Добро пожаловать на ролевую по Bleach!



Мы предлагаем Вам написать свою историю войны между квинси и шинигами и создать свой финал многовекового противостояния.



Рейтинг игры: 18+
Система игры: эпизоды
Время в игре: Спустя 19 месяцев после завершения арки Fullbringer'ов




Администрация:



Модераторы:
Вверх
Вниз

Bleach: New Arc

Объявление

• Подробнее с событиями в Обществе душ, Уэко Мундо и Каракуре вы можете ознакомиться здесь.
• На форуме открыта игра "Песочные часы", где Вам предоставляется возможность отыграть события из жизни Ваших персонажей предшествующе основным событиям игры.
Акции
•Акция "Неизвестные страницы истории квинси" - временно приостановлена.
•Открыта акция "Не прощаемся с Экзекуцией" - в игру принимаются фулбрингеры.
•Открыта акция "Одно рисовое зерно склоняет чашу весов" - в игру принимаются неканоны - шинигами и Пустые.
•Акция "Срочно требуются!"
•Акция "Тени прошлого"
•Акция "Проводники душ"


Рейтинг форумов Forum-top.ru
Флудилка RPGTOP

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: New Arc » Rukongai » Эпизод 16: Свет победит мрак


Эпизод 16: Свет победит мрак

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Название эпизода: Свет победит мрак
Эпиграф эпизода:
Участники в порядке очередности: Иноуэ Орихиме, Оторибаши Роуз, впоследствии  - Зараки Кенпачи (ГМ)Место действия: Руконгай, недалеко от расположения Готэй-13
Время суток: Четвертый день войны, ближе к полудню.
Условия: Солнце, свежо, ясно
Описание эпизода: Расставшись с Куросаки Ичиго, Орихиме отправляется к магазину Урахары - чтобы тот помог ей  пройти в Общество Душ - ведь Ичиго наверняка понадобится ее помощь.  Урахары на месте нет - не беда, Тессай спраится не хуже.
Однако что-то пошло не так.
Рейтинг: PG-13
Предыдущий эпизод:
Иноуэ Орихиме - Эпизод 7: Край
Оторибаши Роуз - Эпизод 7: "Точки над "i"
Зараки Кенпачи (ГМ) - Эпизод 10: Раскаленная клетка для демона

+2

2

«Нет, я конечно молодец, я умница просто, я… я… у меня нет слов, как можно было быть такой безголовой  и безответственной! Как можно было сначала умолять Ичиго, чтобы не прогонял меня, чтобы разрешил быть рядом и побыть полезной ему и всем, хотя бы еще немножко, а после просто взять и… и тратить свое время здесь, попусту, когда он, наверное, уже давно там, когда он уже… наверное, сражается, а может, даже ранен! Я не знаю, как Ичиго вообще еще терпит такую дурочку как я рядом, как не выгнал давным давно, когда я начала только мешаться под ногами, как… как же у него хватает столько терпения, доброты и спокойствия, чтобы еще и убеждать меня в том, что я ему нужна… Точнее, что нужна всем. А я? А я даже не догадалась последовать за ним сразу, немедленно, надо было… надо было уговорить его, подождать у его дома, может быть, это ведь совсем не трудно! А теперь… а теперь самое главное не потерять больше ни секундочки времени, я сделаю все возможное, чтобы Урахара-сан понял меня, чтобы помог добраться до Общества Душ, а там уже я пойму, что мне делать и куда бежать! Ничего еще не потеряно, Ичиго, я уже… уже иду, только подожди немножко и не умирай раньше времени!»
Еще не успела остыть стена той самой улицы, на которой произошел последний разговор с Ичиго, от прикосновения теплых пальчиков Орихиме, как девушка уже быстро, почти бегом, неслышно и торопясь изо всех сил, приближалась к магазинчику Урахары, такому уже хорошо знакомому, да почти родному – Урахара-сан всегда, почти всегда помогал Ичиго, помогал им всем, конечно же он поможет ей сейчас. Орихиме старательно убеждала себя половину пути до магазинчика, потому что вторую половину пути она измучилась беспокойством, сомнениями и довела себя легко и непринужденно до той самой точки, после которой кажется, что вокруг уже наступил Апокалипсис, а она все это время просиживала дома и лично теперь виновата в смерти всех и каждого… Образы друзей, знакомых, Урью, Ичиго, Ичиго, снова Ичиго и опять, через пару секунд, Ичиго, сменялись в горячей рыжеволосой головке, девушка уже не бежала – она просто летела к магазинчику, напрочь позабыв о том, что его хозяин может быть просто занят или же его может и вовсе не…
- Здравствуйте, я очень-очень вас прошу, не могли бы вы помочь мне…!
Простучав туфельками по пыли двора, Орихиме не останавливаясь и не пытаясь рассмотреть хотя бы что-то вокруг влетела в помещение магазина, остановившись только на звуке глуховато и дружелюбно звякнувшего дверного колокольчика. И только здесь замолчала, наконец, растерянно озираясь, машинально одернув сбившуюся юбочку платья, пытаясь понять, к кому она сейчас обращалась? В магазинчике было тихо, спокойно, прохладно – все, как всегда. Единственным отличием было полное и абсолютное отсутствие самого такого нужного сейчас господина Урахары…
- Извините, я… Есть тут кто-то? Пожалуйста?
Зачем-то шепотом обратилась к прилавку, подошла несмело чуть ближе, собираясь заглянуть за красивую ширму, за которой, зная господина Урахару, могло прятаться что угодно, начиная от кролика Банни и заканчивая дверью в очередное измерение… Мысль о последнем, как ни странно, придала немножко смелости, Химе решительно вздернула подбородок и шагнула еще ближе… Тут же вскрикнув от неожиданности, когда чья-то широкая ладонь легла на хрупкое плечико.
- Это вы??? Вы так напугали меня, извините, я не хотела беспокоить вас, но мое дело к Урахаре-сан не терпит отлагательств, это… это очень, очень важно!
Обычно в беседах, особенно таких вот внезапных, с незнакомыми, плохо знакомыми, а иногда даже и хорошо знакомыми людьми быстро и легко смущающаяся, катастрофически застенчивая и постоянно краснеющая девушка сейчас тоже раскраснелась, но совсем не от застенчивости. У нее была цель, а когда целью становилась безопасность и здоровье Ичиго и других, все остальное отходило на второй план… Быстро развернувшись, заставив выпустить свое плечико, девочка задрала мордочку, рассматривая сверху вниз высокого, мускулистого, немногословного и очень умного человека, который казался со стороны то ли другом господина Урахары, то ли его слугой, то ли и тем и другим, то ли просто делал Урахаре одолжение, помогая ему в магазине. Орихиме никогда не лезла в жизни окружающих, разве что эти жизни вдруг внезапно касались ее сами, становясь частью и ее маленькой простенькой жизни тоже. Как вот прямо сейчас.
- Да, конечно, я буду вам очень благодарна, огромное вам спасибо, что согласились помочь, я буду…!
Как ни странно, ожидающая того, что придется долго и мучительно убеждать господина Тессая в нужности и необходимости позвать и найти господина Урахару, она вдруг, внезапно получила предложение о помощи, только уже со стороны Тессая-сан непосредственно. Это немного удивило… нет, это было необычно и удивило сильно, однако Орихиме только доверчиво кивнула, соглашаясь, хватаясь за предложение как за последнюю соломинку. И без раздумий шагнула в привычную уже полутьму Дангая, стараясь не думать о том, что сегодня вполне мог быть тот самый единственный день из семи, когда в Дангае было лучше…. не задерживаться слишком долго.
- Спасибо вам!
Задержавшись буквально на секунду, чтобы обернуться и напоследок еще раз горячо поблагодарить господина Цукабиши, девочка побежала в темноту, нет, не так – в полутьму коридора между двумя мирами, по которому ей уже доводилось перемещаться не раз и не два… но обычно всегда рядом был кто-то…
- Я сейчас, вон там уже конец туннеля, вон там уже вроде бы посветлее, нет, это всего лишь… дым, об этом не следует думать, совсем и не страшно! 
Вспомнив, что глубокое и тщательное дыхание убирает ненужные и глупенькие страхи и восстанавливает уверенность, девочка трудолюбиво и сосредоточенно засопела носиком и ускорила шаг, снова почти побежав… Она бежала, бежала, спешила и не останавливалась ни на минутку, чтобы перевести дыхание… однако вскоре сначала перешла на шаг, а после и вовсе растерянно остановилась, озираясь, испуганно и недоуменно одновременно. Ей показалось, или… или она все это время оставалась на своем, все том же месте??? Быстро оглянулась, открыла рот, собираясь позвать господина Тессая, нет, не на помощь, чтобы просто спросить, что происходит?! Однако и позади уже была все та же спокойная, теплая, клубящаяся дымом и туманами мгла, сквозь которую все было отлично видно, но показывала она только темноту вокруг.
- Что тут происходит… я же уже должна была прийти, уже выйти на той стороне, разве нет?
Потерянно уточнила у полутьмы, подождала ответа, притихла и поежилась, осознав вдруг, что, кажется, застряла тут, как слишком смелая и неразумная мушка в кусочке янтаря.
- Ой.
Сглотнула, снова задышала часто и глубоко и решительно двинулась… вперед! Продолжая идти вникуда, теперь уже медленно, осторожно, пытаясь контролировать каждый свой шаг… или хотя бы что-то вокруг!

+4

3

Отгремело, отплясало, отпылало, но далекая едва различимая горечь таится где-то в глубине  истерзанной вечным непокоем души – то ли синигамской, то ли человечьей, то ли вовсе опустевшей от жизни такой.
Война, перетянутые струны нервов,  навзрыд  молчащий о собственном поражении Готэй-13 – будто молчание может превратить поражение в победу –  дым каких-то непонятных пожаров, слухи, с энтузиазмом  прущей на нерест кеты  проникающие всюду – один другого краше.
Краше в гроб кладут.
Роуз сидел на  чудом устоявшей в пылании схватки Ямамото с  мороком, наведенным проклятыми квинси, стены, сосредоточенно, будто от этого зависела если не жизнь, то уж доброе имя  его единственного настоящего друга, выколупывая из нее поплавленный обломок кирпича.
Зачем?
Он не ответил бы под страхом немедленной казни на этом, не к ночи – и так не к ночи? К полудню? Да все равно! – будь помянутом Согиоку. 
Но выколупывать продолжал.
Чем бы дитя не тешилось…
Какого черта самой острой занозой его души оказался неудачный разговор с Уноханой?
Недопоняли друг друга – да и… нашел, чему дивиться. Самая распространенная развлекуха во всех трех мирах – не понимая, решать. Советовать. Убеждать.
Да к меносам все это!!!
Унохана сгинула – оставив после себя вдохновленного до отвращния Зараки с вооо-от таким топором на плече, выжженую плешь и заходящегося в бреду  квинси, не способного даже назвать собственного имени.
Кенпачи… А не любил Роуз Кенпачи.
Он, если разобраться, вообще мало кого любил.
Плохо ли, хорошо ли – но ни Кенпачи, ни Унохана, ни квинси – не были теми, без кого жизнь Роуза стала бы темнее.
То есть, Уноханы жаль, конечно, достойная синигами, и лекарь хороший, и боец… наверное – в бою он  ее не видел. И ничуть по этому поводу не расстраивался, к слову сказать.
Квинси – да сгинь они все во главе с их жутким императором,
Роуз только спасибо скажет.
Заодно пусть Зараки с собой прихватят. Уж больно он психованный.
По-дурному психованный, не как Шинджи.
Не как Урахара.

Роуз в очередной раз поддел кирпич, тот неожиданно подался и, не удержав равновесия, Роуз шлепнулся со стены.
Хорошо, в остатки  непонятко как уцелевшей травы.
Плохо – аккурат на торчащий обломок то ли меча, то ли лука, то ли стралы, пропоровший локоть едва ли не до кости.
Как и положено в таких ситуациях, Роуз взвыл, проклиная небеса, богов и все на свете.
Прижал  рану рукой, покосился в направлении  стойбища четвертого отряда – полевого госпиталя.
И вдруг услышал отчетливое «Ой».
Будто с неба прозвучавшее.
Роуз прислушался, но ничего больше разобрать не сумел.
Только темно стало – будто облака прикрыли солнце .
Роуз завертел головой, пытаясь понять причину неожиданного затемнения.
Арка, получившаяся из разрушенной стены, упавшего дерева и обугленного столба, до  войны служившего постаментом для торжественной статуи какого-то не то Будды(что сомнительно), не то ками(что еще сомнительнее), не то притворяющегося сразу обоими тэнгу, несло холодом и ни с чем не сравнимым запахом изысканного сыра. С не менее изысканной плесенью.
Так пах Дангай.
Во всяком случае, так пах Дангай для Оторибаши Роуза – у которого, как известно, все не как у людей.
Не шибко задумываясь, какого, собственно, меноса он забыл в Дангае, да еще столь внезапно открывшемся, Роуз, подхватив  камень, выпавший из стены и щелчком пальцев призвавший для себя бабочку-проводника, сунул свой любопытный нос  - вместе со всем остальным собой – в открывший коридор.
- Здесь есть кто?
«Кто» молчал где-то за левым плечом – как он там оказался, Роуз не имел ни малейшего понятия! – сосредоточенно дыша и делая аккуратные, едва слышные  шаги.
Роуз обернулся, зажимая локоть и стараясь  не капать кровью в окружающий его весьма недружелюбный мрак – выхода за спиной, ожидаемо, не было – и увидел невысокий силуэт.
- Ты кто? Тебя потеряли? Тебя надо найти?

+4

4

- Я уже должна была дойти, но это совершенно ничего не значит, я могла немного задержаться там, когда входила, я могла просто идти медленно, я могла вдруг повернуть не туда, хотя тут совсем не понятно, куда именно идти, но я вот-вот приду, это несомненно, верно же? Правда ведь? Конечно же, правда.
В моменты сильного волнения, когда вокруг не оказывалось никого, кроме абсолютной и полутемной пустоты, как это было прямо сейчас, Орихиме начинала говорить вслух, с собой, поддерживая беседу тщательно, пусть и совсем тихонько, как будто вокруг сейчас стояли те, кто мог услышать, почуять страх в ее дрожащем голоске и напасть немедленно, как это было уже… несколько раз.
- Я тут абсолютно одна сейчас, но это ведь и хорошо? Потому, что я сейчас быстренько и спокойно выбегу с той стороны, отыщу Ичиго, а вместе с ним мне уже ничего и никогда не страшно. Я и сейчас не боюсь! Кто сказал, что я боюсь? Это всего лишь темный-темный коридор между мирами, в котором… кажется, я застряла…
Орихиме замедлила шаг, а после и вовсе остановилась, снова пошла, явно заставляя себя идти. Тьма вокруг, казалось, сгущалась все сильнее, и вот вот уже готова была обнять своими теплыми черными лапами, наверняка пушистыми и мохнатыми, и…
- Так, надо еще что-то сказать, а то я сейчас просто расплачусь тут, а как я потом покажусь Ичиго зареванной? Он еще раз убедится, что зря разрешил мне помогать ему и отправит домой, и… и правильно сделает, правда? Ой…
Споткнувшись на совершенно ровной поверхности снова остановилась, поежилась, обхватила обеими руками себя за плечи и снова с надеждой оглянулась, вглядываясь в то, что оставила за спиной, вглядываясь изо всех сил.
- Нет, нету там ничего, кажется, я все же отошла дальше, чем я думала. Значит, я уже близко к выходу. Но почему тут такое творится, что тут происходит, так же не бывало никогда!
Наконец поняла, что окончательно потерялась, наконец призналась и себе в этом, наконец озвучила все, что нарастало как снежный ком, стиснула собственные плечики сильнее и с тревогой заозиралась, пытаясь отыскать хотя бы какой-то ориентир в этом странном сегодня месте.
- Я нннннне боюсь и не плачу, даже не собираюсь, у меня есть цель и я к ней буду идти, бежать, ползти, если надо! Кто это???
Чей-то голос, вдруг ясно и отчетливо раздавшийся… откуда-то с небес, заставил вскрикнуть, выпустить себя из рук, отскочить в темноту, попятиться опять в темноту же, задрать голову, вглядываясь теперь уже вверх, где было так же темно, как и вокруг!
- Кто это??? Кто тут??? Меня…меня надо, надо найти!
Орихиме тут же запаниковала, бросаясь куда-то на голос, снова остановилась, уловив, что, кажется, голос знает намного лучше, что тут происходит и куда бежать, снова дернулась вперед, наконец разглядев странный силуэт, вроде как напоминающий человека. В свете последних событий, а еще точнее – событий последних лет – поправка была не лишней. Вокруг могло быть столько… всего страшного и опасного, что хотя бы одна схожесть с человеком уже очень и очень радовала и обнадежила и без того доверчивую девочку.
- Меня надо найти! Я буду вам очень благодарна, если вы меня постараетесь найти и… и пожалуйста, не бросайте меня здесь одну больше!
Не слишком вслушиваясь в собственные слова, снова заспешила в сторону силуэта, ориентируясь даже не на голос – на почти неуловимое дыхание, на тепло тела, на присутствие – у Орихиме всегда отлично удавалось находить тех, кого она мечтала найти в данный момент. А сильнее всего сейчас она желала оказаться рядом с внезапным спасителем! В то, что это -спаситель девочка поверила сразу. Ну кто, кто мог желать ей зла сейчас, здесь, да и еще он… он ведь предложил ее найти.
- Меня не успели пока потерять, я… я с этим сама справилась, я немножко потерялась тут, вошла и…. и вдруг никуда не могу выйти. Так не было никогда до сих пор, поэтому я понятия не имею, что пошло не так!
Облегченно зачастила, оказываясь, кажется, совсем рядышком, неловко протянула ладошку, тут же ткнулась ею во что-то очень живое… а еще липкое и горячее, ойкнула, отдернула руку и с очередным приступом тревоги ощутила такой знакомый и явный аромат крови.
- Вы …. ранены? Вам плохо? Вы умираете?
Если бы на месте Орихиме оказался любой другой человек, или шинигами, или квинси, или пустой, наконец, все вопросы ограничились бы «Кто вы такой?». А дальше шли бы размышления о том, а чья это кровь, собственно, а кто это мог бы так легко и свободно оказаться в Дангае, да и в принципе, желает ли он помочь, или продолжить свое кровавое пиршество? Но это был не любой другой. Это была Орихиме, которая не умела думать так, как большинство людей, шинигами или пустых. Она вообще не думала, когда рядом оказывался кто-то возможно, пусть даже в принципе, раненый… Она сразу начинала действовать, тут же теряя всякое представление о вероятной опасности, думая только о том, как бы помочь, и помочь быстрее, а, может, еще быстрее…
- Пожалуйста, найдите меня сейчас побыстрее, я – Орихиме, я умею… лечить немного, я помогу вам!
Горячо попросила, понимая вдруг, что она сама действительно вряд ли доберется до своего собеседника, если тот не захочет отыскать ее. Как бы странно это ни звучало, но вокруг, сверху, снизу и частично в них теперь был Дангай. А Дангай всегда устанавливал свои правила и принципы, и если Орихиме была чужой здесь, то кто-то с вполне дружелюбным голосом и кровью на какой-то своей части тела был тут явно … своим.
- Пожалуйста, я вас жду, найдите меня?

+5

5

Голос был тонкий, девичий.
И знакомый вроде бы, совсем  неуловимо, как забытый запах лакричных леденцов из детства – полно, да существовало оно когда-нибудь вообще?
Роуз  тревожно оглянулся – бабочка?!
С ним должна быть бабочка! Однако темнота лишь  плотояднео подрагивала, ничеи не напоминая привычное марево Дангая.
Что за черт?!
Голос тем временем отчаянно просил, что бы его нашли.
Ох, не пришлось бы потом и меня искать… - рассеянно подумал Роуз, пытаясь определить направление – голос, похоже, звучал откуда-то сзади.
Опять.
Да что за чертовщина здесь происходит?!

Роуз рванулся, резко разворачиваясь на месте, и все равно едва успел краем глаза заметить мелькнувшую искру желто-оранжевого цвета.
И тут пол под ногами будто вздыбился, появился ощутимый наклон. Роуз аж забыл про руку, - ну правда, до рук ли тут, когда Дангай спятил?!
Почесав в затылке,  он попробовал оторвать ногу от пола -  тот вроде образумился, остановившись под углом градусов тридцать.
Получилось.
И шаг сделать получилось.
И даже второй.
А потом вновь раздался голос :
- и пожалуйста, не бросайте меня здесь одну больше!
Он звучал совсем рядом!
Обрадовавшись, Роуз  вдруг узнал его:
- Ты же Иноуэ?! Правда?
И эта готовность спасать – что там, в этой Каракуре, в воздухе такое, что они все всегда готовы кинуться на помощь, эти смешные человечьи детки?
-Тссс…  Не думаю, что я умираю, Иноуэ. В любом случае, - в словах Роуза звучала плохо замаскированная тревога и  - совсем чуть-чуть – торжественный драматизм, - Мне кажется, сейчас не лучшее время заниматься моими «боевыми» ранениями, тем более, что таковыми они не являются.  – Иноуэ, вряд ли сама осознавая, очень помогла Роузу – по-прежнему не видя ничего в клубящемся мраке, он вдруг понял, что надо всего лишь идти не прямо, а в сторону, и через пару мгновений уже мог различить ее силуэт.  Будто бы стало светлее .
- Привет. Держись! – он протянул девочке целую руку: - Не бойся. Мы постараемся не пропасть, в любом случае, со мной этот процесс будет хоть чуточку менее отвратителен.  – Он картинно тряхнул шевелюрой.  – Что-то не то происходит с Дангаем, я думаю, ты уже поняла. В частности - здесь где-то есть моя бабочка-проводник.Только вот я ее ни черта не вижу. Зато пол ведет себя как-то слишком непоседливо.
Он придвинулся вплотную, крепко сжав пальцами руку Иноуэ.
- Держись за меня крепче.  Как насчет того, чтобы быстро-быстро бежать отсюда?

+4

6

Нет, определенно рядышком с ней кто-то был, кто-то пришел на ее просьбы о помощи, кто-то находился рядом, и Химе сразу поверила, что ей помогут, и если и не успокоилась до конца, то хотя бы перестала метаться. Послушно остановилась, замерла на месте, просто поворачивая голову вслед Голосу, который, казалось, теперь забегал и заметался сам, пытаясь ее отыскать. Умненькая Орихиме знала, что когда тебя ищут, лучше всего оказаться на том самом месте, где тебя потеряли. Тогда всем будет гораздо удобнее и шанс того, что тебя найдут, сразу возрастает! Поэтому она стояла, наблюдая своими огромными, синими, блестящими от беспокойства и все еще страха глазищами за процессом поисков, стараясь изо всех сил хотя бы не мешать, если уже не получается помочь самой.
- Да, да, да, вы угадали правильно, это я! Вы меня… знаете?
Робко уточнила, обернувшись и пытаясь рассмотреть, куда убежал Голос снова. Коридор между мирами всегда был очень, крайне странным местом, однако лично самой Орихиме чаще всего удавалось проскакивать его без особых приключений. Если не считать того момента, когда ее и остальных тут едва не накрыло убийственной волной, а еще того момента, когда ее именно тут нашли и похитили в дальнейшем, хотя все выглядело как ее личное, собственное решение… Химе серьезно задумалась, вдруг проанализировав все это, задумалась о том, а стоит ли ей вообще пробовать снова входить сюда? Быть может, Дангай просто вдруг невзлюбил рыжеволосую девочку, и теперь всеми силами пытается избавиться от нее? Несколько минут промучившись угрызениями совести, привыкшая всегда и во всем винить для начала себя, а потом уже обстоятельства, Химе вдруг поняла, что ведь сейчас проблемы с коридором, темнотой и ориентацией в пространстве не только у нее! Значит, есть шанс, что она тут совершенно ни при чем?
- Хорошо, извините, я уже совершенно успокоилась и жду вас, я тут, стою на месте, ладно?
До совершенного спокойствия было ой как далеко, однако девушка и правда стояла и покладисто ожидала, пока ее найдут. То, что найти может совсем не тот, кого бы она была рада видеть, в светлую головку не приходило. Просто хотя бы потому, что Орихиме была рада видеть всех, а сейчас – так и вовсе всех абсолютно, даже… даже врагов, которых у нее не было.
- Договорились, я не буду пока беспокоиться о вас, но вы же позволите мне осмотреть вас, как только мы выберемся отсюда?
Осторожно уточнила, не желая даже думать о том, что ее внезапный неизвестный пока спаситель будет ходить раненым и истекать кровью, а она будет счастлива, спокойна и здорова. Орихиме просто не умела… так!
- Пожалуйста, постарайтесь не умереть, пока я до вас не доберусь. Или вы не доберетесь до меня, хорошо?
Невольно улыбнулась, тревога в глазищах явно пошла на убыль. Тот, кто пытался ей помочь, говорил спокойно, с легкой ленцой, вальяжно, кажется, он даже улыбался тоже. Это сразу вселило небольшую, но уверенность, девочка снова обернулась, машинально заправляя прядь длинных волос за ушко и всматриваясь во что-то, что приближалось к ней. Приближалось странно, то сверху, то снизу, то откуда-то сбоку, и Химе сдвинула бровки сосредоточенно, все же понимая – нет, Дангай ведет себя так не просто так. Что-то происходит с ним, что-то нехорошее, что вызвало эти изменения. И, вполне возможно, это нехорошее достаточно сильно и могущественно, чтобы повлиять не только на Дангай. Вполне могло быть, что что-то плохое сейчас происходит и в Обществе Душ! И там, куда отправился Ичиго… Об этом было сейчас лучше не думать, поэтому решительно тряхнула рыжеволосой головкой и смело и уверенно… принялась снова ждать.
- Спасибо, я держусь!
Как только чья-то рука вдруг внезапно вынырнула из все сгущающейся недовольной происходящим темноты и появилась в поле ее зрения, быстро, с завидной реакцией, ухватилась за нее зачем-то обеими руками, сжала изо всех сил, показывая, что и правда то ли держится, то ли держит.
- Да, я уже не боюсь, мы обязательно выберемся отсюда. Вы только идите сюда… весь?
Попросила, пытаясь, наконец, рассмотреть, а кто ее там спасает, собственно? Однако как только заметила неповторимый жест, уже явно виденный ею где-то, порозовела и улыбнулась тепло – да, ей вполне можно было доверять тому, кто сейчас стоял рядом.
- Вы же капитан отряда, да?
Уверенно уточнила, продемонстрировав завидную информированность в происходящем. Она не была знакома с ним близко, она была знакома с этим светловолосым, красивым, уверенным в себе мужчиной настолько, насколько был с ним знаком, наверное, Ичиго и прочие. Орихиме видела всех капитанов, запомнила большинство, визуально – и вовсе почти всех, а вот капитаны, сто процентов, прекрасно были осведомлены, кто она такая, что она может и зачем постоянно путается под ногами у всех и каждого. Каждый, кто знал Ичиго, знал и Химе. Это была… аксиома, теорема, это не требовало доказательств уже давно. И если все относились к странной, всегда застенчивой и неловкой красивой девочке по-разному, то, кажется именно этот капитан был вполне не против спасти ее до конца.
- Да, обычно тут не так темно и я быстро-быстро пробегаю все пространство Дангая. Химе кивнула, соглашаясь, неохотно разжимая одну свою руку, вторую оставляя в его распоряжении – несмотря на всю застенчивость, она очень не хотела, просто не могла потеряться сейчас еще раз. Она очень-очень… боялась остаться снова одна здесь, в Дангае, не выбраться, не помочь Ичиго…
- Обычно – но сегодня здесь творится что-то непонятное! Выхода совсем не видно, я пробовала бежать, идти, быстро и медленно, но только темнота, тишина, и вход тоже куда-то пропал! Даже когда вы пробовали найти меня, все было странно, вы же видели?
Задрала мордочку, всматриваясь в его лицо, снова серьезно кивнула –он явно оценил масштаб проблемы. 
- Нет, бабочки я не видела, тут вообще сегодня ничего не видно.
Невольно придвинулась к нему чуть ближе, огляделась с беспокойством, пытаясь отыскать теперь уже бабочку-проводника. Вздохнула коротко и кивнула – да, это было хотя  бы какое-то предложение, а с предложениями у самой Орихиме сейчас было никак, она была просто перепуганной, нервной, беспомощной девочкой в темном коридоре, и от нее сейчас ничего больше не зависело!
- Побежали? Да, конечно, давайте попробуем!
Тут же развернулась, плеснув прямо по нему водопадом огненных волос, и бегом, не выпуская его руки, рванула в сторону… какую-то, потому что сейчас было совершенно все равно, куда именно бежать! Лишь бы добежать уже куда-то и выбежать отсюда. Присутствие капитана Готея рядом придало смелости, и сейчас Химе летела, как стрела, не глядя под ноги и вокруг. И первое, и последнее было глубоко бесполезно – вокруг оставалась все та же непроглядная, мутная, путающая всех Тьма, пришедшая в Дангай непонятно, откуда… и неясно, с кем и по чьему приказу. По чьему-то такому же темному, пугающему, безусловному приказу.

+4

7

Вот и славно… - пробормотал Роуз себе под нос. Он почти не вслушивался в то, что говорила Иноуэ – но ее голос странным образом придавал уверенности.
Ведь она верит, что у него получится.
А значит, по-другому и быть не может!
Не в этой ли девочке истинная сила Куросаки Ичиго?

Роуз безотчетно расплылся в улыбке, услышав:
- Договорились, я не буду пока беспокоиться о вас, но вы же позволите мне осмотреть вас, как только мы выберемся отсюда?
- Обязательно. Только давай-ка сначала выберемся.
Рука Орихиме была теплой и мягкой.
- Весь? – Роуз фыркнул, - да-да, я уже весь. Пришел.
А теперь хотелось бы уйти. И очень желательно тоже целиком.
Он, кивая, выслушал Орихиме.
Да.
Определенно, капитану Куротцучи  стоило бы обратить внимание на это безобразие.
Потому что так быть не должно. Возможно, что-то – или кто-то – мешает работе перехода?

Только вот ему, Роузу, даже за сто лет не разобраться, что за хрень происходит,  его гораздо больше интересовал прикладной аспект несуществующего знания о причинах безобразия – а именно, как бы так сделать, чтобы безобразие происходило самостоятельно, сиречь, без его участия?
Он торжественно пообщал себе подумать об этом.
На досуге.
Когда выберется.
А, возможно, и после войны.
Не важно.
Главное, что не сейчас.
Сейчас главное – выбраться.
Роуз зажмурился на мгновение   - по лицу будто плеснуло волной.
Волосы Иноуэ пахли солнцем.
Это было настолько неожиданно – здесь, во мраке сбрендившего Дангая, среди войны, отчаяния и проклятий этот солнечный тихий запах, мягкое прикосновение, -  что Роуз едва не заплакал.
А в следующий миг он вдруг будто почувствовал направление.
- Нет-нет, погоди! – он едва успел поймать Иноуэ,  с завидным энтузиазмом принявшуюся выполнять план «Б»  - бежать, за одежду. – Давай все же бежать вместе и в одну сторону?
Нашарив в темноте ладошку Иноуэ, Роуз  скомандовал:
- Побежали!
И рванул вперед.
Он едва успел подхватить Иноуэ, чтобы не упала.
Потому что Дангая вокруг не было.
Не было и остатков стены.
Какие-то опаленные кустики, запах гари и крови и непонятного происхождения руины.
Опять.
Роуз зло скривил губы.
- Мы промахнулись, выпали немного в сторону.  Но это хотя бы Руконгай, а  значит, мы придем в искомое «туда» пешком.
Так оно спокойнее будет, гнаверное…

Роуз опасливо оглянулся по сторонам.
Не хватало еще нарваться на каких-нибудь квинси-разведчиков, как давеча Укитаке.
- Пойдем отсюда, Иноуэ.

+3

8

Орихиме столько раз обещала себе вести себя же более сдержанно, более разумно, столько раз клялась себе, что будет сначала думать, а потом уже действовать, столько раз укоряла и ругала себя за иногда слишком импульсивные поступки, что сейчас, когда пришла пора послушаться и подумать, она сосредоточилась, все осознала… и рванула куда-то вдаль, тут же, впрочем, перехваченная за край платья. Остановилась, едва не споткнувшись, обернулась и улыбнулась виновато куда-то в полутьму. Несмотря на то, что капитан аккуратно удерживал ее от необдуманных поступков и был совсем рядом, Тьма мешала рассмотреть выражение его лица в деталях. И Орихиме надеялась сейчас изо всех сил, что он хотя бы не слишком сердится за ее такое вот поведение…
- Извините, я уже стою.
Еще более виновато согласилась постоять хотя бы немного, хотя бы до того выдающегося момента, чтобы все же он определил, в какую сторону им, собственно, полагается сейчас нестись сломя голову. Стоять долго не пришлось. Неважно даже было, кто именно из капитанов Готея сейчас находился рядом с ней, их всех отличала завидная оперативность в разрешении любых проблем. Жизнь давно и прочно научила их сначала бить, а потом уже произносить длинные и прочувствованные речи о том, какие именно планы у них на ближайшие пять минут. Подобное часто губило любую заведомо побеждающую партию в самом зародыше, вот поэтому и сейчас, едва капитану удалось придать бурной деятельности Орихиме хотя бы какое-то подобие логичности и порядка, как он уже сам рванул вдоль по Дангаю, увлекая с собой и рыжеволосую девочку.
- Я тоже хотела… в одну сторону… сразу!
Сквозь буквально свистевший в ушках ветер умудрилась все же выдохнуть, чтобы капитан ни в коем случае не усомнился в ее послушании и умении внимательно слушать приказы. В отличие от Ичиго, которого она обожала и все поступки которого автоматически одобряла обычно, Химе была довольно послушной, покладистой, легко подчиняющейся. Иногда даже слишком, особенно если об этом знали не только друзья… Но врагов у нее и не было.
- Айййййййй, куда мы?!
Они только что бежали изо всех сил, неслись куда-то вперед, они промчались буквально… два шага. И вдруг темнота под ногами закончилась, оборвалась резко вниз, а вслед за ней ухнула, полетела и Орихиме, не успев вовремя остановиться и притормозить. Изо всех сил вцепившись в руки подхватившего ее капитана, девочка глубоко вдохнула, выравнивая дыхание, приходя в себя после очередного испуга, ошарашено оглянулась и хлопнула ресницами, пытаясь понять, куда они прибежали? Чем бы ни было разрушенное, разваленное, разгромленное пространство вокруг, оно точно не было темным и страшным теперь, странным, сошедшим с ума Дангаем.
- Кажется, мы прибежали…
Неуверенно, негромко, почти шепотом уточнила, все еще озираясь, поежилась, осторожно выпрямилась, наконец, чтобы не быть снова обузой, теперь уже ни в чем не виноватому капитану и нерешительно посмотрела на него.
- Это Руконгай? Значит, мы все же выбежали из коридора, и это уже хорошо, правда?
Несмотря на попытки радостно улыбнуться, в голубых глазищах прочно застряла тревога, а в мелодичном обычно голоске явственно слышался страх. Этот Руконгай никак не напоминал нечто мирное, уютное, да хотя бы просто живое, что ли.
- Тут недавно была война.
Уже без вопроса, отвернулась от своего собеседника, нахмурилась, завертела головой, отыскивая хотя бы какой-то ориентир на местности. Хотя бы что-то, почему можно было бы понять, куда их занесло? Химе была очень ответственной девочкой и не собиралась перекладывать все самое сложное на плечи капитана.
- Извините, вы влипли во все это из-за того, что я кричала в темноте. Я не хотела доставлять вам проблем, но… Но, кажется, пожалуйста не бросайте меня пока и тут тоже.
Удрученно закончила так горячо и прочувствованно начатую речь, поняла, что иногда лучше молчать, чем говорить, а в ее случае так и постоянно, вздохнула. И очень смело и решительно взяла его за руку очень детским жестом. Так обычно пытаются спрятаться от внешнего мира за чьей-то сильной и твердой спиной. Так пробуют ощутить, что не одни и что рядом есть хотя бы кто-то. Так пытаются напомнить о себе кому-то, кого это хотя бы немного волнует. Орихиме не думала сейчас обо всем этом, она просто трогательно вцепилась в край рукава своего невольного спасителя и сурово предоставила ему возможность спасать ее дальше. Она не могла умереть сейчас. И потеряться тоже не могла. Ведь где-то там был Ичиго, которому конечно было намного тяжелее, чем ей сейчас, которому была так необходима ее помощь.
- А какой это район? Он близко к центру, да? Он один из безопасных? Да, пойдемте, нам надо спешить.
Согласилась, осторожно потянув его по тому, что совсем недавно, видимо, было тут дорогой, а сейчас напоминало свалку из руин, камней, осколков, черепицы и моря пыли.
- Пойдемте, нам надо в Сейрейтей, мы ведь доберемся отсюда туда?

+2

9

- Кажется, мы прибежали… - такая надежда звучала в этом вопросе, что Роуз не выдержал: сказалось дикое, нечеловеческое – впрочем, что там может быть человеческого у бога  смерти, который даже умереть вовремя струсил -  напряжение последних дней.
Дней, изменивших мир.
Смех  вырвался из его горла – сначала хриплый, как клекот хищной птицы, потом  - звонкий и раскатистый. Когда-то давно, еще до того, как он научился прятать лицо под маской, он смеялся часто и тогда его смех звучал именно так.
Потом он чаще просто улыбался, еще чаще – заменял улыбку усмешкой, играл на публику – тем тщательнее, если публики не было.
Теперь он менялся.
Если бы в суете военных дней он сумел заставить себя остановится, помедлить, задуматься – сыграть? - поэтическая его натура подобрала бы сравнение.
Но натура молчала.
А Роуз линял. Как змея сбрасывает ставшую тесной ей кожу в период линьки  - так и он, Оторибаши Роуз, скидывал с себя то, что многие годы помогало ему удерживаться на краю изменений.
Произошедших уже давно – еще тогда, сто лет назад, когда все, что было в нем человеческого, выплеснулось вовне и застыло костяной маской.
Мирному Сейрейтею маска показалась страшной.
Война, ворвалась  внезапно, как обрушивается на ничего неподозревающий берег волна цунами.
Ее лицо оказалось страшнее.
А маска так удобно скрыла слезы, наворачивающиеся на глаза от едкого дыма погребальных костров.
И совершенно неуместную улыбку – тоже.
А вот смех вырвался – звонкий, серебряный.
Смех того, кто наконец сумел принять себя полностью, кто готов защищать – себя, свой мир, своих друзей, все то, что делает  обычного человека  - человеком.
А бога смерти – просто богом.
И плевать, что богом быть – труднее всего на свете.
- Можешь не сомневаться. Самое что ни на есть прибежали.
Роуз нашел в себе силы перестать ржать – в конце концов, это просто невежливо! Осмотрелся вокруг – да, он не ошибся. Окраина Руконгая – хотя, может быть, и вовсе не окраина, проклятые квинси очень качественно уравняли все и вся! –  камни и запах.
Всепроникающий запах гари.
Он поморщился.
- Все гораздо хуже, Иноуэ Орихиме. Она не была. Она все еще есть. Что касается моей способности влипать во все… -Роуз улыбнулся – он искренне надеялся, что улыбка получилась хотя бы отдаленно похожей на давешний смех – вряд ли в этом есть твоя вина.
Думаю, что когда меня угораздило влипнуть в ряды Готей-13 , ты еще не родилась.
А остальное - уже следствие этого поступка.
Да и кроме того – кто-то должен же был вытащить тебя оттуда?
Так почему не я?
– Роуз картинно откинул голову, рисуясь – вот, мол, я,  спаситель потерявшихся в Дангае.
Совершенно же необязательно Иноуэ знать, как у «спасителя» тряслись поджилки, когда он понял, что коридор ведет себя как угодно, но не так как надо, а его бабочки и след простыл?
Во-от!

- Пойдем. Совершенно незачем нам здесь ошиваться.
А вот с Сейрейтиеем могут возникнуть некоторые трудности… - Роуз  сделал шаг в направлении, как ему казалось, расположения  Готей-13. – Видишь ли, Иноуэ… Сейрейтея больше нет.
Впервые произнесенные в слух, эти слова  соленой горечью осели во рту.
Черты лица Роуза стали  резче.
Закаменевшие скулы, острый прищур глаз, стянутые в нить губы – олицетворение решимости.
- Но это еще не конец. Это только начало. Мы будем драться за каждый глоток воздуха этого мира. И мы победим – как побеждали всегда. Или погибнем - в первый раз за существование привычного нам порядка вещей.
Роуз помолчал, продолжая идти по узенькой стежке.
-  Кстати… Зачем ты вошла в Дангай? Что заставило тебя так рисковать? - Не спрашивать же напрямую: «Пришел  ли Ичиго нас спасти?» Стыдно как-то…

+3

10

Услышав вспышку сорванного какого-то, ненормально веселого, вспыхнувшего вдруг и внезапно смеха, девочка остановилась, недоуменно оглянулась, внимательно вгляделась в лицо смеющегося и все не прекращающего смеяться капитана. Она смотрела сначала тревожно и напряженно сдвинув бровки, а после, буквально через минуту уже  - очень вдруг понимающе.  Это ей может быть плохо, страшно, грустно и больно. Это она имеет право и возможность расплакаться, разбить тарелку о пол, спрятаться в шкафу и под одеяло с головой. А он такого права и столько выбора не имеет. Он не может разреветься посреди Сейрейтея при своих людях, и в гордом одиночестве тоже не может. И в шкаф он не войдет… Поэтому если такой ужасный, пугающий своей повышенной веселостью и ненатуральностью смех помогает ему сбросить хотя бы часть напряжения – пускай. Она будет только рада и с удовольствием посмеется с ним вместе, если это ему понравится и поможет. Орихиме уже начала даже нерешительно улыбаться, поддерживая, чтобы он не подумал, что смеется один, чтобы не застеснялся и не прекратил… однако смех прервался так же внезапно, как и начался. Капитан взял себя в руки, и девочка, тоже прекратив так толком и не начавшуюся улыбку, одобрительно и серьезно кивнула. Да, он был настоящим капитаном Готея 13.
- Это очень хорошо, что мы прибежали, это очень радует. Потому, что я уже подумала даже, что Дангай может нас и не выпустить.
«И если я попала туда специально и была бы сама виновата, то вы пришли ко мне на помощь, и я бы никогда себе не простила, если бы и вы застряли там по моей вине.»
Орихиме коротко вздохнула и снова кивнула, очень вдумчиво, понимающе. Да, война была всегда. Даже если она не поняла пока что, о чем конкретно он говорит, но сколько Орихиме знала Общество Душ, с того самого момента, когда в ней вдруг проснулись ее почти божественные силы (сама она никогда их такими не считала!), вокруг все время шла война. С Пустыми ли, с арранкарами, с кем-то еще. Один за другим на их с Ичиго пути возникал кто-то, кто желал причинить страдания, пусть даже не им самим, какое это могло иметь значение? Орихиме была целиком согласна с Ичиго – они не умели пройти мимо боли, чужой, своей, они просто не умели этого. Может быть, потому что обоим досталось этой самой боли с самого детства? Ичиго ли, который потерял маму и улыбку одновременно, сама ли Иноуэ, которая сначала потеряла родителей (нет, не когда убежала с братом, а когда они били ее, вот тогда и потеряла), а после и брата, а потом… Решительно мотнула рыжеволосой головой, стряхивая ненужные сейчас мысли. Порефлексировать и поныть она сможет потом, когда все будет закончено, когда вокруг и для всех наступит вечный и непрекращающийся мир, а она и Ичиго… Мысли снова пришлось стряхнуть, и сейчас это получилось намного проще. Потому, что тут же вспомнила, зачем она находится здесь и сейчас. Ей надо было думать не о счастливом будущем, ей надо было вспомнить о невеселом настоящем и о том, что Ичиго, наверное, уже в самой гуще событий, и уже сто процентов куда-нибудь там ранен!
- Вы не влипли в ряды Готея, это же… это же честь туда попасть, разве нет?
Откровенно непонимающе уточнила, поняла уже из следующих слов, что он шутит, оценила гордую посадку головы в целом и подбородка в отдельности и рассмеялась. Несмотря на весь страх и всю опасность их положения сейчас, он был таким заботливым, добрым и милым, что Орихиме просто не могла не рассмеяться, весело и облегченно. Да, пока капитан Готея шутит и смотрит вот так гордо и неприступно, все вокруг еще не так плохо. Не может быть так плохо.
- Почему? Как…. нет? Совсем?
Вдруг ошарашено и глупо переспросила, сама понимая, какой глупостью звучат ее слова, ее вопрос. Но и его слова разве не прозвучали так жестоко, резко и без вариантов? Так страшно, что девочка, с ужасом теперь разглядывающая его лицо, сначала даже не услышала его последнего вопроса.
- Совсем нет? Но как же это?
Растерянно и умоляюще сдвинула бровки, как будто он сейчас мог ее пожалеть и взять свои слова обратно.
- Я не думала о том, что рискую, я просто пошла за Ичиго, который уже должен быть где-то тут.
Тут же лихорадочно заозиралась, еще больше спеша отыскать того, кто должен был положить конец этому хаосу всему вокруг.
- Он ушел раньше, я немного опоздала, но вы же понимаете, что моя помощь будет не лишней. Особенно сейчас!
Тревога в голубых глазах не просто усилилась, она почти выплескивалась, переливалась через край, грозя затопить и его  тоже. Однако когда она снова заговорила, голосок почти не дрожал!
- Конечно. Никакая война не может закончиться, пока… пока вы…
«Мы. Ичиго. Пока Ичиго…»
- …. не победите всех. И не восстановите Сейрейтей заново. Но я хотела бы задать вам один маленький вопрос, можно?
Глубоко вдохнула и решительно уставилась на него своими требовательными огромными глазищами.
- Что происходит? Что сейчас творится вокруг? Кто наш враг? Где может быть Ичиго, где самое страшное сейчас, где самая большая опасность?! Почему?!
Кажется, один маленький и незаметный вопрос грозился длиться вечность, поэтому Химе огромным усилием воли заставила себя замолчать. Однако продолжала требовательно смотреть на капитана.

+3

11

Потому, что я уже подумала даже, что Дангай может нас и не выпустить.

Роуз кивнул У него самого возникла такая мысль – что из-за долбанных квинси с их долбанными тенями -  или как там еще эта ерунда называется? – что-то всерьез расшаталось в мироустройстве и Дангай стал ловушкой.
Думать о том, что могло бы произойти с ними, окажись это правдой, не хотелось совершенно.
Пусть Куротцучи думает, он все равно долбанутый.
Ну, или Урахара – этот, если разобраться, недалеко ушел от Куротцучи. Разве что рожа не столь отвратная.
И помнит  - хотя бы иногда – что окружен теми, кто способен чувствовать, иметь собственные стремления и желания. Как следствие, действует тоньше.

Роуз прекрасно помнил, кому обязан жизнью.
Помнил, как Урахара всегда приходил на помощь  Готей-13 и Обществу Душ.
Вот только он не обманывал  себя, утверждая, что тот делает это ради Готея или Общества.
Потому как делал все это Урахара исключительно ради одного синигами – ради Урахары Киске.
Кстати, Урахара – это мысль. Жареным пахнет достаточно сильно, чтобы пройдоха в панамке уже был здесь, тщательно раскладывая события по полочкам – это годится, это ни к черту, а вот это мы извернем и используем вот таким образом.
Значит, нужно бы его найти.

Он оглянулся на Орихиме – ничего себе, большая честь!
- Большая головная боль – это скорее… - выдохнул он. Ни к чему забивать голову этой светлой девочки своими недоизжитыми горестями и обидами, верно ведь?
Достаточно того, что она и так смотрит на него расширенными, полными ужаса глазами, не желая принимать – понимать – известие о том, что Сейрейтей пал.
- Увы. – жестко подтвердил он. – Квинси оказались очень серьезными ребятами. Теперь мы  - такие же жители  Руконгая, как и все остальные обитатели Общества Душ.
Только на нас еще и охота ведется. – впрочем, этого он вслух не сказал. Незачем пугать ее еще больше.
- Главное, что ты не пропала по дороге, – улыбнулся Роуз. А помощь – да, сейчас такое время, что доброе сердце и благие намерения ценны и сами по себе, а твои способности делают тебя и вовсе необходимой, как воздух.
Целители на войне – на вес золота, особенно теперь, когда капитан Унохана исчезла в неизвестном направлении.
Меноса драного неизвестном, конечно – квинси.
Опять квинси.
Что ни хренашечки не повышает шансов на ее возвращение, а значит – да, все правильно – Орихиме нужна не просто, а очень.
Вот только…

- Война закончится тогда, когда мы либо погибнем, либо победим.
Пока я, к сожалению, не придумал другого способа. А что до восстановления Сейрейтея… Хотелось бы на его месте построить что-то новое. Не настолько закоснелое в неизменности.
Но это, думается мне, решать не нам, а тем, кто придет нам на смену.

Сумеет ли Орихиме расслышать едкую горечь в его словах?
Роуз надеялся, что нет.   
-Где Ичиго? Ты говоришь, он должен быть здесь? Я не знаю, я пока не встречал его.  Что до врагов… - квинси. Такие же, как Исида Урью – или немного другие, но никаких сомнений нет – они квинси.
Он взял Орихиме за руку – как маленькую перепуганную девочку, и повлек за собой:
- Опасно – везде. Но я, кажется, знаю место, где мы могли бы пригодиться.

+3

12

Девочка слушала молча, не отвечая и не реагируя. Она не кинулась в слезы и не забилась в истерике, она ничем не выдала своего немедленного отношения к тому, что услышала только что. Она так автоматически и рассеянно отдала ему руку, послушно направляясь следом, как маленький, наивный и очень послушный ребенок, что сразу становилось понятно – сейчас Орихиме думает о чем-то крайне важном. Может быть, крайне… крайне страшном. О том, например, что услышала только что от него… Девочка поверила капитану сразу и безусловно, как верила своим друзьям, как верила Ичиго, как верила, в принципе, всем вокруг, с огромным трудом признавая кого-то за своего врага. А если ты не враг, то как можно не доверять и не верить? К чему тогда вообще любые человеческие отношения, без доверия? Орихиме знала, что окружающие не разделяют эту ее чистую и повсеместную веру в добро и свет, однако она и не навязывала своего мнения, никогда. Она просто придерживалась его и… и тем страшнее показались новости, преподнесенные ей капитаном, пусть и очень осторожно. Химе сразу оценила, насколько он щадил ее и ее нервы, потому что все факты были преподнесены коротко, ясно, суховато, без деталей и подробностей. А, может, он просто был не готов к ее слезам? Орихиме смогла не заплакать, она только немного крепче сжала своими теплыми пальчиками его руку и серьезно глянула снизу вверх абсолютно сухими, строгими глазищами.
- Никаких либо быть не может. Мы обязательно победим, слышите? Не смейте думать иначе, я вас очень прошу.
«Я просто никому не дам думать иначе! Правда, Ичиго?!»
Тем не менее пришлось несколько раз глубоко-глубоко вдохнуть, чтобы горлышко перестала давить какая-то странная удавка, появившаяся там как только она услышала о том, что Серейтея больше нет. Она не должна была переживать, это ведь был не ее дом, не ее город даже, но разве ее не связывало с этим местом столько всего, столько воспоминаний, столько знакомых и друзей, что сейчас удавка не могла не сдавить еще сильнее? Однако сейчас с ней рядом шла не Тацуки, при которой можно было плакать, смеяться бездумно, снова разреветься, в любой момент, зная, что Тацуки….
«Тацуки подошла бы сейчас на это мое место, на эту мою роль намного лучше, чем я сама, правда?»
Мысли, как обычно никак не желающие выстраиваться в должном порядке, вдруг отвлеклись от трагедии и судьбы Серейтея и всех, кто проживал там, метнулись обратно в прошлое, вызывая в памяти картинки. Орихиме почему-то всегда казалось, что она – лишняя в общей их тесной и близкой команде, что она только мешает, что та же Тацуки сумела бы принести больше пользы, да что там, Химе не умела даже драться. Она не хотела драться… А разве сейчас и всегда именно это и не было необходимо?
- Война закончится, мы победим, и вы отстроите новый Серейтей, по своему вкусу, и вам в этом помогут, поэтому вы успеете задолго до тех, кто придет после вас, капитан.
Серьезность тона компенсировала его негромкость, и слова девочки, идущей рядом, звучали очень внятно и решительно, как будто она была четко уверена в том, что говорила. Как будто она не сомневалась сейчас во всем, включая себя, как будто не боялась так, что внутри все сжималось от одной мысли о том, что Ичиго сейчас там, в самой гуще событий.
- Значит, все же квинси. Нет, не Исида, я знаю, что он тут ни при чем. Я … точно знаю. И почему, почему квинси? Откуда они взялись в Серейтее? Кто затеял это все?
Голосок сорвался на минутку, пришлось вдохнуть и ускорить шаг, едва не обгоняя того, кто вел ее сейчас. Кроме Ичиго там был Исида, и ему помощь требовалась ничуть не меньше, чем самому Ичиго. И Орихиме не собиралась думать иначе, а если кто-то собирался – она сумеет переубедить их всех. Потому, что Исида Урью просто НЕ МОГ стать предателем.
- Спасибо, я постараюсь быть полезной.
Тут же сосредоточенно и благодарно глянула, чуть полуобернувшись, кивнула и машинально коснулась заколочек, ее помощников во всем, сосредоточие ее странной и иногда пугающей и непонятной силы. Она, которая всему верила и всех слушалась…. почему-то умела «отрицать». И делала это так, что высота, огонь и взрывы пасовали перед ее щитами, а руки, вырванные с корнем или просто отрубленные, вырастали по ее желанию. Да, Орихиме действительно умела отрицать то, чего не желала видеть в этом жестоком и таком хорошем мире.
- Нет, вы никогда не сможете стать обычными жителями Руконгая, капитан, ведь на вас лежит ответственность, намного большая, чем на остальных.
Орихиме знала, о чем говорила. И он тоже знал, что она знала. Ведь именно поэтому именно Иноуэ застряла в Дангае только что, именно ее он вытащил оттуда, именно ее сейчас вел куда-то, где именно она могла быть полезной.
- Да, Ичиго давно должен был быть где-то тут. Думаю, мы найдем его совсем скоро, он… обычно не пропадает надолго и его…. сразу заметно.
Тактично обозначила основное свойство рыжеволосого шинигами идти напролом, по головам, периодически проходя сквозь стены, вместе со стенами, вообще не замечая их.
- Я не боюсь сейчас опасности.
Орихиме очень сосредоточенно и доверчиво подняла глаза еще раз и уточнила спокойно и с любопытством.
- Где мы можем пригодиться? Где-то уже есть много раненых? Тогда пожалуйста, ведите меня туда!

+3

13

Ладошка Иноуэ была горячей и сухой, в серых глазах – ни  единой слезинки, только строгая ясность: мы победим.
Ведь добро всегда побеждает зло, не так ли?
Роуз не был уверен, что Готей – добро.
Справедливости ради, и квинси таковым не казались, не смотря на то, что одевались в белые одежды.
Так кому побеждать?

Впрочем, последнее, что сейчас нужно кому бы то ни было – хоть  Готею, хоть квинси, хоть его спутнице – это его псевдофилософские измышления, и Роуз старательно рассмеялся:
-  Выстроенный по моему вкусу Сейрейтей врядли станет удобным местом для жизни, так что пусть этим все-таки займется кто-нибудь другой, ладно?
Он  чуть крепче сжал узкую теплую ладошку Иноуэ, давая понять, что оценил ее поддержку.
Горячность, с которой она кинулась защищать своего друга, почему-то обрадовала.
Не Исида… Ох, хотелось бы иметь такую же уверенность… Роузу не было никакого дела до Исиды Урью, он находил его скорее неприятным человеком – со времен той давней прогулки по Лесу Меносов – но думать, что тот с легкостью – да пусть бы и с трудом, что с того? – предал друзей, было неприятно.
Он фыркнул, вспоминая настороженный взгляд Урью.
Видят боги, которых нет, хотелось бы, чтоб  недоверчивость Исиды Урью осталась при нем.  Похоже, в этот раз она могла бы сослужить добрую службу, не дав мальчишке влипнуть по самые очки в… историю.
Погрузившись в воспоминания, Роуз не сразу понял, о чем его спрашивают.
– Откуда они появились… Свалились, как снег на голову, как лавина с гор, как внезапно налетевший тайфун  –  из чьего–то – нашего – прошлого. Говорят, они скрывались в тенях Сейрейтея. Говорят, готовились мстить. 
И уже не важно, кто это затеял – теперь уже не найти концов. Вероятно, у этого кого-то были свои причины.

Роуз замолчал, украдкой поглядывая на упрямо сжатые губки Иноуэ.
Хотелось бы иметь такую же веру.
Ему стало стыдно.
Тогда, сто лет назад – Урахара и Йоруиччи  верили. В них, в их силу, в их способность справиться с темной стороной своей души…
Так какого же меноса  он и сейчас, когда мир рушится, находит время на никому не нужную жалость к самому себе?!
Вот даже эта девочка обещает быть полезной!

Раздосадованный и пристыженный Роуз не сразу замечает, что они уже в лагере Четвертого отряда.
Ну, почти.
И еще... От увиденного к горлу подступает ужас –  кто-то лежит поодаль от входа в крайнюю палатку.
Нехорошо так лежит.
И рука неловко подвернута, и волосы скрывают лицо – не тот случай, бессмысленно. Такие волосы только у одного синигами в Сейрейтее.
Роуз, выпустив из рук горячую ладошку Орихиме, наклоняется над Укитаке, прислушиваясь к дыханию.
- Нужно унести его отсюда! – как будто хрупкая девочка справится с этой задачей. Подхватив Укитаке на руки, он оглядывается, – вокруг, как назло, никого – и идет в ближайшую палатку.
Аккуратно уложив капитана 13 отряда на походную койку, обращается к Орихиме – он уверен, что она здесь, рядом:
–  Помоги ему. Это ведь в твоих силах?
Впервые за свою жизнь Роуз жалеет, что он не целитель.
Видят боги, которых нет, лекари сейчас нужнее, чем музыканты.

+3

14

Как только Химе услышала, что где-то ее помощь УЖЕ, не потенциально, не раньше времени, а уже вот прямо сейчас необходима, она тут же разительно, пусть и не слишком заметно внешне, переменилась. В девушке, только что рассеянной, растерянной и испуганной даже, появилась внутренняя решимость, сосредоточенность и даже какая-то пусть не бросающаяся в глаза, но явственно ощутимая сила. Нет, даже Сила. Орихиме не менялась ни внешне, ни в характере своем, однако она четко и ясно осознала свое место в этой жизни. И место это было даже не рядом с ее обожаемым Ичиго, как ни странно – ее место было там, где она была нужна больше всего на данный момент. Она могла любить Ичиго, она могла быть преданной и горячо привязчивой к друзьям, она могла тянуться к любому рядом с ней, в упор не различая плохих и хороших, однако как только кому-то требовалась ее даже пусть чисто физическая помощь, Орихиме бросала все. И спешила именно туда, где сейчас в ней нуждались больше всего, где без нее могли… умереть. Со смертью заканчивалось все вокруг, и как бы девочка не пыталась отрицать это, иногда и она была бессильна помочь. Это было редко, но это случилось, поэтому сейчас Химе была готова буквально на все, чтобы больше не допустить подобного.
- Хорошо, я не против, если вы настаиваете.
Автоматически ускорив шаги, почти перегнав ведущего ее такого очаровательного спутника, девочка тем не менее улыбнулась, милостиво позволив не ему лично восстанавливать Серейтей. Она была очень, крайне добрым существом. И тут же посерьезнела, не обращая даже внимание на заботливое и понимающее пожатие ее узенькой теплой всегда ладошки, тут же решительно мотнув огненной своей головой.
- Нет, мне кажется это очень важно – узнать, кто это все начал, кто это затеял и кто… кто помог тому злу, которое таилось внутри самого Сейрейтея, как вы говорите, вскинуть голову и начать… все это вокруг! Это важно. Потому, что невозможно воевать, не зная, кто именно твой противник, не понимая его мотивов и целей и… и почему он это делает?! Быть может, дело просто не в ненависти даже, а в недоразумении? То есть… я не хотела сказать, что это все зря и что все гибнут просто так, о нет! Я имела в виду, что если бы мы точно узнали, что происходит, может можно было бы избежать такого количества разрушений и жертв?
Девочка замолчала, продолжая спешить, покусывая теперь свои все так же упрямо сжатые губки. Уступчивая и послушная, покладистая и немного легкомысленная, легко прогибающаяся под любого, кто обладал на нее хотя бы малейшим влиянием, Орихиме могла вдруг проявить удивительное упрямство, когда считала, что она права. А она была права, права сейчас…
- Но вы все узнаете и все выясните, правда?
Строгими, огромными, яркими своими голубыми глазищами взглянула на капитана снизу вверх, придирчиво и все так же упрямо. Он ведь был капитаном Готея. Он был сильным, умным и …и высоким, в крайнем случае. Он умел думать и думал правильно. Да как могло быть иначе?! Орихиме верила в него так же, как в Ичиго сейчас. Этот капитан сумел помочь ей. Конечно, он поможет и всем остальным тоже, в этом нет сомнения. А она постарается помочь ему.
- Мы в четвертом отряде, да?
Первой отреагировала на появление вокруг палаток, снующих туда-обратно шинигами с медицинскими рюкзачками, в свободных одеяниях, не обращающих внимания на вновь подошедших, как бы странно не выглядела их парочка. Все здесь были настолько собраны и настолько заняты своим делом, что было понятно – именно тут центр сосредоточения всей медицинской и прочей помощи, которую только могли оказать люди друг другу.
- Я пошла!
Тут же огляделась, готовясь рвануть прямо в ближайшую палатку, как ладошку вдруг выпустили. А от капитана хлынула такая ощутимая волна заботы и обеспокоенности, что девочка остановилась, поискала взглядом причину этого и тут же побежала за ним, нырнув следом в палатку.
- Отойдите, отодвиньтесь. Да.
Напрочь отбросив только что уговаривающий и робкий тон мелодичного голоска, Орихиме решительно скользнула между капитаном и лежащим на кровати. Даже не пытаясь прикоснуться к нему, осторожно провела ладошками над телом, сосредоточилась и глубоко вдохнула. Ей не было уже нужды ни касаться заколочек, ни выкрикивать моря заклинаний. Она и ее волшебные феи понимали друг друга давно и без слов.
- Я отрицаю!
Коротко, едва слышным шепотом выдохнула единственную верную фразу сейчас, замирая с вытянутыми над светлыми, длинными, спутанными волосами руками. Пальчики дрогнули, и все тело лежавшего медленно, но верно покрылось, а потом и оказалось окутанным теплым, почти горячим оранжевым сиянием, настолько материальным, что только ручки Орихиме, казалось, могли проникнуть в него и выдержать этот жар. Несколько едва заметных, размытых фигурок в разных одеяниях запорхали, исчезли, приступая к своей работе, однако девочка не опустила рук, желая контролировать все до конца.
- Не переживайте, он … будет жить. Совсем скоро.
Не оборачиваясь к капитану за спиной кивнула, не сводя взгляда со своего внезапного пациента. Она, кажется, узнала его, тоже одного из капитанов. Сглотнула. Сейчас лучше было просто не думать, кто же мог сотворить такое с самим капитаном Укитаке. А еще надо было не думать, что сейчас творят с Ичиго… Глубоко и резко вдохнула и решительно придвинулась ближе. По чистому, светлому лбу проскользнула и замерла морщинка – девочка сосредоточенно собирала силы, не упуская ни единой раны на теле, под одеждой, даже не видя их. Теплое сияние проникало везде, окутывая одеялом, забираясь под кожу, в сознание, проникая в каждую клеточку раненого тела. Орихиме и сама не понимала, как ЭТО действует, но знала – ей просто надо продолжать.
- Сейчас все будет хорошо.
Шепотом успокоила то ли капитана за спиной. То ли лежащего перед ней. То ли себя саму.

+2


Вы здесь » Bleach: New Arc » Rukongai » Эпизод 16: Свет победит мрак


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC