и накопилось масса вопросов, но один ответ он уже получил – Рюкен знал, что именно происходит, но… выбрал нейтральную позицию, чёрт его дери! Как и всегда! Он так не мог! Младшему Исиде вновь приходилось рассчитывать только на себя и отыскивать свой собственный путь. Он не забывал о своей цели – прекратить всё это затянувшееся безумие, многовековое кровавое противостояние любой ценой. Хашвальт привёл его сюда, в этот странный мир чёрного и белого, в мир, где властвуют квинси под руководством Императора. В Ванденрейхе, даже в сравнении с Сейретеем, он чувствовал себя лишним, непонятно откуда взявшимся осколком другого мира, который как не приклеивай, не прикладывай – всё равно уже не приделаешь, а место стыка не отшлифуешь так, чтобы не было видно шва.
Синие глаза посмотрели пристальнее. Всего лишь… Совет? Урью помнил тот тон, каким были произнесены слова Юграма. Сомнительно. Но что ж. Пусть так. Спорить было бесполезно.
Спасибо, я его учту, – рука машинально потянулась к очкам, поправляя их на переносице. Слова Хашвальда в лишний раз подтвердили, что такое отношение  связано с его назначением… Вот только на зависть это было похоже меньше всего. Скорее, снисхождение… и презрение? Бах ничего не сказал ему в ответ, лишь намекнув об его уникальности, приказал следовать за ним, не задавая вопросов. Но у Урью их было множество, а главный – та роль, которую отводил для него Император.  Он вступил в эту игру с плохими картами, и теперь тонул, не зная как избавиться от этого блефа.
О чём именно… –  Исида интонационно выделил последнее слово и продолжил, смотря на него с не меньшим вниманием, чем раньше: –  ты хотел со мной поговорить? – возможно, это звучало грубо, но вряд ли только дело Кристины или его ночные блуждания по Ванденрейху стали настоящей причиной столь неожиданного и позднего визита. На последний вопрос было трудно сформулировать ответ сразу. Этот разговор напоминал хождение по болоту без шеста, каждое новое слово – это шаг, который нужно сделать правильно, иначе можешь провалиться в трясину ещё глубже. Глупым казалось перечисление всех тех отличий, которые он наблюдал. Зрительная память выдавала тот образ Хашвальда, каким он был при первой встрече, а сейчас тот выглядел как дарк-версия самого себя. Или в замке квинси он всегда был таким? Нет, все-таки в тот момент, когда Урью видел Хашальда в последний раз – а именно на общем собрании – тот был таким же, как в Каракуре. Мелькнула даже мысль о близнеце, но Исида отмёл её сразу как несостоятельную.
–  У тебя другой взгляд, выражение  лица… Ты как будто совершенно другой человек, –  заключил он, смерив его в очередной раз изучающим взглядом.

+1

9

Учтет он.
Достаточно одного взгляда, чтобы понять, что  Исида Урью мало что способен учесть.
Для этого у него слишком мало информации.
Хашвальт смерил мальчишку бесцветным, ничего не выражающим взглядом.
–  У тебя другой взгляд, выражение  лица… Ты как будто совершенно другой человек, – последнее, что он ожидал услышать от Исиды – это рассуждения о своей внешности. Или мальчишка просто хотел сменить тему? Видно было, что ему неуютно, но Хашвальта это устраивало.
Это Сильберн. Быть начеку – значит, выжить. А значит, пусть будет начеку. Пусть боится.
Взгляд Исиды задерживается на мгновение – будто пытаясь что-то разглядеть.
Бесполезно. Бесполезно объяснять, бесполезно спрашивать, бесполезно…
Но Хашвальт все же попытался:
- И это все, что беспокоит тебя? Моя внешность?
Захотелось смеяться. Неужели мальчишка совсем не понимает?!
Подавив смех, Хашвальт невольно глянул в темный проем окна.
Ночь. Тяжелый, непроницаемый мрак давит на стекла. Вот-вот по ним побегут трещины – и мрак заполнит комнату, поглотив и его, Хашвальта, и этого непутевого мальчишку.
Наследника Императора.
Штернриттера «А».
А и Б сидели на трубе…
Кто пропадет?
Хашвальт сделал шаг, глянул на свое отражение – н-да, краше в гроб кладут, - в очках Исиды Урью.
Единственного штернриттера, чьих стремлений он не мог увидеть.
И это было опасно.
И не только для него.
- Я не знаю, каковы твои истинные мотивы… - Хашвальт старательно выделил голосом слово «истинные», внимательно всматриваясь в глаза Исиды.
Помолчал, огляделся слегка растерянно, будто только осознал, где находится, и опустился в кресло, давая понять, что разговор только начался.
- Что заставило тебя пойти за мной, Исида Урью?
Ответит? Неужели ответит?
Не дожидаясь ответа, Юграм продолжил:
- Надеюсь, ты осознаешь – хотя бы примерно – насколько ты слабее любого из штернриттеров. И насколько глупым с твоей стороны будет любой конфликт с кем-либо из них?
Если мальчишка сумеет придумать, как можно не вступить в конфликт с Базз-Би, желающим именно конфликта, Хашвальт даже  готов поверить в его исключительные способности.

Отредактировано Jugram Haschwalth (2017-05-17 00:19:29)

0

10

Человеческая память не бывает идеальной. Подобно любой компьютерной программе она порой способна подбрасывать своему обладателю разные сюрпризы, выдавая сбои. Эффекты дежавю, забывчивость – это только верхняя часть айсберга. Однако Исида Урью никогда на свою тренированную память не жаловался, и уж точно не был похож на некого недошинигами, который запоминал кого-то только после сильной встряски, пинка или конфликта. И сейчас, смотря в лицо своего собеседника, он одновременно узнавал его и не узнавал. Что-то неуловимо изменилось.  Что-то тёмное и можно даже сказать демоническое проявлялось в Хашвальде. С виду ангел оказался сейчас настоящим Мефистофелем, скрытым злодеем, неожиданно проявившаяся сущность которого проглядывала точно также, как в горящей свече сквозь воск становился видимым фитиль. И это непонятное содержимое, пугало, вызывало чувство непонимания и страха. До этой новой встречи у него все-таки возникло какое-то ощущение, что пусть они никогда не станут друзьями, но хотя бы не будут доставлять проблем друг другу, а теперь… начиналось казаться, что по сравнению с Базз-Би – именно Хашвальт и есть тот камень преткновения, на который ему придется постоянно натыкаться.
Юграм ответил на его замечание о внешности холодно и невозмутимо, но в голосе чувствовалась насмешка. У всего этого есть какое-то объяснение, Определенно. Исида это осознает, но ему не хватает ни знаний, ни понимания. У «наследника» много вопросов, вот только вряд ли кто-то станет на них отвечать.
Как раз наоборот. Но такие изменения во внешности показались мне странными. Как будто передо мной совершенно другой человек. Не важно. 
Что ж, бесполезно пытаться выжать воду из камня. Бесполезно пытаться получить информацию у того, кто обладает властью над тобой. Этот урок он усвоил ещё в общении с отцом. И когда квинси напротив смотрит в окно, то Урью вспоминает нелегкие минуты разговоров с Рюкеном. Подросток сильнее сжимает губы и сдвигает брови к переносице. Он сдерживает дрожь, когда мужчина делает шаг к нему. Хочется отступить на тот же шаг или даже несколько, чтобы расстояние, разделяющее их, осталось прежним, чтобы было легче дышать, чтобы уверенность не оставляла его, но это – слабость. Недопустимо. Урью остается на месте, чувствуя его леденящий, пронизывающий взгляд. Он ощущает себя  птичкой на лабораторном столе, которую собираются препарировать, чтобы узнать, как она устроена. Горло пересохло. Он сглатывает, понимая, что именно сейчас начинается основная часть разговора. Хашвальт был подобен хищной акуле, которая сначала делает широкие круги вокруг своей жертвы, неспешно, постепенно сужая расстояние, и только потом наносит один точный и смертоносный удар.
Что привело сюда Хашвальда? Тот же интерес, что прошлых звёздных рыцарей? Непонимание? Или же у того были какие-то мотивы? Что ж, наверное, в той же мере, что и Юграм не понимал его действий, Урью не понимал всего начавшегося водоворота событий. К счастью, изучение его как экспоната в музее продлилось недолго. Мужчина устроился в кресле, Исида, помедлив, решил, что вполне имеет право поступить также, поэтому сел напротив него у небольшого стола, закинув ногу на ногу. В этот раз хотя бы точно можно быть уверенным, что к нему никто не станет приставать, как Кэндис. А в остальном…Брюнет еле сдержал хмыкание, услышав первый вопрос. Хотелось в отместку поинтересоваться, неужели после всех сегодняшних событий его собственные мотивы были для правой руки Императора главной причиной для беспокойства? Вряд ли. Всего лишь прощупывание почвы. Будь эта встреча три года назад, Урью бы полный жажды мести шинигами и стремления жить как настоящий квинси, отправился бы в Теневой мир только бы ради встречи со своей расой, желая восполнить нехватку общения, но сейчас… Он понимал, к чему ведет такая политика новоявленных родственников, и ему это совсем не нравилось. Лицо Хашвальда оставалось все таким же тёмным, невозмутимым и ледяным. Нет, все-таки не игра теней стала причиной таких изменений. Неужели дело только в его назначении?
Не думаю, что мои мотивы и желания имеют хоть какое-то значение теперь. После решения Его Величества.
Он всё ещё никак не мог привыкнуть произносить этот титул, как и чувствовать себя зависимым от чьей-то воли, подчиняться власти. Урью к такому не привык. В случае с Рюкеном он мог поднять мятеж, но не сейчас, когда выбора не было. Опасная игра. Синие глаза смотрели настороженно. Теперь не оставалось ни какого сомнения в том, что Хашвальт знает обо всех встречах, которые произошли в течение этого вечера… Что ж, теперь ничего не изменить, но и оправдываться он не собирался.
Вот как…  – он помолчал, потом продолжил. – Только уровень силы не всегда имеет значение. Возможно, это прозвучало слишком нагло и самонадеянно, но запугивания мифическими чудовищами ему уже порядком надоели. За свою короткую сознательную жизнь Исида Урью уже тысячу раз слышал слова о том, насколько он жалок и бесполезен, так что ничего нового о себе не узнал.

Отредактировано Ishida Uryu (2017-09-02 14:59:56)

0

11

- …такие изменения во внешности показались мне странными. Как будто передо мной совершенно другой человек. Не важно.
- Не важно? – взгляд Хашвальта стал хищным. – Ты так легко отступаешь? Не лучшее качество для человека, которого его величество выбрал своим преемником.Или – наоборот? Податливая глина гораздо легче в обработке, добавь жидкости, и лепи, что хочешь. Воды. Или крови. Глине все равно. – Впрочем, ты изменишься,  Урью Исида.
Хашвальт сощурился:
- Каждый из нас – и ты тоже, нравится тебе это или нет, связан с Его Величеством неразрывной нитью… Даже смерть не прервет этой связи. И каждого из нас – по воле его или против нее  - эта связь изменяет. – В голосе появилась едва заметная горечь. – Мы становимся теми орудиями, которые необходимы его Величеству. - Лицо Хашвальта не отражало ни единой эмоции, лишь на дне льдисто-прозрачных глаз трепетала малозаметная искра – не то намерение, не то отчаяние. Он и сам бы удивился, если бы ему об этом сказали.
Но Император назначил себе другого преемника.
И это – шанс.
– Не думаю, что мои мотивы и желания имеют хоть какое-то значение теперь. После решения Его Величества.

Для того, чтобы понять, насколько мало восторга вызывает у мальчишки идея подчинения кому-то, не нужно всевидение.
Однако – коготок увяз – всей птичке пропасть. С той минуты, как губы Урью Исиды коснулись края керамической чаши, выбора у него больше нет.
По губам Хашвальта скользнула едва заметная кривая усмешка. Не имеют значения?
Как же, как же…

- Я очень надеюсь, что ты все-таки не столь глуп, как кажешься – или хочешь показаться,  Урью  Исида. – Хашвальт откинулся в кресле, прикрыл глаза, рассматривая мальчишку из-под полуопущенных ресниц. Что? Что в нем такого? Зачем он нужен? Его лояльность – не вызывает никаких подозрений. Не может вызывать подозрения то, чего нет. Рычаг давления на – кого? Кому нужен упрямец Исида  Рюкен? Или  - кому опасен? И чем? Его способности? Устаревшие техники, способные скорее навредить тому, кто ими пользуется, чем его противнику.
Кстати, интересно, как все эти анахронизмы станут взаимодействовать со шрифтом?
Впрочем, это тоже станет понятным – со временем.
Временем, которого нет.  Ни у тебя, ни у меня.

События несутся с неотвратимостью тяжело груженного состава.
Кто сумеет стать на его пути?
Кто посмеет?
Кто устоит, если поезд, не вписавшись в крутой поворот, скатится под откос?
Хашвальт кивнул Исиде.
- Сила – безусловно, не самое важное. Куда важнее то, как ты используешь свою силу, свои способности. У тебя может и вовсе не быть никаких способностей… Я не об этом.
Мало кому понравилось твое назначение, как ты мог заметить. Врядли кто-то станет уважать тебя лишь по причине твоего несправедливо – с их точки зрения – высокое положение.
Ты не можешь сделать этих людей своими друзьями. Да и не нужно.
Но стоит попытаться не сделать их своими врагами, Урью Исида.

[NIC]Jugram Haschwalth[/NIC]
[STA]Грандмастер Ванденрейха[/STA]
[AVA]http://forumavatars.ru/img/avatars/0016/e7/61/58-1487963704.png[/AVA]

0

12

Хашвальт, взгляд которого сейчас напоминал взгляд хищной птицы, определившейся со своей жертвой и уже выпустившей когти в её сторону, накинулся на него с ответными колючими и едкими вопросами, которые были покрыты холодом и насмешкой точной также, чем трава после заморозков инеем. Бесхребетный? Слабый? Легко поддающийся давлению? Едва ли… Урью, лишь сузив сильнее глаза, смотрел на него, пытаясь понять, что Юграм замыслил. Губы дернулись, с них хотели сорваться колючие и едкие слова, но он сдержался, решив перенять его тон.
Хочешь сказать, что я могу тебе приказать… –  он особенно выделил это слово, ему самому это казалось смешным, –  ответить мне на тот вопрос? Сомневаюсь, что у меня есть такое право. Как и какое-то другое. Хотя мне кажется логичным, что поскольку я жил в другом мире, то кто-то должен ввести меня в курс дела…
Даже гостя и того принято проводить по комнатам и показывать то, где ему временно придётся располагаться, не говоря уже о «наследнике» этой Скрытой Империи. Устройство, личное знакомство с каждым штернриттером, вот только ничего этого не было и, вернее всего, не предвидится.

«Запомни, Урью, если мои решения кажутся тебе странными, то скорее всего ты просто не знаешь их истинной причины».

Исида понимал, что ему во всем этом странном спектакле отведена не самая лучшая роль… Он побледнел от следующих слов Юграма. Он не собирался меняться, подстраиваться под кого бы там ни было. Во всяком случае, долго. Не собирался выполнять приказы и плясать под чужую дудку. Его противостояние с Рюкеном началось уже давно, и, признавая власть родителя поначалу, Урью все равно оказывал сопротивление – делами, словами, поступками. Вызовом было как посещение Учителя, так и каждый самостоятельный шаг в сторону квинси. Но сейчас речь шла не об отце, а об Императоре всех квинси, развязавших войну, обладающих огромной силой и властью… и в подчинении у которого он сам оказался. Но что тут можно сказать? Как можно защититься от такого натиска?
Слова врезались в память, оседали там неприятным осадком, от которого становилось мутно и мерзко. Сможет ли он остаться верным своим принципам, сможет ли сохранить гордость и честь? Вопросы без ответа. Он тяжело сглотнул липкую слюну, чувствуя, что невозможно также просто отринуть то мерзкое ощущение, что обволакивало и затягивало точно также, как неосторожное насекомое смола в вечную ловушку янтаря. За словами Хашвальда отчетливо был виден силуэт чего-то по-настоящему жуткого и тёмного, как в фильме ужасов. Ловушка? Замок, полный призраков и нечисти? И… что за… Связь? Только ли как правителя со своими подчиненными или что-то ещё? Кто все они? Послушные винтики в механизме? Марионетки, которых Император дергает за ниточки? Хочет ли Юграм его только запугать или предупредить? Всё – обманчивый морок, болото, зыбучие пески. Сложно представить, сложно сложить картину из разрозненных кусочков, ещё сложнее понять те намёки, что давал ему его странный ночной собеседник.
Подросток поджал губы, морщась от следующей фразы.  Что ж, пусть считает его глупцом. Время покажет, кто и кого сможет переиграть в этой странной игре. А пока – придётся проглотить и это обвинение, как, наверное, ещё сотни впереди. Но вот предупреждения в его высокомерных словах Исида не видел, скорее запугивание и попытку придавить. Опять тоже самое предубеждение? В воспоминаниях чётко возникло искривившееся от злости и презрения лицо Базз-Би, надсмехавшегося над ним.
Слова Императора о том, что он «единственный гемишт, который смог пережить мой аусвелен…», которые можно было вписать для себя как в некую заслугу, противостояли высказанной позиции Базз-Би, которую, наверное, разделяли и все остальные обитатели замка: «Заруби себе на носу, принцесска, ты не имеешь никакого права называть себя квинси. Ты гемишт. Ге-мишт».
Вот как... Никому не понравится высокое положение… бывшей прислуги? Гемишта? Каждый из которых для вас мусор? Ты это мне хотел сказать? Не утруждайся, Базз-би опередил тебя.  Но я никогда не был слугой или рабом,– он всё-таки высказал это, а после задал прямой вопрос: – Неужели слова Его Величества ничего не значат для всех квинси? А для тебя?

+2

13

…я могу тебе приказать ответить мне на тот вопрос?
- Можешь. – Хашвальт усмехнулся – скорее одобрительно. Все же мальчишка не безнадежен – вот, уже пробует на зуб.  Он, склонив голову набок, изучающе рассматривал Урью. Тот лишь сильнее сощурился, пронизывающе глядя на Хашвальта:
- Сомневаюсь, что у меня есть такое право. Как и какое-то другое.
- Не сомневайся в своих правах, Исида Урью. Ты – наследник Императора, такова была его воля, в, если ты сам сомневаешься в своем праве, чего тогда ждать от остальных?
Ты стоишь столько, во сколько ставишь себя сам. Не больше. Запомни это.

Хашвальт смерил мальчишку взглядом. От него не укрылась настороженность Урью. 
Да, Урью, ты прав. Тебе есть чего бояться – я знаю это лучше кого бы то ни было. И я прослежу, что бы ты занял место, отведенное тебе Императором.
Это в моих интересах.
Знать бы еще, в чем заинтересован ты сам?

- Тебе неприятны мои слова? Уверяю тебя, слова – не камни, не ранят.  Бойся не слов, Урью Исида. Бойся  темноты. Ночи бойся. Себя самого, своих надежд, своих страстей, своих привязанностей.  Своих мыслей. Неверных решений.  Император узнает о твоих мыслях раньше, чем ты их толком успеешь подумать. Ты понял меня? – Хашвальт пытливо всмотрелся в побледневшее лицо Исиды Урью. 
Ничего ты не понял.
Жаль.
Впрочем, оно и к лучшему.

- А чего ты ожидал? Ты возник, как чертик из табакерки, и в мгновение ока был вознесен так высоко, как никто из них не смеет даже мечтать. –  Хашвальт рывком поднялся, сделал несколько шагов по комнате, подошел к окну, вглядываясь в непроницаемый мрак – и демонстративно, почти с вызовом, повернулся к темноте спиной.
- Базз-Би… - рука невольно потянулась к рукояти меча, пальцы скользнули по вплетенной в обмотку пуговице с литерой «В» - задумывался ли кто-нибудь в  Сильберне, что эта буква не имеет ни малейшего отношения к его шрифту?
Впрочем, знают об этом лишь трое.
И Он – никогда не забудет.
А значит, лучше забыть самому.
- Базз-Би -  едва ли не самое малое, о чем тебе стоит беспокоиться, поверь мне.  И слова Его Величества не сделают достойным человека, если цена ему – грош. Независимо от его происхождения. Ты сам должен определить свое место.
Я отвечу на твои вопросы.

Я даже постараюсь сделать это честно,  Урью Исида.
Последний шанс мой.

+1

14

Все знают, что нужно делать, когда обрушивается холодный разящий дождь: прикрыть голову книгой или пакетом, спрятаться как можно быстрее, переждать или постараться добраться домой. Только из окна наблюдать за неистовым танцем струй, пожалуй, неплохо. В такую погоду завзятые одиночки, идиоты да те, кто потерял смысл своего существования, гуляют под дождём даже без зонта. Но что делать, если этот дождь обрушился на тебя внутри? Урью не знал и не пытался найти ответ на этот вопрос, но прекрасно понимал, что отпираться, когда Хашвальт выдал ему карт бланш– становится всё глупее. Не он ли недавно говорил, что «хочет» знать больше? Не он ли «жаждал» знаний? Но тут же он чувствовал огромный подвох: ничто не раскрывает человека лучше, чем его беспокойства, желания, стремления… Даже матёрые шпионы в критической ситуации могут назвать своё настоящее имя или выдать секретную информацию, так что… о чём бы таком спросить, чтобы вызвать как можно меньше подозрений, но в тоже время узнать что-то действительно полезное для себя? Юграма, пожалуй, эта игра даже забавляла – слишком уж довольная усмешка скользнула по его губам, слишком занятным было его наблюдение за столь необычным «объектом».
«В тебе есть то-то, что способно превзойти мою силу».  
Хотелось хмыкнуть, чтобы выразить свои эмоции. Будь бы Исида менее сдержанным – то, пожалуй, стоило бы рассмеяться от души. Почему-то в этот момент очень ярко представилась реакция Куросаки на его назначение «наследником» – сначала недоумевающее лицо, а потом хохот «де, кому такая дурь в башку пришла!!», выражение лица Рюкена, пожалуй, сместилось бы с обычного холодного с неким непониманием, как вот это вот может быть его сыном, к презрительно-насмешливому. То, какой фальшью отдавали слова Хашвальда о том, кто он есть, даже говорить не стоило. Да, этот новоявленный «Принц» не то, что сомневался в себе, он был уверен, что это всего лишь часть какого-то непонятного плана. Юграм, возможно, знает о том, что ему уготовано, так что… чему удивляться? От того, сколько бы актера на сцене не назвали Храбрым сердцем – храбрее тот не станет, а Исида… прежде всего он собирался оставаться собой. И что-что, а цену он себе знал, но не собирался доказывать кому-то. До того момента, как квинси начали войну, Урью жилось вполне прекрасно – и всё, чего бы он действительно хотел, сводилось к тому, чтобы вернуться в прежнюю жизнь, но он и не отрицал развития такого варианта сценария, когда на кон придётся поставить собственную жизнь.
И плевать он хотел. Что на Базз-Би с его неуемной одержимостью, переходящей в дурость (Куросаки два, что уж там, квинси версия), что на всех штернриттеров, что на… Хашвальда и Императора. Они были все для него «никем», и если те испытывали к нему ненависть, презрение или злость, то он скорее – равнодушие, чем интерес.
Урью проследил за тем, как Юграм резко поднялся, отошёл к окну, потом вновь посмотрел на него. Подобная театральность ему была хорошо знакома. Ещё он отметил, как тот прикоснулся к своему мечу, когда заговорил о Базз-Би. Угрозы в этом для него самого было не больше, чем в выдохе, но… это свидетельствовало как минимум о сложных отношениях между этими штернриттерами. Исиду вдруг заинтересовала мысль, чего же было всё таки больше в словах Хашвальда – запугивания или «поддержки», обдумав весь разговор, Урью склонился к мнению, что всё-таки первого. Если Император действительно знал, о чём он думает, то тогда его роль во всех этих событиях предрешена изначально, а если нет – то он будет ждать подходящего момента. Пауза затягивалась. Исида это чувствовал прекрасно, но уже специально оттягивал момент, потом поднялся – конечно, смотрелось это не так внушительно, как манёвр Хашвальда, но, тем не менее, сидеть в кресле в такой момент посчитал неуместным.
Что ж…  – Урью сделал вид, что поверил словам Юграма. – Для начала я бы хотел знать, на какой стадии сейчас война с шинигами, и что происходит в Уэко Мундо. Ещё мне бы хотелось узнать больше об устройстве Ванденрейха и о своем роде. Раз уж я наследник .

+6

15

Хашвальт заметил, как Урью на мгновение задержал взгляд - в стеклах очков отразилась рукоять меча.
Ты наблюдателен. Это хорошо. Наблюдательность – не самое бесполезное качество, когда предстоит выживать в  Сильберне.
И все же царапнуло досадой – мальчишка может стать опасным.

Ветер за окном усиливался - в спину потянуло холодом.
Как чужой взгляд между лопаток.
Как ожидание стрелы.
Знакомое ощущение. 
Хашвальт усмехнулся – краем рта, едва заметно, тот, кто не знает его хорошо, и не разберет, внимательно  глядя на собеседника из-под ресниц.
Лицо Исиды неподвижно, как маска.  Слишком спокойное. Выражения глаз не разобрать  за бликующими стеклами.
Да и бог с ним.
Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять – им не стать ни соратниками, ни союзниками.
Ни врагами.
Да  и не нужно.
У них попросту нет на это времени – до завершения осталось несколько дней.
До победы?
Или – поражения?
Не важно.
В данном случае это – одно и то же.
Однако, пауза затягивается.

Резко встав, Урью требовательно смотрит в глаза, швыряет вопросы – в лицо, как скомканную перчатку.
Ты вызываешь меня, мальчик?
Не нужно.
Мы и так стоим – одни против неба.
Каждый на своей стороне.

- Война? Пат. Мы разбили армию Готея, Сейрейтей пал.  Синигами укрылись где-то в Руконгае.
Измерение Короля, увы, по-прежнему недоступно.
- Я  обещал отвечать честно, помнишь, Исида Урью?  Только что тебе проку в моих ответах?А что в данный момент происходит в Уэко Мундо, мне и самому пока неизвестно. –  Искушение пригласить Исиду  присутствовать при отчете поисковой группы почти неодолимо.  Хашвальт внутренне усмехнулся, представив себе выражение лица Базз-Би, вынужденного отчитываться при нем.
Нет. Ни к чему.
Напряжение и без  того растет, будто под ними вот-вот разверзнется вулкан.
- Я предоставлю  в твое распоряжение досье на род Исида. Вас устроит, Ваше высочество? – Хашвальт перешел на официальный тон.  – Извините.
Как глупо получилось – Урью пришлось напомнить ему, Хашвальту, кем он является.
- Ванденрейх? Что именно Вы хотели бы узнать?

+2

16

«Честный ответ можно получить только на честный вопрос. Иначе получится бессмыслица. Ни ответ без вопроса, ни вопрос без ответа ценности не имеют. А потому, пока ты не спросил, никто тебе отвечать не будет».
(с) Йозеф Эметс

Исида был уверен, что готов ко всему, что скажет ему Хашвальт, но как только прозвучали первые слова, он вздрогнул, побледнел и широко распахнул глаза: такого он точно не ожидал. Шинигами… разбиты? Шинигами уничтожены?! Как такое возможно?! Эти два слова никак не хотели вставать рядом, не хотелось в них верить, но на лице Юграма не было ни намека на шутку. Да и никому в здравом уме не придёт в голову, что вот этот звёздный рыцарь вообще имеет чувство юмора. Часть проводников всё-таки спаслась, но смогут ли они противостоять Рейху? Смогут ли найти в себе силы вести дальше войну? У них нет выбора, но хватит ли сил? Хотя…а чего ещё следовало ждать, когда только за 5 минут 7 солдат Незримой империи смогли уничтожить 106 солдат и одного лейтенанта Общества душ… Исида прекрасно помнил тот разговор с Аконом и уже одни эти цифры сильно повлияли на его решение: за всю Зимнюю войну с Айзеном не было таких потерь. Ванденрейх – это действительно жестокая и хорошо отлаженная машина для убийств, способная своими гусеницами перепахать все миры. Это не война, это бойня, истребление…
Кто бы сказал раньше, что он так будет переживать за шинигами, то он бы жёстко высмеял его, а теперь Урью понимал, что действительно нужно для сохранения жизни, баланса и мира. В памяти всплыли лица всех тех воинов, с которыми он когда-то встречался, общался или сражался плечом к плечу. Кучики Рукия, Кучики Бьякуя, Абарай Ренджи, капитан и лейтенант Куротсучи (вот что-то, а в случае гибели первого он уж точно не станет переживать), Унохана Рецу и шинигами четвертого отряда, с которыми он неплохо проводил время… Кто из них выжил? Кто остался? Нет, нельзя об этом думать…
«Квинси нужно остановить. Императора нужно остановить. Любой ценой».
Он сжал веки чуть дольше и сильнее, чем хотел, только потом открыл глаза. Рука потянулась к пентаграмме, но Урью вовремя остановился, вспомнив как несколько минут назад также выдал себя Юграм. Он сглотнул и заставил себя переключиться на другие слова. Вести об Уэко Мундо были обнадеживающими – если Хашвальту было ничего неизвестно, то Куросаки, Иноуэ и Ясутора отлично справляются со всем. Значит, с ними всё в порядке, значит, они успешно справляются со своей задачей… Могли пустые стать в этой войне на сторону шинигами – вопрос, но то, насколько Ичиго умеет переламывать ситуацию в свою пользу Исида знал не понаслышке. Что ж, каждый из них будет делать то, для чего подходит больше всего. Цель у них одна. Что ж, пусть так… Цифры требовать нет смысла… Тогда что? О чём спросить?
Его молчание затягивалось. Молчать опять было нельзя…
Благодарю за информацию… Хашвальт, почему сейчас ты обращаешься ко мне так официально?  – произнёс он, зацепившись за то, что резануло ухо в последнюю очередь, но с чего было проще начать. Его «Вы» звучало как оскорбление, да и не привык он к такому «уважительному» обращению, тем более что они как-то сразу перешли на «ты», впрочем, это не делало их даже подобием друзей – Юграм по издевке судьбы должен был общаться с тем, кто для всех занял его место… Какое же, наверное, отвращение он к нему испытывает, но для Урью это не имело значение – Хашвальт на него хотя бы не кидался, как Базз-Би, а ещё мог быть хоть и не очень надёжным, но все-таки источником информации.  Досье на Исид – лучше просто не придумаешь, пусть даже, возможно, это будут документы с купюрами или искажениями. Он хотел знать правду, даже если Рюкен её так тщательно скрывал. Точнее, особенно потому что отец так её скрывал. – Да, досье меня устроит,  – но подросток не удержался от вопроса о том, что хотел бы знать сейчас. – А Исиды тоже когда-то жили в Рейхе? Ты общался с кем-то из них? И да, меня интересует устройство и история Вандерейха, поскольку мои… родственники не посчитали необходимым, чтобы я что-то о нём знал… «Но лучше всего – сведения, как вас всех одним махом отправить в небытие…» – пронеслась шальная мысль, после чего он перешёл к главному, пусть ему было известно не так уж много, но война с Айзеном Соуске сделала некую информацию доступной и ему.  – И да, ты сказал об «Измерении Короля» – это и есть главная цель Его Величества? Разве оно вообще существует?

+2

17

Изумление Урью царапает, как металл по стеклу.
Мальчишка все же недостаточно владеет собой, чтобы, не меняясь в лице, узнавать о гибели своих друзей.
Это плохо.
Впрочем, Хашвальту тяжело судить об этом – у него друзей, почитай, что и не было никогда.
У него вообще никого не было.
Только Базз-Би. Когда-то.
Только Его Величество - сейчас.
Только он сам – и пуговица, вплетенная в обмотку рукояти меча.
Но если Урью хочет выжить – впрочем, неважно, чего хочет Исида Урью, важнее, чего хочет сам Хашвальт – то ему придется научиться держать себя в руках.
- Не стоит так переживать по этому поводу. У нас еще есть время выследить их и уничтожить. – Ну же, не разочаруй меня, Урью Исида! – Хашвальт внимательно смотрит в глаза Урью, будто шепча взглядом: - Молчи!
С одобрением видит, как тому все же удается справиться с собой.
Тебе не за что благодарить меня, Урью Исида. Придет время – и ты будешь меня проклинать – если успеешь.
Я надеюсь, что успеешь.

- Досье будет доставлено, сейчас или утром – как будет угодно. – Хашвальт вздыхает, украдкой потирает висок.  Не о том ты спрашиваешь, Урью Исида, не о том. – Жили? Нет, насколько мне известно, Исида всегда держались в стороне, предпочитая оставаться в мире, а не в отбрасываемых им тенях. Впрочем, это не мешало им присылать своих наследников на обучение, а некоторым из них – и самим преподавать в академии. – Хашвальт вспомнил Соукена Исиду.  Принципиальный, несгибаемый, правильный какой-то – тот никогда не шел на компромисс со своей совестью.
На чем и погорел.
Поганец Базз-Би наверняка мог бы рассказать об уходе Соукена больше, чем Хашвальт, но врядли Урью будет  его спрашивать.
Хашвальт усмехнулся.
Оно и клучшему.
- Вы должны привыкать к своему статусу, Ваше Высочество. Я ведь уже говорил вам – ваше положение во многом зависит от того, как вы себя поведете.
Простите.

Хашвальт мог бы посочувствовать Урью – он, как никто более, мог понять сейчас его растерянность и удивление.
Он помнит – все еще ярко,  даром что прошли века –свои первые дни в Сильберне, назойливо-заботливого, осточертевшего до хруста в  суставах Хюберта, с его участливым взглядом и тихим вкрадчивым голосом, всегда оказывающегося рядом. В те моменты, когда он необходим. В те моменты, когда только его и не хватало.
Всегда.
Единственного – кроме самого Императора – кому действительно была небезразлична его судьба.
Его собственного предшественника.
Как он сам станет предшественником Урью.
Только  в отличие от Хъюберта, он не может  позволить себе роскоши погибнуть в этой войне.

Хашвальт обрывает мысли – кажется, он увлекся.
Хъюберт – мертв  давным давно, на пороге  - новый мир, и стоит приложить максимум усилий, чтобы этот новый мирхоть на малую толику оказался счастливей предыдущего.
Хотя бы для него.
Для них.

- Об устройстве и истории книги расскажут гораздо лучше меня, впрочем, если вы желаете узнать что-то конкретное – Хашвальт понимающе улыбается, поймав на мгновение вспыхнувший ненавистью взгляд Урью, - я с радостью вам помогу. Если это в моих силах.
Синигами скрывают эту информацию даже от своих союзников? Впрочем, нет, скорее, они никогда не доверяли мальчишке.
Он заклеймен.
Он - квинси.

Хашвальт сочувственно кивает - все они заклеймены и прокляты
И обречены.
Увы, существует. И,  увы  – действительно, практически  недоступно. Айзен Соуске не пожелал помогать Его Величеству, но…  Несколько дней – достаточно долгий срок.
Однако же, если мы не сумеем найти иного способа проникунть туда – мы будем вынуждены использовать тот метод, который попытался применить он.
Впрочем,
- Хашвальт отводит взгляд, будто ему стыдно – думаю, до этого не дойдет. Его Величество не любит напрасных жертв.
Хашвальт  вновь отворачивается,  смотрит в темноту за окном.
Темнота смотрит на него – мириадами звезд, которых он не может видеть из ярко освещенной комнаты
Под этим взглядом хочется зябко передернуть плечами.
Но это непозволительная роскошь, поэтому он просто спрашивает:
- Это все, что вы хотели узнать?

Отредактировано Jugram Haschwalth (2018-05-04 10:07:28)

+2

18

По легкому насмешливой тени, скользнувшей в глазах Хашвальда, по его выражению лица Исида прекрасно понимал, что тот знает его мотивы, видит его переживания за тех, кого он знал, с кем был знаком. Боль и страдания скользнули на его лице, а не торжество победителя над побежденным. Юграм все это знал, но при этом все-таки ждал, что скажет… Проверка или издевка? Итак, насколько он сам готов погрязнуть в этой лживой жиже, увязнуть в этом болоте интриг? Урью ещё не знал, но чувствовал себя так, будто был облит грязью с головы до ног. Кажется, что костюмы шинигами куда честнее одеяний квинси, которые только пытаются показаться безупречно чистыми, но на деле же можно даже глубоко не копать… Гордость бунтовала, но благоразумие давило ей на горло, требуя заткнуться и сказать то, чего от него хотели услышать, а не то, что он действительно думал.
  –  Вот как… –  пауза, слова обронены в пустоту, голос кажется чужим,   –   что ж… это хорошие новости. У меня будет шанс проявить себя.
Во всяком случае, так сказал Бах… что он должен. И Урью понимал, что ему не избежать этого, но не представлял, что будет делать, если столкнется лицом к лицу с кем-то из знакомых шинигами, и ему прикажут убить его? А если с Куросаки? Этой встречи он боялся больше всего. Ичиго не поймет  и попрёт, как танк, или будет как баран пытаться вернуть его обратно или же начнет орать. А вернее всего всё вместе… И даже если случай столкнет его с друзьями – Урью понимал, что уйти с ними нельзя. Поздно. Невозможно. Особенно теперь, когда он так близко к цели. Раз он может узнать больше, то что тянуть.  – Я хотел бы получить досье сейчас.
Урью хотелось как можно быстрее добраться до этой тайны. К тому же он понимал, что вряд ли ему после такой насыщенной ночи удастся уснуть, так ещё и то, что утром, вернее всего, ему никто уже не  позволит быть одному, не говоря уже о том, чтобы все подумать.
Но у меня есть один вопрос…  Что тогда представляет звание «Последних», если это никак не связано с истреблением рода?
Рюкен на это не ответит, хоть носов его ткни в факты и доказательства. Значит, связь и общение было… Вот только об этом ему никто не рассказывал. Урью очень хотел знать, чем квинси так задели отца, что тот, пусть и сохранял верность традициям – всё-таки отказался от контактов. Точнее, случилось это до или после смерти матери… Или причина была в чем-то ещё, не только в Аусвелене? До этого момента младший Исида не припоминал, чтобы Рюкен поддерживал разговоры о квинси, не говоря уже о том, чтобы что-то самому рассказывать. Но была ещё проблема в  том, что он помнил смутно… И теперь он начинал понимать слова Учителя, его боль и сожаление… Тот был уверен, что ему пригодится перчатка Санрей… может, как раз для этого случая? Для встречи с квинси?!!
«Тогда ты поймешь чувства отца…А вот ни чер-та»
Перчатку он давно использовал, а вот отца так и не понял. После восстановления сил квинси их общение максимально сошло на нет. За исключением того случая, когда Урью оказался в больнице после нападения Гинджоу… Воспоминания об этих днях до сих пор царапали сердце, противно было чувствовать себя настолько беспомощным, как мышь в руках сытой кошки, что он бы предпочел ещё сотню раз подставиться под удары, чем в очередной раз услышать самодовольство в словах отца, желавшего показать, насколько он бесполезный, бесхребетный и жалкий воин.  Упражнения в острословии не прекратились даже при друзьях, из-за чего Урью ещё несколько месяцев спустя не мог смотреть им в глаза. После, пожалуй, их общение с отцом фактически прекратилось, но проблем от этого меньше не стало… Точнее, они росли как снежный ком, и если им суждено будет встретиться, то, возможно, на этот раз пойдет всё совершенно по другому. Он заставит отца считаться с его мнением и ответить на его вопросы! На нравоучения о титулах он предпочёл закрыть глаза: пусть считает что хочет, Исида не верил в это точно также, как и Хашвальт, но игра же должна продолжаться, да? Даже если они плохая.
Да, ты прав, занимать твоё время и расспрашивать обо всём в военной обстановке недопустимо, так что я буду рад любым книгам… Но Хашвальт, скажи… где квинси скрывались все это время? Я считал, что они были истреблены, во всяком случае, мне так говорили… и никаких следов духовной силы ни в одном из миров я никогда не ощущал… Вы же, наверное, знаете, что я был и в Обществе душ, и в Уэко Мундо, – что скрывать, квинси, наверное, должны все это знать. Он понятия вот только не имел, где они находятся. Гадать можно было бесконечно, лучше уточнить.
Разговор об измерении Короля ему не нравился совсем. Война с Айзеном сулила громадные проблемы, но тот не смог добраться, а что будет сейчас? Император не был похож на того, кто отступит… Слишком многое поставлено на кон, но при этом тот ничего не терял.
Я не понимаю… для чего Его Величеству… – он уже сам не заметил, как привык к этим отвратительным словам субординации, – Нужно измерение Короля? В Мире живых никто не может противостоять ему, в Обществе душ уже  тоже, окончательная победа над остатками шинигами – вопрос времени,  а Уэко Мундо… вряд ли может долго сопротивляться. Он уже получил абсолютную власть. Разве не так?
Не любит напрасных жертв? Вот как это называется? Надо же… Очень странно слышать эти слова о том, по чьему велению за несколько минут уничтожались сотни людей. Представить сложно, какая бойня творилась в обществе душ… Он чувствовал духовную мощь армии, когда стоял перед ней, но не мог представить, на что она способна и насколько эффективна. Это, пожалуй, нужно видеть, но видеть этого Урью совершенно не хотел.  – У меня еще много вопросов, но если я буду задавать их все, то, боюсь, займу слишком много времени. К тому же, на часть из них мне могут ответить книги… Когда я смогу увидеть Императора?

+3

19

Слишком много страсти, слишком много жизни…
...- Вас беспокоит что-то, Ваше высочество? – тонкие пальцы тянут за прядь волось, вынуждая обернуться и смотреть в глаза их хозяина.
Он покорно смотрит – так проще.
- Вам показалось, лейтенант  Хьюберт.  И я уже предупреждал – голос  едва не срывается, но Хашвальту  удается совладать с ним, – не смейте ко мне прикасаться.
От сдерживаемых эмоций в горле застревает угловатый ком, мешая вдохнуть.
Он медленно – медленно-медленно, как будто глубоко в толще воды – стискивает пальцы на запястье Хьюберта. Смотрит ему в глаза, сжимая руку  до хруста в костях.
- Еще раз наплюете на мое предупреждение – и я вас убью. - хрипловатый шепот едва слышен даже ему самому. Что уж говорить об откуда-то появившемся Базз-Би, который традиционно сверлит обоих полным презрения взглядом. .
Точеное лицо Хьюберта кривит усмешка:
- Лжете, Ваше Высочество.  Вы убьете меня в любом случае. Но - не сегодня.
Он высвобождает руку – Хашвальт видит, как наливаются багрово-красным следы его пальцев на запястьях.
На коже лейтенанта Хьюберта очень легко проступают синяки.
Дурная кровь.
- Жду вас в зале. Хорошего дня, Блэк.
Был ли Хьюберт ему врагом?
А враг ли он Урью Исиде?
Вы неверно ставите вопрос, Ваше Высочество!
Справится ли Урью Исида?

Тень Хьюберта назойливо маячит перед внутренним взором.
Мстит?
Или -опять – спасает?
Хашвальт  проводит рукой по глазам, будто прогоняя видение.
- О, в этом можете не сомневаться.  Император об этом позаботится. Шанс будет у каждого из нас.  –  Вот только  вряд ли тебе захочется им воспользоваться. 
Да, Урью, тебе тоже придется стоять на разбитой дороге и решать, что важнее сохранить –свою  честь или чью-то жизнь.  Впрочем, хорошо, если у тебя будет хотя бы иллюзия выбора.
-Сейчас? Хорошо, я пришлю его вам. Хотя я бы все-таки посоветовал вам попытаться уснуть – кто знает, как оно дальше сложится.
Что до Последних… Последние приверженцы старой школы. Старинные техники, обряды, традиции.
Никак не завязанные на крови Императора.  Ты – первый, кто  попался в эту ловушку. Лучше бы вам расспросить об этом своего отца – впрочем, насколько я понимаю, Рюкен Исида не станет разговаривать на эту тему.
Хашвальт морщится. Он тоже не хочет разговаривать на эту тему.
Он все еще далек от восторга при мысли о том, что собирается сделать с Исидой Урью.
Но…
Что важнее сохранить – свою честь?
Точеное лицо Хьюберта перед мысленным взором сменяется насмешливым прищуром Базз-Би: - А она у тебя есть? Г-грандмастер…
Чью-то жизнь?
Пальцы непроизвольно тянутся к вороту.
- Все очень просто, Исида Урью. Для того, что бы изменить мир, нужно изменить его основу. Основой существующего миропорядка является власть Короля Душ.
Усилием воли Хашвальт заставляет себя опустить руку – впрочем, та тут же находит себе место на рукояти меча:
- Не сомневаюсь. Более того, не сомневаюсь в том, что в дальнейшем их станет еще больше. Давайте сделаем так – я попрошу Хельгу подобрать для вас книги, а на вопросы,  на котрые не даст ответа библиотека, отвечу сам.  Вы хотите получить книги сегодня же?
Или все-таки утром?
Хельга, конечно, беспрекословно выполнит любой приказ, но все же – заполночь, должна же она и спать когда-то… Хашвальт поджимает губы,  вспомнив кое-как замазанные пудрой темные круги под глазами своей помощницы. 
- Его Величество… Думаю, он сам пришлет за Вами, когда настанет время.

Отредактировано Jugram Haschwalth (2018-05-22 16:35:40)

+1

20

«Шанс будет…» Эта фраза засела в мозгу раскаленным гвоздем. С тех пор, как эти все события завертелись вокруг него, Урью понял, что уже перестал, как тот корабль, у которого сорвало паруса, идти своим курсом, теперь его понесло по течению прямиком в водоворот – и сейчас тот ждал его где-то там в свои смертельные объятия. Исида чувствовал, что близок к этому моменту, но хотел бы оттянуть эту гибель…. Но чего бы не желало сердце, умом он понимал – что его желания очень редко исполняются, жизнь всегда если и преподносит сюрпризы, то отнюдь не приятные и не упускает случая при каждой ошибке приложить лицом об землю. На языке вертелся вопрос о потерях среди шинигами… Кто именно погиб – самые страшное, что он не хотел услышать, но незнание было не меньшей пыткой, чем все остальное… Гадать, пытаться понять, кто из тех знакомых капитанов и офицеров могли пасть  первыми – это кого угодно с ума сведет.
Хотелось хмыкнуть в ответ на приторную заботливость Хашвальта – уснуть? Вот в такой момент? Он не мог тут расслабиться, не мог успокоиться, да и Юграм выглядел так, словно сам не спал как минимум несколько дней. Но иногда приходилось соглашаться с тем, с чем сам в корне не согласен. Хотя бы для вида.
Да, ты прав, нам всем нужно отдохнуть и набраться сил… – произнёс он, не удержавшись от намёка. Вот только роящиеся мысли, беспокойство, тревоги, переживания и страхи так переполняли его сердце, что тут ничего не могло помочь. Даже сильное снотворное. А ещё он боялся, что во сне окажется слишком легкой добычей для всех недоброжелателей – а это как минимум 99 % Рейха…. –  Да, он не станет, – коротко подтвердил он.
Рюкена нельзя никогда заставить сделать то, чего он не хочет. А по сути ничего нового Хашвальт не сказал о Последних. Что ж, с другой стороны было бы слишком наивно надеяться, что кто-то со стороны сможет рассказать ему о проблемах и тайнах собственного рода больше, чем кто-то внутри него. Вот только разбираться с последствиями… Пожалуй, Урью нахлебался так, что возникло отвращение ко всем интригам и тайнам, но при этом ни на шаг не продвинулся в своем понимании.
Замысел Императора… даже в такой вот сжатой и сокращенной форме «для желторотых юнцов», как подал это Юграм, уже был отвратителен и жуток. Тело было так напряжено, словно по нему проходил ток. Абсолютная сила, абсолютная власть, полное переустройство мира и уничтожение любых очагов сопротивления… Представить трудно, что стояло за этим. Чего тот добивался в конечном счёте. Так и хотелось крикнуть – «Ты хоть понимаешь, что за этим последует?!!» Но он сам не представлял до конца, что уж там говорить… Каким бы не хотел построить Император Новый мир, но что-то упорно подсказывало Урью, что там вряд ли будет что-то действительно стоящее. Справедливость. Добро. Красота. Свобода… Нет, они не покупаются Жестокостью, Насилием, Болью и Страхом. И главное, не будет всего того, что любят миллионы и миллионы душ, не будет тех связей, не будет тех отношений, не будет всего того, к чему они так привыкли. Да, этот мир не идеален, но всё равно…он заслуживал жизни, потому что он был полон тем, ради чего хотелось продолжать свой путь. Но обо всем этом с большим трудом ему удалось промолчать.
А книги – пусть их хотелось получить как можно быстрее, но подбор и прочее… заняло бы достаточно времени. Когда он услышал про некую незнакомую Хельгу, то сразу представил, как та «обрадуется» узнав, что её среди  ночи подняли…из-за самодурства Принца…
Что ж, меня полностью устроит утро. Так будет меньше проблем… - он помолчал, а в мыслях мелькнуло «И поводов для дополнительной  ненависти…», после чего продолжил. – Хорошо. Тогда я буду ждать приказа Его Величества… Благодарю тебя за информацию и помощь… – Урью склонил голову в знак благодарности, одновременно показывая, что разговор закончен.  – Доброй ночи, Хашвальт, - пожелал он на прощание, прекрасно понимая, насколько недоброй на самом деле была эта ночь.

+2


Вы здесь » Bleach: New Arc » Wandenreich » Эпизод 8. Знай свое место


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC