Добро пожаловать на ролевую по Bleach!



Мы предлагаем Вам написать свою историю войны между квинси и шинигами и создать свой финал многовекового противостояния.








Рейтинг игры: 18+
Система игры: эпизоды
Время в игре: Спустя 19 месяцев после завершения арки Fullbringer'ов




Администрация:



Модераторы:
Вверх
Вниз

Bleach: New Arc

Объявление

• Подробнее с событиями в Обществе душ, Уэко Мундо и Каракуре вы можете ознакомиться здесь.
• На форуме открыта игра "Песочные часы", где Вам предоставляется возможность отыграть события из жизни Ваших персонажей предшествующе основным событиям игры.
Акции
•Акция "Неизвестные страницы истории квинси" - в игру принимаются неканоны-квинси. •Открыта акция "Не прощаемся с Экзекуцией" - в игру принимаются фулбрингеры.
•Открыта акция "Одно рисовое зерно склоняет чашу весов" - в игру принимаются неканоны - шинигами и Пустые.
•Акция "Срочно требуются!"
•Акция "Тени прошлого"
•Акция "Проводники душ"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: New Arc » Rukongai » Эпизод 11: Листопад


Эпизод 11: Листопад

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Название эпизода: Листопад
Эпиграф эпизода: "Сколько листьев, чтобы выжить, платят земле деревья?", (с) "Звезда и смерть Хоакина Мурьетты"
Участники в порядке очередности:
Укитаке Джуширо
Котетсу Кийоне
Место действия: Руконгай, убежище синигами.
Время суток: вечер.
Описание эпизода:
Смерть младшего товарища, подчиненного, это тяжелая потеря. Но - на войне, как на войне - на места павших должны встать новые, иначе кто защитит  Общество Душ? Вакантное место лейтенанта должно быть занято. Укитаке Джуширо отлично понимает это. Он должен выбрать между офицерами своего отряда.
Выбор падает на Котетсу Кийоне. Обрадует ли ее эта новость?
Рейтинг: R
Предыдущий эпизод:
Укитаке Джуширо - Эпизод 5: Без надежды надеяться.
Котетсу Кийоне - начало игры.

0

2

Недавний разговор с капитанами третьего и шестого отрядов напомнил о важном — что осталось мало бойцов, которые могут сражаться. А еще — что никто не является неуязвимым. Даже те, кто выглялят сильными. Происшествие с Бьякуей было еще одним доказательством тому. Убедившись, что четвертый отряд окажет помощь, Укитаке удалился к себе.
Солнце скрывалось, тени становились длиннее. Скоро наступит ночь — время кошмаров и тяжелых дум. В убежище шинигами становилось совсем темно, поэтому пришлось зажечь светильник.
По сердцу царапнуло по-кошачьи, Укитаке снова и снова вспоминал произошедшее вот только что. Подумать только, сильные не выдерживают, а я почему-то… Сколько раз такое было? Долго вспоминать не пришлось — Рукия. Ох, и снова Кучики… Проклятье!
Однако не было времени оплакать одну и убедиться, что у другого все в порядке. Его никогда нет, справедливо говоря, но… Необходимо что-то делать. Они с Оторибаши договорились о взаимном сотрудничестве. Хорошо. На сердце немного полегчало — мысль принимает верное направление. И все же, все же…
Тринадцатому отряду не везло с лейтенантами. Сначала Кайен, теперь Рукия… Кайен. Перед внутренним взором встало его лицо, затем воспоминания чуть изменились и вместо улыбчивого лица в памяти возникла рожа Пустого, захватившего тело лейтенанта, взмах меча Рукии и чувство собственной беспомощности. Какими глупыми казались сейчас те слова о чести и гордости! Нет, - поправил себя Укитаке, - слова были правильными. Просто ты не сумел отличить.
Однако, не было смысла корить себя за старую ошибку. Он и перестал, и даже рискнул в свое время назначить Рукию на должность лейтенанта, пустовавшую с момента гибели Кайена. И вот опять. И снова Укитаке ничего не смог сделать — сражение отвлекло его, а потом было уже поздно. Сколько еще? Сколько? Укитаке резко выдохнул и протер лицо руками, как будто стирая все печали разом — сильно, с нажимом. Стало немного легче.
Капитан знал, что этот вопрос останется без ответа, но мысль билась настойчиво, как пойманная птичка. А еще он знал, что кому-то нужно выполнять обязанности лейтенанта. Кто-то должен сражаться. Вспомнился еще один недавний вопрос — а кто может сражаться? Это верно, способных держать оружие в руках все меньше и меньше, поэтому сейчас как никогда важно не предаваться сожалениям, а подумать, что можно сделать — и сделать это. Немедленно. Сейчас же следовало выбрать кого-то на должность лейтенанта. Надо позвать Кийоне, - мелькнула привычная мысль. Кийоне? - удивился своим мыслям Укитаке, но только на секунду — по сути, Кийоне и Сентаро давно уже делили лейтенантскую должность, оставалось только оформить это как следует. Приняв решение, Укитаке перестал колебаться. Обычно Кийоне всегда была рядом, но сейчас ее не было видно. Сложив было руки, чтобы выпустить адскую бабочку, капитан спохватился — вдруг крылатую посланницу перехватят? Это все равно как прокричать на все Общество Душ - «мы здесь, нападайте на нас». Поэтому Укитаке передумал, и подозвав ближайшего рядового, сказал:
- Попроси Котецу Кийоне зайти ко мне. Скажи, что дело очень важное.
Рядовой поклонился и умчался выполнять поручение. Капитан остался в одиночестве, наедине со своими мыслями. Есть два вида битв… Нет. Битва за честь давно уже превратилась в битву за жизнь. Но держаться стойко и выиграть эту битву — дело чести.

Отредактировано Ukitake Jushiro (2017-06-30 04:09:31)

+3

3

Кийоне часто задавалась вопросом, почему погибают лучшие. Сначала – Кайен, который был чудесным лейтенантом, потом – Рукия. Они с Кучики-младшей не были близки, и все же Кийоне долго плакала, узнав о ее смерти. Она ведь совсем юная – как она могла погибнуть?

А правда в том, что на войне часто погибают такие юные и отчаянные, с пылающими сердцами, с чистыми помыслами, с наивными порывами спасти всех. Кийоне, наверное, тоже была такой, но… она, наверное, была более осторожной. Кийоне привыкла быть на вторых ролях – если не на третьих. Кийоне смирилась с судьбой со-третьего офицера, смирилась с тем, что за ней везде таскается Сентаро, смирилась со смертью Кайена и Рукии, потому что ни одна война не может обойтись без жертв. Если погиб даже Генрюсай-тайчо… Даже он, такой сильный, такой непоколебимый, сама душа Готея-13! Если даже он…

Кийоне стала относиться к окружающим с еще большей заботой. Она втрое усерднее готовила Укитаке-тайчо чай, в свободное время всегда заходила в Йонбантай к сестре, и даже Коцубаки уже реже получал от маленькой занозы пинки. Кийоне в очередной раз поняла, что такое – потерять, и пыталась учиться ценить то, что у нее есть на данный момент. Ценить сестру, капитана, сослуживцев… Кем она будет без этих людей? Как она справится?

Иногда проскальзывала мысль: лучше погибнуть самой. Лучше, чем стоять над могилами близких, зная, что нельзя показывать свои слезы, а потом закусывать подушку посреди ночи, чтобы никто не услышал горькие всхлипы. Шинигами не умирают навсегда. Они входят в цикл перерождений. Это даже не смерть в прямом смысле – они же все на самом деле уже мертвы. Может, это – новое начало?

Кийоне не хотела думать о смерти, но эти мысли просачивались в ее сны. Все чаще ей снились мертвая сестра или мертвый капитан, и Котецу-младшая с криком просыпалась, и быстро бежала к Укитаке-тайчо, чтобы проверить, что он на своем месте и что никуда не делся.

***

Кийоне шла к Дзюсанбантаю, возвращаясь от Исане. Она занесла сестре печенье, которого испекла слишком много – это Кийоне ей так сказала, на самом деле печенье предназначалось только Котецу-старшей. Благо, ей понравилась выпечка Кийоне, они попили чаю, поговорили о чем-то отвлеченном, и теперь третий офицер спешила в свой отряд.

Внезапно подвернувшийся рядовой немного ее испугал, вынырнув из тени, и девушка подпрыгнула на месте.

- Чего тебе? – не совсем вежливо поинтересовалась Кийоне.

- Котецу-сан, вас зовет к себе Укитаке-тайчо. По очень важному делу.

Юноша сделал страшные глаза, а у Кийоне перевернулось что-то внутри. Важное дело – у капитана – к ней? Это было настолько ново и необычно, что Котецу даже не обрадовалась, но, конечно же, поспешила к кабинету Укитаке-тайчо, стараясь не бежать, чтобы выглядеть солиднее.

- Укитаке-тайчо, третий офицер Котецу Кийоне по вашему приказанию…

Девушка застыла в дверях, переводя дыхание.

- …прибыла.

+2

4

Отправив рядового с поручением, капитан решил изучить отчеты и донесения, которые были оставлены еще вчера, но сосредоточиться на бумагах не выходило. Как-то это смешно выглядело сейчас — бумажная работа, такое спокойное занятие, напоминающее о прошлом. Но нужно было делать и такую работу тоже. Укитаке подписал несколько документов, разложил их по стопкам, чтобы позже убрать в шкаф, как полагается. Пламя светильника слегка колыхалось, и тени на стенах как будто оживали.
Вот ветви дерева… воображение рисует солнечный день, легкий ветерок и аромат цветов. Но нет — уже через секунду тени меняются, и вот уже это не листья, это капли крови, и дерево мертвое… все вокруг мертвое. Ветви изгибаются, превращаясь в водоросли, мешают дышать. Они мягкие и скользкие, обвивают тело, тянут на глубину… вот уже не вдохнуть. Резкая боль, кашель. Капли крови — Укитаке знает, чья это кровь… и вдохнуть нечем. Чернота заполняет все, хочется кашлять, но невозможно — тело как будто чужое, совсем не чувствуется. Только эти странные водоросли — черные, пахнущие морем и кровью, обхватившие все тело и не желающие выпускать…
Грохот. Укитаке огляделся — все как обычно, привычная комната, и пламя светильника успокаивающее, кажущееся ласковым. Какой странный сон, - Укитаке почувствовал досаду от того, что позволил себе так не вовремя задремать, и кошмар все еще не отпускал. Судя по доносившимся из-за двери голосам, чья-то неловкость обернулась удачей, выдернув капитана из кошмарного сна.
В дверях застыла Кийоне — какой же серьезный у нее был вид! Неужели он так напугал ее своим вызовом? Надо было сказать как-то помягче, но официальный повод требовал официального тона.
- Проходите, третий офицер Котецу. Нам надо поговорить.
Но видя округлившиеся от страха девушки, капитан спросил ее:
- Кийоне-кун, у тебя все хорошо? - и тепло улыбнулся, стараясь ее подбодрить. Ведь в самом деле, официальный тон не был принят в тринадцатом отряде, и вдруг он совсем ее напугал?
Укитаке считал, что любые новости, неважно, хорошие они или нет, лучше обсуждать в спокойной обстановке, когда все участники беседы сосредоточены на чем-то незначительном и приятном, и тогда беседа течет легко, как ручей. А сейчас сердце так стучало… И откуда только берутся такие кошмары? Впрочем, откуда, он знал. Другой вопрос — почему сейчас, тоже в общем-то понятен, но легче от этого не становилось. Поэтому освободив часть стола от бумаг, капитан предложил:
- Выпьем чаю или сразу перейдем к делу? Как ты думаешь?

+2

5

В Дзюсанбантае не был принят официальный тон. И все же Кийоне не была напугана, хотя, если вспомнить все произошедшее, третий офицер должна была трястись от страха. Но Кийоне была, помимо всего прочего, солдатом. Она понимала всю серьезность ситуации, понимала, что не имеет права раскисать, что обязана быть сильной – ради сестры, ради обожаемого капитана, ради памяти Кайена-фукутайчо и Рукии-сан, даже ради придурка Сентаро, который, между прочим, мог взять работу с бумагами на себя, а не позволять Укитаке-тайчо напрягаться! Кийоне улыбнулась в ответ, проходя в кабинет. Выпить чаю – несомненно, хорошая идея. Если она вдоволь напилась оного в гостях у Исане, то ее капитан тут работал, и ему необходимо восстановить силы. Кийоне знала, какой чай любит Укитаке-тайчо, и тут же принялась за работу: нагрела воду, разлила кипяток по чашкам, добавила туда листья мяты, ромашки, мелиссы и еще множества трав, которые должны были придать напитку приятный вкус и успокаивающий эффект. Возможно, Укитаке-тайчо и не нужно сейчас расслабляться, но Котецу-младшая посчитала, что чуточку – не помешает.

Завершив приготовление чая, третий офицер поставила чашку перед капитаном, взяла себе другую и села напротив Укитаке. Она не знала, какое дело может быть у него к ней. Она даже представить себе не могла, что может сказать ей капитан. И, если совсем честно… нет, не была напугана, но взволнована – точно. Несмотря на то, что Кийоне обожала находиться в обществе Укитаке-тайчо, особенно когда рядом не бегал Коцубаки, всячески мешая Котецу-младшей заботиться о капитане, сейчас ей было неуютно, по спине бежали мурашки. Впрочем… Кийоне давно не было по-настоящему уютно с тех пор, как Обществу Душ объявили войну. Котецу-младшая была готова сражаться. Она была готова даже отдать свою жизнь. Но она не была готова терять – даже потеряв Кайена и Рукию. К такому, наверное, никто не готов. Кийоне была уверена, что Укитаке-тайчо гораздо больнее, чем ей; если она, Кийоне, просто грустит, то капитан наверняка чувствует себя виноватым в том, что не спас. Ни Кайена, ни Рукию.

Кийоне сделала глоток чая, и приятное тепло разлилось по ее груди, согревая тело изнутри. Чай был таким, как она любила. В свою чашку Котецу-младшая добавила меда, потому что обожала сладкое. Приятный привкус мяты и меда остался на языке, и Кийоне наконец улыбнулась и расслабилась: вкусный чай, тусклый свет лампы, капитан рядом… ну что еще нужно, чтобы почувствовать себя дома?

Нет, не время! Ее вызвали с важным поручением.

Кийоне отставила чашку в сторону.

- Я… слушаю вас, Укитаке-тайчо.

+2

6

Стоило сказать про чай, как девушка засуетилась, собирая все к чаепитию. И снова — как призрак из прошлого. Из мирных времен. Глядя на Кийоне, Укитаке улыбался — озабоченный вид девушки не настораживал, а напоминал, что есть что-то неизменное. Капитан мысленно усмехнулся — неправда, нет ничего неизменного, это только кажется.
- Спасибо, Кийоне, - кивнул Укитаке, проследив взглядом за девушкой. Взял чашку, вдохнул аромат… Кажется, она считает, что я слишком нервничаю, но сейчас она права, - вспомнив недавний кошмар и распознав травы по запаху, подумал Укитаке. Однако, пауза слишком затянулась.
- Кийоне-кун, это важный разговор… - капитан перевел дыхание и продолжил: - Последнее время лейтенантский пост занимала Рукия, но все мы смертны…
Горькая усмешка — боги смерти тоже смертны. Да собственно, кто они такие? Пусть в слове «шинигами» и присутствовал намек на божественность, на самом деле это все не так. Они такие же, как обычные люди, только с большим количеством духовной энергии и наделены некими… полномочиями. И не более. И когда один умирает, на его место встает другой. Так было и так будет, это закон.
- Кийоне-кун, я думаю, ты вполне бы справилась с обязанностями лейтенанта.
Укитаке внимательно вглядывается в лицо девушки, прикрываясь чашкой чая, наблюдая за ее реакцией, стараясь подметить перемены в настроении.
- Это не комплимент. Если ты согласна заступить на эту должность, я подпишу приказ.
Она выглядит обеспокоенной… Все ли в порядке с ней? А с ее сестрой? Однако, решения надо принимать быстро -  на место павшего должен встать кто-то другой. А Кийоне… настолько привычно, что она рядом, что никого другого невозможно представить.
- И к тому же, у меня есть для тебя задание. Но о нем позже, сначала мне нужен твой ответ.
Капитан замолчал, вглядываясь в чашку, словно узор из чаинок или цвет настоя могли что-то сказать. Нет, ничего, кроме призрачного напоминания о водных глубинах и приносимым ими спокойствии, но и опасности. Настолько призрачного, что им не стоило придавать значения. Намного важнее не философские размышления, а то, что происходит здесь и сейчас.

+2

7

На самом деле Кийоне очень часто представляла себе это. Рисовала в мечтах лейтенантский шеврон на плече, то, как капитан вручает ей его — знак доверия, знак того, что она на что-то способна, знак признания ее силы… Иногда Кийоне представляла себе, как Укитаке-тайчо делает это прилюдно, как аплодируют рядовые и как отвисает челюсть Коцубаки. Иногда Кийоне представляла картину, напоминающую то, что происходило сейчас: капитан вызывает ее к себе и говорит, что предлагает ей место лейтенанта. В любом случае, в каждой из этих грез Кийоне была счастлива. Она плакала от радости, гордо принимала шеврон и на следующее утро проводила построение, слыша ото всех вокруг «Котецу-фукутайчо». Да, Кийоне мечтала об этом! Но… сейчас она не чувствовала себя счастливой. Сейчас Кийоне чувствовала себя так, будто украла что-то, взяла то, что ей не положено было брать. Честная, прямая и открытая девушка не привыкла ко лжи и утайкам, даже рядом со своим капитаном – особенно рядом с ним. Укитаке тоже всегда был честен с ними, солдатами, служащими под его началом. И Кийоне не имела права утаивать от него свои страхи и сомнения.

- Укитаке-тайчо, - голос предательски дрогнул, - это честь для меня, но…

Она не может отказаться от того, чем грезила множество лет. Она не может сказать своему капитану «нет» - ни при каких обстоятельствах. Если бы Укитаке сказал «прыгай», Кийоне уточнила бы только, насколько высоко. Она обожала своего тайчо и всецело ему доверяла. Значит, она действительно достойна должности лейтенанта – она, Кийоне, а не Сентаро. Доверие капитана обезоруживало девушку. К тому же, она понимала, что в военное время отряд не может находиться без второго офицера. Понимала, была счастлива, но…

Сможет ли она их заменить? Справится ли так, как справились бы Кайен и Рукия?

- Я сомневаюсь, - призналась Кийоне, чувствуя, как холодный страх смыкается на горле, не давая дышать, - я сомневаюсь, достойна ли я этого звания… Однако я готова принять его.

Она правда готова. Она готова даже умереть ради Общества Душ. Но... имеет ли она право?

+2

8

Ох, Кийоне, что же ты делаешь? Укитаке смотрел на девушку — с какой показной храбростью она сказала свой ответ! Такая храбрость обычно скрывает страх. Капитан помолчал минутку, отпил чаю, и наконец, сказал:
- Кийоне. Нет смысла бояться. Если ты боишься ответственности, это значит, ты боишься жить. Если ты боишься смерти, это значит, ты боишься себя. Не сомневайся.
Укитаке улыбнулся, чтобы строгий тон выглядел не таким жестким, и потрепал девушку по голове.
- Не волнуйся. Это из-за Рукии, да? Понимаю. Всем нам больно. А еще я думаю… Кийоне-кун, посуди сама, ведь ты уже практически исполняешь обязанности лейтенанта, остается только оформить все как следует. Может быть, в этом все дело? Всем нам больно, но мы продолжаем жить и сражаться.
Воспоминание о недавнем сне снова встало перед глазами. А ты сам честен с собой? Ответ на этот вопрос утонул в липкой паутине водорослей из кошмара.
Чуть колеблющееся пламя светильника успокаивало, чай давал ощущение безмятежности, напоминал о былых временах, вечерах, посвященных созерцанию природы и дружеской беседе — и ниточка протягивалась в настоящее, к серьезным решениям, к тому, что каждую секунду все могло перемениться. Если в мире и существует что-то вечное, то это вот то самое чувство — ниточка, протянутая из прошлого в будущее. Эта призрачность неизменности. Что-то было нужно делать. Укитаке отставил чашку в сторону, взял чистый лист, тушечницу и кисть.
- Пожалуй, стоит написать приказ немедленно, на всякий случай, - этой обтекаемой фразой Укитаке хотел сказать и то, что Кийоне все-таки обязана принять новую должность, и то, что может произойти все что угодно и когда угодно.
- Мне нравится твоя готовность. Может, будет лучше, если я расскажу тебе о задании, - капитан перевел дыхание, снова отпил чаю и начал рассказ:
- Мы договорились о сотрудничестве с капитаном девятого отряда Оторибаши. Нужно будет отобрать людей под его командование для небольшой разведки, скажем так. Как понимаешь, у тебя как у лейтенанта будет больше полномочий.
Снова взгляд на девушку — что она скажет?
Он стал выводить на бумаге иероглифы, затем перечитал текст, поставил свою подпись.
- Поздравляю, лейтенант Котецу!
Капитан встал из-за стола, открыл сундук, стоявший в углу комнаты, достал оттуда шеврон.
Хриплый кашель надорвал горло. Укитаке осел на пол возле сундука, пытаясь унять кашель. Никак не получалось. Но вот, кажется, стало легче. Да, легче. Хорошо. Глубокий вдох. Еще. Улыбка. Укитаке вернулся за стол и коротко сказал, указывая на шеврон:
- Теперь он твой.

+2

9

Ее капитан был, как всегда, прав – и Кийоне смотрела на него во все глаза, еще не до конца веря происходящему. Она – лейтенант… лейтенант… Как она об этом мечтала! Даже завидовала Рукии, сейчас уже коря себя за это. Но… читала как-то Кийоне в одной книжке: живым – живое. Она, Кийоне, жива, а Рукия – нет. Рукии не повезло. Но… Кийоне-то жива! Она не может отказаться от жизни только потому, что Кучики проиграла. Да и кем была ей Рукия? Они даже не дружили. Кийоне иногда давала ей советы – не потому, что девушка их просила, а потому, что считала своим первейшим долгом поддержать новенькую – и Рукия принимала их с вежливой улыбкой на губах. И… разве Рукия заслужила умереть? А Кийоне – занять ее место?

Впрочем, рассуждать – непозволительная роскошь. По законам военного времени лейтенант Дзюсанбантая должен был быть выбран намного раньше. Кийоне понимала, что когда один боец падает, другой обязан вступить в бой вместо него. Поднять меч и ринуться в битву, рискуя потерять собственную жизнь, но выиграть, выиграть! Может ли Кийоне выиграть? У нее нет банкая… Да, у нее есть шикай, да, она достаточно сильна, чтобы занять место второго офицера, но…

- Вы правы, - улыбнулась Котецу на слова Укитаке. Она действительно почти лейтенант, только Сентаро еще под ногами путается. Если оформить все это официально, то ничего не изменится. Даже сама Кийоне не изменится. Останется такой же, только на плече ее будет лейтенантский шеврон. И она, в отличие от Рукии, не проиграет. Кийоне почему-то была уверена в этом. Кийоне почему-то была уверена, что выживет. Выживет, несмотря ни на что. Должна, обязана выжить – и не дать умереть своему капитану.

- Слушаюсь, Укитаке-тайчо, - ответила девушка, уже обдумывая, кого она отберет под командование Оторибаши. Прикидывала, кто из офицеров сильнее, кто сможет справиться лучше, кто быстрее, ловчее, выносливее, что иногда бывает важнее грубой физической силы…

Она даже не заметила за своими мыслями, что капитан уже выводит своим красивым почерком ее назначение, и только его поздравления вывели Кийоне из ступора. Лейтенант Котецу. Теперь все ее будут так называть. Все вокруг. Теперь ей нужно привыкнуть – она не просто Кийоне, она – лейтенант Котецу. Совсем как ее сестра.

«Интересно, а в Готее не запутаются?» - Кийоне улыбнулась. Два лейтенанта Котецу – немудрено перепутать. Она бы даже засмеялась от такого забавного открытия, но тут Укитаке закашлялся.

Кийоне не смогла бы среагировать на это медленно. Она так давно служила под началом капитана, что привыкла немедленно купировать все его приступы. И, как только он закашлялся и осел на пол, мгновенно подскочила и бросилась за лекарством, прекрасно зная, где оно стоит. Достала, оглянулась на Укитаке – он дышал тяжело, но уже сидел за столом. И все же Кийоне приготовила ему снадобье, поставила перед капитаном маленькую пиалку, в которой болталась зеленоватая жидкость.

- Выпейте, пожалуйста.

И только потом Кийоне позволила себе посмотреть на шеврон. Взяла его в руки так бережно, будто он мог рассыпаться в ее руках. Подавила в себе желание припасть губами к значку, как припадали солдаты Франции к шпагам. Просто надела на левое плечо, поправила, и на ее лице заиграла счастливая улыбка. Она смогла…

- Я не подведу вас, Укитаке-тайчо! – радостно выдохнула Кийоне. Сейчас она была готова хоть прямо отсюда бежать в бой хоть с самим Айзеном! И не проиграла бы! Она ни за что не проиграет – потому что капитан ей верит, нет, потому что капитан верит в нее. И Кийоне никогда не позволит Укитаке-тайчо в ней усомниться. Ни на секунду. Она – лейтенант Тринадцатого Отряда Котецу Кийоне, она заступает на службу и горе тому врагу, который встанет у нее на пути!

+2

10

- Вы правы, - сказала Кийоне с улыбкой. Даже не поспорит… Впрочем, оно и к лучшему. Новая должность — это не то, о чем нужно спорить, особенно сейчас. К тому же Укитаке видел, что новое задание заинтересовало девушку. Кийоне такая внимательная… как она только все успевает, - подумал Укитаке, заметив пиалу с лекарством.
Он взял лекарство, выпил. Горьковатое, но это ничего. Вкус неважен, когда нужен результат. Скоро будет легче. Видимо, много всего для одного дня, и это сказывается.
- Спасибо, Кийоне.
Капитан улыбнулся, глядя, как девушка надевает шеврон — осторожно, как драгоценность, и как засияли ее глаза. Давно надо было оформить ее на должность. Никогда не знаешь, как лучше. Так или иначе, все свершилось. То, что должно было случиться — случилось, и больше не нужно ходить вокруг и около. А может быть, они все погибли, чтобы это место могла занять Кийоне? Нет, нет, нельзя так думать... Снова царапнуло по сердцу — старые переживания все никак не отпускали. Прошлое — оно все равно рядом, только руку протяни. Несмотря на то, что к нему нельзя прикоснуться, вот оно, царапает душу, а ты смотришь, как падают листья. Дни так быстро идут — только начался, вот уже заканчивается, и листок сорвался с ветки, потом еще один и еще… И не заметишь, как проходят годы.
Обещание Кийоне не подвести выглядит таким… дерзким? Да, наверное, дерзким. И героическим. Этому времени нужны герои. Капитан не говорит этого вслух, вместо этого коротко отвечает:
- Не сомневаюсь.
И улыбается. Все так привыкли видеть его улыбающимся, что это выходит непроизвольно.
- Когда отберешь ребят под командование капитана девятого отряда, скажи мне, как прошло. Думаю, дальше вы с ним можете сотрудничать без меня.
И подумав, добавляет:
- Только в бой особо не лезь. Я вижу, что ты готова, только на горячую голову… Сердце в бою должно быть холодным, как и разум. Иначе…
Нехорошее предчувствие возникло от этих слов. Укитаке выдохнул, осмотрелся вокруг — тени на стенах стали совсем черными. И как только время прошло, он и не заметил...

Отредактировано Ukitake Jushiro (2017-08-03 03:44:58)

+2

11

Кийоне хотелось многое сказать своему капитану. Благодарить его за доверие, за поддержку, за повышение, в конце концов. Напомнить, чтобы он выпил снадобье еще и на ночь. Просто сказать, что рада, счастлива, что, если бы не соблюдение субординации – рыдала бы у него на плече…

Вместо этого, поймав печальный взгляд обожаемого капитана, Кийоне оперлась ладонями о столешницу и заглянула в глаза Укитаке – наверное, впервые, до этого – боялась, не решалась, сомневалась, но сейчас он сам назначил ее своим заместителем, сам доверил именно ей этот пост, и чуткой Кийоне не пришлось долго гадать, что тревожит дзюсанбантай-тайчо.

Он постоянно терял лейтенантов. Кайен Шиба, Рукия Кучики… оба промелькнули, как тени, и погибли, как герои. Кийоне понимала опасения своего капитана, но не разделяла их – трудно представить себя мертвой, когда в тебе так и плещется жажда жизни.

Кийоне серьезно смотрела в красивые зеленые глаза Укитаке, и вопреки своим ожиданиям, не краснела и не смущалась. Она не любила своего капитана романтической любовью – это было истинно платоническое чувство восхищения и желание защитить – даже от себя самого, если потребуется.

Наконец Кийоне улыбнулась, коснулась подушечками пальцев нового шеврона, и произнесла то, что могло показаться Укитаке дерзким, но она не могла молчать:

- Не беспокойтесь, - тихо и четко сказала Котецу, - меня вы не потеряете.

Она знала, что с этих пор станет – постарается стать – правой рукой для своего капитана. Знала, что всегда будет стоять за его правым плечом. Знала, что пойдет за ним в любое пекло и из этого же пекла вытащит, если понадобится, даже на своей спине.

И он ее не потеряет – никогда, разве что если сам того захочет, если она надоест ему своей заботой.

Кийоне белозубо улыбнулась, выпрямившись от столешницы, и прижала ладонь к виску, по-солдатски отдавая честь.

- Будет исполнено, Укитаке-тайчо! – весело сказала девушка, словно и не она только что заглядывала капитану в душу. - Еще приказания будут?

Несомненно, ей хотелось бежать к Сентаро и похвастаться, что вот меня повысили, а тебя нет, но это могло подождать, никуда Коцубаки не денется.

+2

12

Солнечный, смелый взгляд Кийоне… Капитан непроизвольно улыбнулся, наблюдая за девушкой. Что ее тревожило? Все чувства отражались на лице, и вот в этом жесте — прямой, в глаза, взгляд, наверное впервые за все время службы.
Но вот Кийоне выпрямилась и, коснувшись шеврона, сказала:
- Не беспокойтесь, меня вы не потеряете.
Вот оно. Это и было самым болезненным в таком необходимом решении, и девушка чувствовала его страхи… Неужели я позволил себе показать страх при ней? Слабость — к этому привыкли, что уж там, но страх… Нельзя показывать страх.
- А вот это зависит от нас обоих, Кийоне-кун, - Укитаке накрыл руку девушки своей ладонью и коротко кивнул, как бы подтверждая собственные слова. Отвел взгляд — так ли все в их руках, как кажется? Все в этом мире зависит от мелких решений вроде пойти направо или налево. С чего бы, если подумать? Но нет, не все так просто. Однажды из мелких штрихов соберется картина, однажды из узорчатой гривы клена выпадет лист, а затем еще и еще один… Хорошо это или плохо? Кто знает? Просто таков мир — постоянно меняется. И за его переменами нужно успевать и принимать отведенное тебе с честью.
- Нет, больше приказаний нет, лейтенант Котецу, - Укитаке ненадолго вернулся к официальному тону в ответ на воинское приветствие. - Только то задание, что я тебе уже дал.
Капитан видел, что девушке хотелось похвастаться своим назначением. Представив их спор с Сентаро, Укитаке улыбнулся — что-что, а это остается неизменным. Может, так и будет. Да, пусть будет именно так. Казалось, что именно в этом сама основа существования. Конечно, это слишком громкое заявление, но все же… в этих дружеских перепалках было нечто… чувство некого постоянства, способное выдернуть из любого кошмара. Пусть так будет всегда! Если бы можно было надеяться…
- Кийоне-кун, разве не хочешь похвастаться назначением? — на этот раз официальный тон не нужен. Капитан прекрасно понимал эту гордость новичка, когда в бой — хоть сейчас и весь мир прекрасен, и видел в глазах Кийоне эту решимость. - Все будет хорошо, - и снова улыбка. - Можешь идти.

Отредактировано Ukitake Jushiro (2017-08-09 01:59:40)

+3


Вы здесь » Bleach: New Arc » Rukongai » Эпизод 11: Листопад


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC