Добро пожаловать на ролевую по Bleach!



Мы предлагаем Вам написать свою историю войны между квинси и шинигами и создать свой финал многовекового противостояния.







Рейтинг игры: 18+
Система игры: эпизоды
Время в игре: Спустя 19 месяцев после завершения арки Fullbringer'ов




Администрация:



Модераторы:
Вверх
Вниз

Bleach: New Arc

Объявление

• Подробнее с событиями в Обществе душ, Уэко Мундо и Каракуре вы можете ознакомиться здесь.
• На форуме открыта игра "Песочные часы", где Вам предоставляется возможность отыграть события из жизни Ваших персонажей предшествующе основным событиям игры.
Акции
•Акция "Неизвестные страницы истории квинси" - временно приостановлена.
•Открыта акция "Не прощаемся с Экзекуцией" - в игру принимаются фулбрингеры.
•Открыта акция "Одно рисовое зерно склоняет чашу весов" - в игру принимаются неканоны - шинигами и Пустые.
•Акция "Срочно требуются!"
•Акция "Тени прошлого"
•Акция "Проводники душ"


Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: New Arc » Rukongai » Эпизод 14: Мир потерянного будущего


Эпизод 14: Мир потерянного будущего

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Название эпизода: Мир потерянного будущего
Эпиграф эпизода:  «А ты ждешь меня в мире потерянных снов, в мире пропавших вещей
У стены, увитой сухим плющом, опустив ноги в ручей…
Я плыла бы, но реки затянуты льдом,
В звездах потерян твой след.
Я не знаю дороги в твой дом –
указателя нет.
(с)Fleur- «Мир потерянных вещей»
Участники в порядке очередности:
Абарай Ренджи
Кучики Бьякуя
Место действия:
Руконгай, убежище шинигами.
Время суток:
Утро второго дня после дня после нападения.
Погода:
Прохладно, облачно и ветренно.
Описание эпизода:
Абарай Ренджи, едва оправившись от ран, спешит отыскать своего капитана – даже самая тяжелая потеря переносится легче, если делить боль на двоих, а потерь в последние дни было слишком много.
Рейтинг:
G
Предыдущий эпизод:
Для Кучики Бьякуи: Эпизод 11. Тень страха – тот же страх. 
Абарай Ренджи  - начало игры.

0

2

Ему снилось детство. Трудное, но веселое и, временами, беззаботное. В голове мимолётными видениями проносились воспоминания, вспыхивая на мгновение и тут же угасая, уступая место другим. Инудзури, который, невзирая на всю грязь и беспредел, был родным, друзья, шалости, дележка еды в их не самой сплочённой, но всё же семье, ловля рыбы на берегу реки, беготня наперегонки с торговцем водой, первое чувство голода…
***
Небольшую комнату сквозь окошко с потрескавшимся, явно давно не мытым стеклом слабо освещали последние закатные лучи: Руконгай медленно погружался в сумерки.
Дощатый пол был немного влажным, половицы местами подгнили и провалились, в затхлом воздухе чувствовался едва уловимый запах плесени. Видимо, данная атмосфера и была вдохновителем тематики сна.
Молодой шинигами медленно, будто нехотя, приоткрыл сначала один глаз, затем – другой. Грань между сном и явью постепенно становилась всё чётче. Да, он явно был не в лазарете четвертого отряда, а означать это могло лишь одно: первое нападение врага, скорее всего, увенчалось успехом. Хотя, раз он жив, то вполне возможно, что Готей 13 не уничтожен.
Ренджи приподнялся на локтях и осмотрелся. Он лежал на давно выцветшем, повидавшем виды и явно несвежем одеяле, по углам комнаты кучами был свален всякий хлам, а под потолком отчётливо слышалась мышиная возня.
«Навевает воспоминания…» - Мысль вызвала лёгкую усмешку. - «И всё же, хватит разлёживаться, обстановка сама себя не выяснит.»
Прямо возле выхода, привалившись спиной к стене, дремал невысокий темноволосый парнишка.
«Ну кто бы сомневался?» - Абараи присел на корточки и потрепал спящего по плечу.
- Рота, подъём! Солдат спит – служба идёт?
Рядовой вздрогнул и открыл глаза:
- Ренджи-сан! Вы очнулись! Вы два дня спали… - парень радостно улыбнулся. – Я так рад!
- Йо, Рикичи! Докладывай, что тут в моё отсутствие произошло. - Встретить кого-то из своего отряда было безусловно приятно.
- Конечно, Ренджи-сан! Вот только недавно Оммицукидо завершил отчет о нападении, я его даже толком и прочитать не успел, держите!
В руках у рокубантай-фукутайчо оказалась весьма потрепанного вида бумажка, с обеих сторон исписанная мелкими неаккуратными иероглифами; глаза побежали по столбцам. Внезапно мужчина побледнел и резко сжал многострадальный лист в руке.
- Не может быть… - Он вновь внимательно изучил список погибших. Нет, не показалось.
- Что-то случилось, Ренджи-сан?
- Где сейчас Кучики-тайчо? – голос прозвучал тихо, хрипло и отрешенно. – Что с ним?
- Я… Я точно не знаю.
А Ренджи уже судорожно прощупывает духовное пространство, пытаясь уловить хотя бы ничтожные отголоски знакомой реяцу.
«Нашел!»
И мужчина срывается в шунпо.
- Но Ренджи-сан, Вам нужен покой! Постойте!
***
- Мне велено никого не пускать. – Полноватый мужчина загородил проход, выставив перед собой нагинату.
- Я его лейтенант, менос тебя дери!
Ренджи психует. Нет, он в ярости. Еще немного – выхватит Забимару и доступно объяснит этому козлу, что по чём.
- Это приказ. Уходите.
- А если не уйду? Вот что ты мне сделаешь, а? Зубочисткой своей перед носом помашешь? Я сказал, пропусти!
- Повторяю, это – приказ.
- Приказывать мне может только Кучики-тайчо и Главнокомандующий!
Перепалка длилась уже некоторое время и к завершению явно не шла.

Отредактировано Abarai Renji (2018-04-29 22:23:22)

+5

3

Руконгай не был местом его детства, и ничем не привлекал к себе. Это было вынужденное укрытие от захватчиков. Стратегический ход, который он хорошо понимал, но не мог принять. Место самурая в бою. Среди земли и плесени воин перестаёт быть воином, и превращается в то, что его окружает, медленно, но верно.
   Кошмарные сны, навеянные Ас Нодтом, исчезли, прошли, словно без следа, хотя в сердце всё ещё были живы, как будто он очнулся от сна всего пять минут назад. Реальность мало чем отличалась от видений. Никто ещё не нападал на их жалкий лагерь, не причинил боль, не пытал, но само нахождение здесь, в Руконгае, было невыносимым. Поселение напоминало ему о потерях. Сначала о Хисане, потом о Рукии. Нет конца смертям любимых и близких.
   Он не верил, что души, обитающие в местных трущобах, станут молчать о присутствии шинигами. Они легко выдадут их лагерь квинси, если те начнут задавать вопросы. Даже сами квинси найдут их без всяких вопросов. Слишком много реяцу сосредоточено в одном месте.
   Командир сейчас Кёораку, и ему решать, как поступить правильнее. И сам Бьякуя считал, что они сильно подставляются, расположившись в столь подходящем месте, и решая вопросы, которые и без того были давно решены. Они рисковали, и теряли при этом драгоценное время.
   Убитых было много. Ещё больше раненых, и тех, кто просто, по психологическим причинам, не мог встать в строй. Иными словами, реально способных держать меч в руках среди шинигами сейчас насчитывались единицы. К какой категории относится он сам: к бойцам, или безвольной обузе? После происшествия с Исанне, он продолжал оставаться под надзором медгруппы. Возможно, они думали, что он всё ещё представляет угрозу. Стоит ли их в этом винить? Он сам не знал, насколько опасен или безопасен для окружающих. И потому, вместо того, чтобы действовать, сидел и ждал, сам не зная, чего. Он мог предпринять жалкую попытку попробовать силы на поле боя. Но здравый смысл подсказывал ему, что, пока они не знают, что противопоставить техникам квинси, это будет всего лишь не более, чем попыткой свести счёты с жизнью, и ничем более. Но безделье тоже не способствовало возвращению прежней боевой формы, не говоря уже про дух. Единственное, что он мог сейчас делать - это думать, планировать будущие сражения с врагом, о котором они знали слишком, опасно мало.
   За дверью комнаты, в которой поселили капитана Кучики, раздался шум. И, судя по звукам, источником послужил его бессменный лейтенант.
   Абарай всегда был шумным, особенно, когда что-то казалось не по нему. Капитан догадывался о причинах.
   Охранник попался на редкость тупой, хоть и исполнительный.
   - Пропусти, - негромко, но так, чтобы было слышно за дверью.
   Когда Ренджи появился на пороге, Бьякуя сидел за письменным столом, сворачивая вчетверо лист с картой Руконгая. Его лицо, по обыкновению, не выражало никаких эмоций.

+3

4

- Пропусти. – Знакомый до чертиков голос был спокоен и бесстрастен. И невзирая на то, что подобная манера речи Кучики-старшему была присуща в 99 процентах случаев, сейчас это бесстрастие пугало. Ренджи рефлекторно сглотнул, ощущая, как по спине будто разряд тока пробежал.

«Не знает? Навряд ли. Хотя, менос его тянет, как к капитану сейчас, с учётом последних событий, информация поступает. Мало ли решили не нервировать лишний раз? Ну, или Сенбонзакуры убоялись.»

Почему-то вспомнилось, как когда-то он при капитане ляпнул какую-то глупость и тот на следующий день выдал ему кипу всякого рода исторической документации прямиком из закромов кланового архива, с указанием изучить всё это в недельный срок. Добровольно-принудительно и без лишних разговоров. Изучая весь этот, на его взгляд, информационный мусор, Ренджи наткнулся на упоминание о том, что где-то в отдалённом уголке Генсея было время, когда гонца, приносившего плохие вести… Ну, в общем, не особо ему после этого хорошо было. Так что стоило сперва почву прощупать, а то мало ли.

Хоть доставучего, аки банный лист, и слишком уж бдительного охранника хотелось стукнуть по голове чем-нибудь тяжелым, как минимум, Абараи всё же ограничился тем, что небрежно отпихнул его плечом. Глубоко вздохнул, успокаиваясь, приводя мысли в порядок, прошел в комнату и опустился на пороге на колени, почтительно склоняя голову.

- Кучики-тайчо.

В присутствии капитана обычно импульсивный и шумный Ренджи разительно менялся. Сперва, в самом начале службы, он скорее лебезил, хоть и мог попытаться что-то оспорить, да что там греха таить: однажды на капитана меч поднял. Затем, со временем, когда он узнал Кучики-старшего получше, мужчина и сам не заметил, как проникся к тому глубоким уважением. Не к его статусу и положению в обществе душ, не к служебным заслугам, нет. К самому шинигами, его мировоззрению, мировосприятию, устоям. Ну, конечно, и на старуху бывает проруха, не без того: временами мог ляпнуть что-либо неуместное, за что неизменно удостаивался укоризненного взгляда. И хоть и осознавал, что это, скорее, формальность, но резко затыкался и далее продолжал себя вести в рамках приличия.

- Мне доложили, что Вы пострадали в сражении. Как Ваше самочувствие?

Отредактировано Abarai Renji (2018-05-31 10:20:42)

+4

5

Абарай вошёл. Почтительно опустился на колени у самого порога и произнёс фамилию капитана, как будто напоминая о своём существовании. Бывали у него такие перекосы: от чрезмерной почтительности до буйного неподчинения. Настоящий ветер, если не сказать больше. К счастью, выходил из-под контроля он не часто.
   У лейтенанта имелось ещё одно свойство неоднозначного характера, которое иногда играло ему на руку, а иногда, наоборот, всё портило. Он не умел скрывать мысли и чувства.
   Даже если не говорил. Даже если пытался обмануть.
   Не нужно было быть великим психологом, чтобы установить причины его поведения или вычислить его состояние. Этот красноволосый долговязый юнец со странными татуировками по всему телу слишком уж зависел от собственного внутреннего «я».
Сейчас он был слишком сдержан для человека, отличающегося изрядной импульсивностью. Как будто намеренно сдерживал себя. Выражение сосредоточенности на лице выдавало сильное волнение.
   «Он боится чего-то», - решил Бьякуя, задумчиво созерцая макушку второго офицера.
Очевидно, что за кого-то, поскольку предполагать, что кого-то, было бы по меньшей мере несправедливо. Даже если речь шла о том жутком человеке, который мог управлять страхом, просачиваясь в разум своих жертв.
   «Он узнал про Рукию»
   Мысль, наполненная горечью, прошла не оставив на лице следа.
   Капитан неосознанно нахмурил брови. В последнее время он многое делал неосознанно, изменяясь вместе с миром, который летел в пропасть.
   Следуя логике, должна прозвучать какая-нибудь формальность. Так оно и вышло. Лейтенант спросил о самочувствии.
   - Всё в порядке, - был лаконичный ответ.
   Если судить объективно, самочувствие не играло сейчас существенной роли. Они все могут закончить в любой момент, как Рукия. И многие из офицеров, кто не дожил до сегодняшнего дня.
   - Надеюсь, моё самочувствие - не единственное, что привело тебя.
   Они тратят драгоценное время на зализывание ран и взаимные переживания. Бьякуя понял, что будет сильно разочарован, когда окажется, что Ренджи здесь только из-за него. Вдвойне неприятно потому, что он сам не чувствовал себя вправе рассчитывать на какое-либо внимание к собственной персоне. Тем более - со стороны своего лейтенанта. Это же он, в какой-то степени, отвечал за жизнь Рукии. И он же приложил руку к общему провалу, позволив врагу взять над собою верх.
   Впору задуматься, так ли уж верно назначать капитаном Шестого отряда каждого последующего главу клана Кучики.
   Он силой отогнал от себя эту мысль, понимая, что сейчас она не принесёт с собой ничего хорошего.
   Холодный взгляд стал ещё холоднее. Лицо словно закаменело в ожидании ответа.

+3

6

«Знает же, сука.»

Мгновение – и Абараи оказывается рядом с капитаном, отвешивая тому звонкую, увесистую пощечину.
Да, низко и подло, но если Кучики закроется, погрузившись с головой в их общее горе – чёрт знает, что выйдет из этого. Сейчас ему нужен выплеск эмоций. Пускай лучше он выдаст свои чувства вместе с гневом на многострадальную головушку Ренджи, чем будет переваривать её один.

- Хватит, слышите, капитан? Хватит. Вы не были один, как бы Вы не закрывались. Вас ценят. Вас любят.  Просто отдайте свою боль мне. Поделитесь. Хватит, слышите. Не изводите себя. - Тихий, на грани шёпота голос, прикрытые глаза, виновато опущенная голова. Таким лейтенанта, вроде, Бьякуя еще не видел. И навряд ли увидит потом.

В голове навязчиво заиграла услышанная в Генсее песня.
«No, you'll never be alone
when darkness comes I'll light the night with stars
hear my whispers in the dark.»

- Услышьте меня, капитан, прошу. – Ренджи положил руку на плечо  Кучики, всё еще не смелясь поднять взгляд. Чтобы не видеть вновь эти холодные, слишком холодные глаза, в глубине которых застыли едва заметные боль и страх. – Я же вижу, капитан, Вам сложно. Зачем Вам тогда лейтенант, если Вы ему не доверяете, закрываетесь. Я потерял любимую женщину, Вы потеряли сестру. Вы ведь тоже любили её,  не правда ли?  Поодиночке мы эту боль не перенесём, понимаете? Теперь у меня остались только Вы.

По щеке, будто оглаживая, мягко скатилась одна слезинка. Первая и вряд ли последняя. Оставшись в одиночестве Абараи будет реветь, как раненный медведь, но сейчас это недопустимо, и хорошо, что капитан не мог увидеть его слабость.
Ренджи небрежно провел по лицу рукой, вытирая влажный след.
Эмоции, переполнявшие его до краёв, иссякли. Теперь внутри была лишь сосущая пустота.

Отредактировано Abarai Renji (2018-06-04 10:30:23)

+3

7

Бьякуя ожидал, что на его вопрос лейтенант разразится страстной проповедью на тему любви к жизни и ближнему. Он прямо слышал все лестные эпитеты, какими тот попотчует своего непосредственного начальника, из которых самым мягким будет «бесчувственное бревно».
Но на сей раз он ошибся…
И пропустил удар. Тот-то посмеялась бы над ним сейчас Богиня Поступи. Хотя он лучше согласится слушать её насмешки, чем не слышать вообще. В борьбе с захватчиками никакая помощь не будет лишней.
Кто знает, вмешайся тогда в происходящее экс капитаны Готея, может Рукия сейчас была бы жива. Или он просто обманывает себя? Пожалуй.
Он недооценил Ренджи. Оказывается, лейтенант не всегда бывает предсказуем, как раскрытая книга. Иногда и он способен удивлять.
Лицо горело – не только от крепкой затрещины, на которую не поскупился второй офицер, но и от пощёчины, полученной по самолюбию. За долгие годы ещё никто не осмеливался на подобное, не считая противников. Тем более собственный офицер.
Он не знал, как правильно отреагировать и нужно ли. Ведь если он отреагирует, то покажет тем самым, что ему не всё равно. Хотя и спустить удар нельзя. Будет хуже.
Ренджи хочет избавиться от сердечной боли ощутив в полную силу боль физическую. В этом есть свой смысл. Хотя помогает ненадолго. Он проверял.
Но видно, одного удара было мало. Не дожидаясь реакции капитана, Абарай сделал то, что тот ожидал от него первоначально – завернул душеспасительную пафосную речь, весь смысл которой по мнению Бьякуи сводился лишь к необходимости давать волю чувствам.
- Рукия была мне дорога и тогда, когда я согласился на её казнь на Соукиоку, если ты помнишь, - холодным и сухим, как вечная мерзлота, голосом, без каких-либо изменений в интонации произнёс капитан. Прибегать к силе банкая, которого у него больше не было, чтобы проучить мальчишку? С него достаточно электрошока. Говорят, это средство отлично прочищает мозги. Пришло время проверить, право ли утверждение.
- Ты заблуждаешься, если думаешь, что я не испил свою чашу скорби, - голос не менялся. – Однако каждый делает это в одиночестве.
Он должен понять. Время для детских выходок и подросткового максимализма прошло.
- Сокацуй! – голубой луч из сплетшихся молний рванулся к Ренджи, и был намного слабее того, который глава клана Кучики использовал против врагов. Но ведь капитан не ставил целью убить, только наказать. Будет больно – и только.

+3

8

- Тайчо… - Лишь на это слово хватило воздуха, когда его припечатали к стенке Сокацуем.
Замечательно. Он снова добился своего. Да, было больно. И, если честно говорить, страшно. Но капитан ударил не с той силой, не с той, кроющейся за почти анорексичным телом, мощью. Ещё раз. Значит, надежда есть.

Ренджи уже видел, как его капитан закрывает собой Рукию, скинув оковы, навязанные ему его положением. Не видел бы собственными глазами - не поверил бы.

Отдышавшись и отлепившись от стенки, коя уже с минуту была ему почти родной, Абараи собрал всё что, у него имелось, в кулаки, сел на пол и снова начал, уже более спокойным, но на порядок севшим от удара в солнечное сплетение голосом:

- Итак, капитан. Имеем дохрена погибших, ещё более дохрена пострадавших. Думаю, всю лирику мы уже из себя выпустили. Мне это было нужно, и Вам это было нужно. Не спорьте, Ваша холодность – лишь маска, и я как никто иной это знаю, мне «чёртова кошка» уже рассказала всю подноготную, как минимум. Да и сам я не слепой.
Что дальше? Ва-банк – не пойдёт. Нам остаётся только ныкаться, пардон за простой слог. Что, тайчо, бл*ть, дальше? Мы тут сидеть будем? Найдут и перебьют поодиночке всех выживших.

Мужчина перевел дыхание, стараясь успокоиться: ранее нецензурных слов при капитане он не применял особо, разве что мельком и полушёпотом. Подобные полушёпоты он от Кучики слышал тоже не раз. Хотя, когда было впервые – думал обратиться к Унохане-тайчо.

- Нам нужно действовать. Но не в открытую. Нужно найти союзников, понимаете? Иначе… -
И тут он не сдержался и еле слышно почти прорыдал:

- Рукия…

Мгновение спустя он уже снова сидел в исходной позе: расправленные плечи, в нитку сжатые губы, пустой взгляд.
Это – служба. Система. Система, поглощающая всех неугодных. Всех, кто хотел оттуда вырваться, хотел спастись, уничтожали. Духовно и морально. Замкнутый круг, из которого, если вступил в это говно - никуда не деться. Руконгай – не самое дружелюбное место, грёзы о местечке в рядах солдат грели душу всем, мало-мальски обладающим реяцу. Но Готей не отпускает никого. Кто не в нашем духе – гнейте в тюрьме, сходите с ума, нам похрен. Идеальная система с точки зрения самой системы. С. И. С. Т. Е. М. А.
Рукия была бойцом, которая всё это обошла. Как и Ренджи. Бьякую брать тут в расчет не стоило, возможно он и вообще не знал о принципе: «Стал Шинигами – будь готов».

- Тайчо, действительно, нужно отринуть всё, что случилось до этого, однако, может, всё же, сакэ. А потом – в новый бой.

Боль постепенно отступала. Ненадолго, но отступала: он был полон решимости. Ренджи не знал точно, что чувствовал его капитан, но был уверен, что он сделал всё, что мог. Бросся он ему на шею с рыданиями – хрень. Обвини … нет. Сам Абараи виноват, даже наигранно, капитана он обвинить бы не смог.
Мыслей не было, были одни выражения. Посему Ренджи выдал:

- Хотя, логичнее, наверное, спать? Утро вечера мудренее, или как Вы там говорили?

Отредактировано Abarai Renji (2018-06-13 21:46:51)

+3

9

Бьякуя был уверен, что одного удара хватит, чтобы привести лейтенанта в чувство. Отчасти он оказался прав. Ренджи не пытался повторить попытку. Его хорошо приложило действием заклинания. Удивительно, как он держится на ногах.
- Я не собираюсь бездействовать.
Проклятая гордость клана Кучики, которая ни на минуту не даёт забыть, кто ты есть. Он поймал себя на мысли, что завидует немного своему офицеру. Его свободе жить и выбирать сообразно тому, что он чувствует.
Он заявил Абараю, будто знает, что делать, но на самом деле имел о будущем очень смутное представление. В разговоре с Укитаке и Роузом, он высказался про вылазку небольшой группой на вражескую территорию. Сейчас ему эта идея не казалась столь уж замечательной, раз уж странное ментальное воздействие Ас Нодта на расстоянии снова отправило его на больничную койку, и чуть было не навредило Котецу Исанне.
Бьякуя чувствовал себя отравленным, а ещё надломленным и смертельно уставшим. Не в физическом плане, а в плане психики. Отрицай - не отрицай, но Ренджи прав. Не во всём, но в основном.
“Действительно, чёртова кошка. Шихоуин Йоруичи, она так хорошо изучила меня? Куда больше, чем я сам”.
- Союзников? - эхом переспросил капитан, разборчиво вырывая из контекста нужные слова. - Не в открытую?
И, когда Ренджи на последней ноте едва не зарыдал на имени Рукии, Бьякуя усилием воли расслабил мышцы и опустил руки, готовые для нанесения следующего удара, вдоль тела.
- Боюсь, союзников нам не найти, - не уточняя, почему.
Он всё больше сомневался в разумности скрытого проникновения на вражескую территорию. Квинси уже показали, что владеют техниками и знаниями, превосходящими известное шинигами.
Весьма сомнительно, что они окажутся столь глупы и самонадеянны, чтобы не предвидеть появление лазутчиков. У себя в лагере. Наверняка, они давно приготовились, и, с их способностями, без труда вычислят посторонних. То, что до сих пор не вычислили убежище, может объясняться нежеланием искать, сознанием собственной силы и неуязвимости. Для настоящего воина недопустимая слабость, но армия квинси доказала, что общие правила на них не распространяются.
«Нанести ощутимый действенный удар можно лишь изнутри. Оттуда, откуда не ожидают, и от того, кто не представляет опасности».
От озвучивания мысли его удержало сомнение, поймёт ли Ренджи его правильно. А если даже поймёт, то вряд ли согласится на безумный план, возникший в голове у его капитана.
Потому Бьякуя ограничился ничего не говорящим кивком головы.
- Логичнее, - просто согласился он.

+2


Вы здесь » Bleach: New Arc » Rukongai » Эпизод 14: Мир потерянного будущего


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC