Добро пожаловать на ролевую по Bleach!



Мы предлагаем Вам написать свою историю войны между квинси и шинигами и создать свой финал многовекового противостояния.








Рейтинг игры: 18+
Система игры: эпизоды
Время в игре: Спустя 19 месяцев после завершения арки Fullbringer'ов




Администрация:



Модераторы:
Вверх
Вниз

Bleach: New Arc

Объявление

• Подробнее с событиями в Обществе душ, Уэко Мундо и Каракуре вы можете ознакомиться здесь.
• На форуме открыта игра "Песочные часы", где Вам предоставляется возможность отыграть события из жизни Ваших персонажей предшествующе основным событиям игры.
Акции
•Акция "Неизвестные страницы истории квинси" - в игру принимаются неканоны-квинси. •Открыта акция "Не прощаемся с Экзекуцией" - в игру принимаются фулбрингеры.
•Открыта акция "Одно рисовое зерно склоняет чашу весов" - в игру принимаются неканоны - шинигами и Пустые.
•Акция "Срочно требуются!"
•Акция "Тени прошлого"
•Акция "Проводники душ"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach: New Arc » Hueco Mundo » Эпизод 2: Цена жизни


Эпизод 2: Цена жизни

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

Название эпизода: Цена жизни
Эпиграф:
"...Лишить себя жизни – это значит не миновать смертной казни, а согласиться принять ее раньше других, согласиться самому быть своим палачом".
В. Ф. Эрн
Участники в порядке очередности:
Quilge Opie
Coyote Starrk - GM
Место действия: Уэко Мундо
Время суток: Вечная ночь.
Песок, перегоняемый ветром, скалы, причудливо торчащие из песка - иногда на большую высоту, чахлые кварцевые деревья местами тянут к темному небу голые ветви. Тонкий серп месяца, хищный и бесстрастный, плывет в пустом небе.
Описание эпизода:
Понимая, что после столь бездарно проигранного боя и проваленной миссии в Ванденрейхе его ждет трибунал и казнь, Кирге Опье решает купить свою жизнь драгоценным подарком Императору - Васто Лордом. Где бы его взять?.. И - о чудо! - на ловца и зверь бежит. Точнее, спит. Койот Старрк.
Рейтинг:
R
Предыдущий эпизод:
Quilge Opie - начало игры

Отредактировано Giselle Giwelle (2017-04-21 09:26:15)

0

2

Пустыня давила. День ото дня всё сильнее и сильнее. Пустыня глумилась, высмеивала, указывала на полное поражение. На беспомощность перед её величием. Пустыня выпячивала своё нутро, предлагая слечь в нём, сдаться и умереть. Но именно поэтому Килге отказывался признавать безвыходность ситуации. Никто, кроме Его Величества, не имеет права декларировать командиру первой Ягдарми о его слабости, даже стихийная сила древнее чем время. Он докажет это, сохранив свой главный инструмент - свою жизнь - нетронутым.
Поражение от Секста Эспады, нежданно помешавшему охотничьей миссии, стало досадной неожиданностью. Что тогда, только встретив его, что сейчас, после многодневного анализа столкновения, Килге не сомневался ни на каплю - он сильнее. Он должен был побеждать. Но между двумя противниками не бывает двух одинаковых поединков. И в многотысячной веренице возможных протеканий боя есть те, где выигрывает более слабый.
Одно сложилось на другое, выведя разум Килге из равновесия. Это ошибка, несомненно. Опье признавал, что, в первую очередь, это несовершенство его как бойца Ванденрейха. Первым фактором стало бегство арранкаров, что не думали слишком долго, завидев шанс на побег. Стоило Гриммджо Джагерджаку скрестить клинки с Килге, стройная шеренга пленников мигом обернулась паникующей толпой, разбегающеся в разные стороны. Бесполезные дурни, назначенные в первую Ягдарми, не сумели предотвратить это, так как пытались помочь Килге в бою с Джагерджаком. Весьма оригинальное решение, с учётом того, что ни один из них не имел ни малейшего шанса перебороть иерро Эспады. Это - второй фактор, приблизивший Килге к ошибке. Наконец, когда в разгаре битвы между ним в Фольштендиге и Сексты в рессурексьоне, арранкар начал теснить Опье, в рядах Ягдарми пробежал пораженческий шёпот, вылившийся в панику: командир проигрывает! Мы все погибнем! И уже тогда, видя спины дезертирующих солдат, Килге поддался эмоциям, что стало отправной точкой поражения. Посчитав, что оставить столь дерзкий плевок в облик армии Ванденрейха без наказания равносильно оскорблению Его Величества, Килге покарал дезертиров, использовав на них Склаверай. Расщепляя этих трусов на рейши, он не чувствовал ничего, кроме праведного гнева. Но в момент, когда он отвлёкся на предавших его подчинённых, Секста Эспада нанёс удар, принёсший победу арранкару. Тяжелейшее ранение, после такого бой не продолжают. Но Килге повезло сохранить жизнь, не получив повреждение внутренних органов.
"Сам сдохнешь, противно о такого слабака меч марать" - о-ох, Гриммджо Джагерджак, это слова я запомнил. Я хорошо их запомнил.
Килге Опье относился к своей жизни как к инструменту, к его орудию как Штернриттера, приносящему пользу в деле Императора. Самому главному, безусловно, ведь когда этот инструмент сломается, не получится ничего более сделать. Однако, если поставленная задача требует такой самоотдачи, что способна повредить или разрушить его - так тому и быть. Готовность отдать жизнь за дело Ванденрейха входит в необходимый минимум любого, кто ему служит, будь то рядовой или Штернриттер.
Килге не боится отдать свою жизнь, нет. Но всё же предпочитает служить Императору в живом состоянии. Потому, когда Килге пришёл в себя, он принялся думать.
Император не прощает неудачников. Килге же провалился по всем статьям. Первая Ягдарми целиком уничтожена, пойманные арранкары сбежали, сам "J" потерпел поражение от бывшего Эспады. Следовательно, вернуться в Зильберн сейчас - подписать себе смертный приговор. Килге казнят без раздумий. Некоторые считают за честь умереть от руки Императора, но Опье предпочёл бы погибнуть в процессе сотворения нового мира под эгидой Бах, нежели попасть под экзекуцию из-за неудачи. В его решении переплелись воля к жизни и готовность умереть за идеалы Ванденрейха, а само решение таково: Килге Опье остаётся в Уэко Мундо до той поры, пока не найдёт нечто, способное загладить его вину перед Его Величеством. Одна из мыслей - поймать Вастолорда, другой вариант - набрести на ещё одного бывшего Эспаду. Шансы один к тысяче, если не меньше, но появись такой шанс - Килге его не упустит. Ошибку, запустившую всё происходящее, Килге не повторит и не проиграет. А пока устройство связи будет выключено, и пускай Ванденрейх не имеет ни малейшего понятия, что сталось с первой Ягдарми и её капитаном.
Сейчас Опье шёл быстрее, чем во время предыдущего двухнедельного скитания. Пайки, что он растягивал как мог, закончились позавчера. Вода на исходе. Но, кажется, шанс всё же предоставляется. Можно помянуть госпожу Удачу, но Килге твёрд в своём суждении: удача благоволит сильным. Реяцу, что ощущается так ясно, принадлежит очень сильному Пустому. Или арранкару. Крепко сжимая саблю, чьё лезвие сломано напополам после поединка с Джагерджаком, Килге ведёт марш Ягдарми из одного человека, оказавшегося единственным достойным службы Его Величеству.
Поднявшись на бархан, Килге слабо усмехнулся. Твисты, которые подкидывает жизнь, могут пугать, забавлять, радовать, но случившийся сейчас производит всё одновременно. Даже через песок, гонимый ветром Уэко Мундо, Килге предельно точно узнал, кто сейчас представлен его взору. До арранкара около трёхсот метров - их "J" принялся преодолевать неторопливо. Вот он, шанс. Вот он.

Отредактировано Quilge Opie (2017-04-22 11:58:25)

+4

3

Пустыня не знает границ.  Ветер веками несет мириады песчинок – куда? Что там, у всегда скрытого пыльной, пахнущей безвременьем и холодом дымкой окоема?
После предательства безумного синигами, пытавшегося положить жизни Эспады в основание своего прекрасного нового мира, после тянущего душу осознания того, что они все заглотили наживку с алчностью самой тупой твари, даже толком не обнюхав ее, после вымораживающего душу понимания, что он все же выжил – Старрк не сильно утруждал себя обдумыванием своих действий. 
Рефлекторно, последним усилием - воли ли, сердца ли - разорвав пространство над фальшивым городом, он просто упал в подставленные Пустыней ладони, позволяя ветру баюкать разум, не желающий принимать очевидное.
Сколько времени прошло с той войны? Год, век, эпоха?
Неважно.
Пустыня не знает времени, лишь монотонный гул ветра да тихий ласковый свет ущербной Луны.
… Он шел к горизонту. Мелкие обитатели Пустыни предусмотрительно разбегались от высокой фигуры в маске, закрывающей правую половину лица.  Когда-то – он помнил это смутно, но все же – обломок был меньше, когда-то – это он помнил очень отчетливо , но уже просто помнил, душа перестала стискиваться в кровоточащий ком при этом воспоминании миллион песчаных холмов назад – он был не один.  Потом маска вновь закрыла его лицо, и вновь Пустыня обрушила на него одиночество.
Он не знал, с ним ли еще его сила, или ушла вместе с волчьей стаей, но это тоже не очень беспокоило его. Он-то сумеет за себя постоять в любом случае!
Впрочем, пока этот вопрос не вставал ни разу.
Иногда Старрк останавливался в каком-то месте, будто привлеченный чем-то особенным, и некоторое время жил в его окрестностях.  Так он провел вечность у полузасыпанного основания разрушенной башни, зачем-то притащив к ней хрустальный прозрачный шар, найденный там, где серый песок почему-то становился красным и еще более холодным на ощупь. Ничего не произошло, и бывший Примера направился дальше.
А теперь песок за спиной тихо потрескивал под ногами существа, которое и вовсе не должно было здесь находиться. Человеку не место в Уэко. Живому человеку.
Васталорд стремительно обернулся – лунный блик скользнул по маске, на мгновение вспыхнув в искрой в черном провале глазницы.
О захватчиках-квинси он не мог не знать  – о них шептала каждая песчинка.
- Ударишь в спину?
[NIC][NIC]Coyote Starrk[/NIC][/NIC]
[STA][STA]Волк Пустыни[/STA][/STA]
[AVA][AVA]http://s8.uploads.ru/drjX7.jpg[/AVA][/AVA]

+3

4

Шаг. Второй. Третий. Здесь Килге либо окончит путь Штернриттера в армии Его Величества, либо вознесётся над предыдущей неудачей, вернувшись в Зильберн триумфатором. Да, не просто прощённым, не тем, кто еле-еле загладил вину - триумфатором! Пара сотен слабаков, из числа которых едва ли пять десятков смогли бы пополнить ряды Ванденрейха, ничего не значат. Первая Ягдарми, предавшая Его Величество, замарав его имя своей трусостью - всего лишь шаг на пути к настоящему сокровищу. Поход в Уэко Мундо - копание в грязи, но сейчас Килге нашёл самородок. Чистое золото, которым "J" сервирует своё возвращение.
Шаг. Шаг. Трезвая оценка шансов не выходит. Килге не может сконцентрироваться на анализирующей деятельности, не может попытаться предугадать исход поединка. Ещё одна ошибка, возможно, ведь его захлёстывает... ожидание. Две недели, проведённые в скитаниях, уже не кажутся наполненными ожиданием шанса, в сравнении с тем, что творится в голове Опье сейчас. Фатум может казаться несправедливым, слепым и глухим к мольбам о случившемся... И весь смысл в том, что таким он и является. Мир создан не для молящих, а для действующих. Вопрос только в том, сможет ли Килге справиться не с несправедливостью фатума, а напротив, с подарком?
Шаг. Ещё один. Килге кожей чувствует давление. Чудовищное реяцу, прославившее этого арранкара. Если верить Датен - смертельное для Пустых, гиллианов и даже для адьюкасов, не обращённых в арранкаров. Весьма очевидно, это означает тотальное одиночество, здесь и сейчас, за пределами Лас Ночес. Дар? Проклятие? Угол обзора в этом вопросе полностью определяет восприятие. Впрочем... Jedem das Seine, "каждому своё". От того, что получено по независящим от тебя причинам, не откреститься. Назовём это Судьбой. Судьба - это не то, что можно выбрать. Но Судьба - это то, что можно изменить.
Шаг. Стоп. Лицо Килге совершенно непроницаемо, но за поверхностью скрывается глубочайший океан, где от верха до дна - тысячи разных образов, мелькающих в голове: "возможность", "обречённость", "триумф", "смысл", "победа", "смерть", "тщетность" - и в норму мысли приходить отчаянно не хотят. Его Величество... Всё ради Его Величества. Как и эта победа, которой предстоит пройзойти. Либо смерть, демонстрирующая безразличие в выборе средств для возвышения Ванденрейха.
Килге победил. Так или иначе, он уже победил.
Услышанная фраза, как ни странно, слегка выправила порядок мыслей в голове "J". Это первый случай на памяти Килге, когда встреча первой Ягдарми с арранкарами начинается с разговора, а не со сражения. Любопытно.
- Сложно ударить в спину того, кем ты замечен, - брови изогнулись привычным треугольником от вида маски Вастолорда. - Говорят, Айзен создал арранкаров как безупречных солдат, а Эспаду - как генералов, что равны капитанам Готея. Тот, кто представлен столь хвалебно, не допустит подобного, не так ли... - взгляд Опье упёрся в левый глаз арранкара, не сокрытый маской, - ...Койот Старк?
Информация из Датен расходится с увиденным, то ли ввиду её ошибочности, то ли ввиду недостаточной степени изученности Ванденрейхом арранкаров. Маска бывшего Примеры... Ха, а имеет ли это значение? Имеет ли значение хоть что-то, кроме миссии первой Ягдарми в Уэко Мундо? Разум Килге постепенно отрезвляется. Ухмылку, полную чувства собственного превосходства, не скрыть - "J" зашёл дальше, чем кто-либо, и заберёт приз ценнее любого другого. Детали можно уточнить потом. Сейчас важен потенциальный успех, а не загадки.
Килге опустил взгляд на сломанную саблю, подведя её поближе к лицу. Глухой стук пальцев по лезвию - и глаза Штернриттера вновь прожигают Койота, ликуя и празднуя: да, он, Койот Старк, безупречный подарок Его Величеству!
- Я уже имел возможность сразиться с бывшим Эспадой. К сожалению, ему удалось сломать мой меч. К счастью, ему не удалось сломать мою волю к победе. Для этого ему надо было меня убить, а я, как видишь, - Килге воткнул саблю в песок, сделав ещё один шаг к Примере, - жив и умирать не собираюсь. Ах да, пожалуй, стоит дать возможность этой ситуации разрешиться без кровопролития, - рука Килге привычным жестом потянулась к лицу, в попытках поправить отсутствующие на носу очки, но "J" вовремя себя одёрнул. - Сдавайся, Койот Старк. Присоединись к другим арранкарам, что получили великолепную возможность умереть за Его Величество. Ты потерял всё. Но тебе есть от чего ещё избавляться.  Сначала от одиночества, что Айзен так и не помог тебе победить. А затем... Затем и от своей жизни, в которой бед было больше, чем смысла, - Килге слегка наклонил голову, глядя на арранкара исподлобья. - У тебя не будет возможности закончить свою жизнь лучше.

+2

5

Усталость. Обреченность. Отчаяние.  Старрк  непроизвольно втянул голову в плечи:  это – я?  Или это моя сила выжимает из этого нелепого существа жалкие остатки эмоций? Ошметки того, что давало ему жизнь? 
Васталорд наклонил голову, глядя исподлобья. Что? Что ты говоришь, человек?  В голосе захватчика-квинси безжизненно перекатывались мелкие стеклянные бусы.
Пустой  склонил голову набок, прислушиваясь к словам.  Человек больше не пах отчаянием. Он радовался – шальной радостью конкистадора, нашедшего путь к заветной стране Эльдорадо.
Почему ты торжествуешь, квинси?
Твой меч сломан, твои товарищи – мертвы, твоя жизнь  - на волоске, оборвать который может любое дуновение ветра.
Так в чем причина твоего триумфа?

Васталорд недоверчиво смотрел на приближающегося квинси.
Джаггерджак? Слово отозвалось  раздражающим чувством– будто какой-то ком  застрял в горле, мешая вдохнуть.
Об этом стоило бы подумать но этот несуразный захватчик продолжает источать свои многословные восторги, а значит…
Придется сначала разобраться с ним.

Казалось, даже Вечный ветер затаился, прислушиваясь.
Старрк сделал шаг навстречу человеку, тщательно выверяя каждое движение, каждый вдох.
Слова пришлого квинси  гулко звучали в тишине.
- Умирать? Опять умирать? – ветер ударил в спину, вздымая вокруг напружинившегося, как перетянутая струна, васталорда, мелкие облачка песка.  Холодный воздух будто сдирал паутину с сознания Пустого, делая эмоции ярче.
Вкуснее.
Ком в горле взорвался хриплым клекотом:
-  Щедрое предложение, квинси. Однако… -  Васталорд  криво усмехнулся: - Почему ты считаешь, что тот, кто не встал за Императрицу, захочет умиреть за Императора?
Половина лица, не скрытая под маской, исказилась в непонятной гримасе:
- Твой Император тоже хочет изменить мир, положив в его основание чужие жизни? И тоже трусит биться за него сам?
Песок струился, серебрясь  в неверном свете  Луны, будто стремительно утекающее в небытие время.
- Моя жизнь закончится не так, квинси. Уходи.
Старрк  стоял напротив человека и смотрел на него.
Он все еще не хотел вступать в схватку.
Но что-то подсказывало ему – столкновение неизбежно.
[NIC][NIC]Coyote Starrk[/NIC][/NIC]
[STA][STA]Волк Пустыни[/STA][/STA]
[AVA][AVA]http://s8.uploads.ru/drjX7.jpg[/AVA][/AVA]

+2

6

Без боя не сдастся. Очевидно и предсказуемо, как восход солнца. В независимости от склада характера, в Шаттенберайх он добровольно не шагнёт. Потому что имя ему - Вастолорд и Примера Эспада. Обладатель права - нет, скорее так: Права! - отказать Штернриттеру. И Право это зовётся силой. Слабый подчинится или умрёт. Сильный умрёт, но не подчинится. Вернее, приложит все усилия, чтобы умереть, но не подчиниться. Поправка важная, ведь Килге неспроста получил статус тюремщика и звание капитана Ягдарми. Это его миссия, его задача - приводить арранкаров в армию Императора живыми.
Тем не менее, вопрос прозвучал. Не в ожидании того, что Койот сложит лапки и поднимет белый флаг, пользы от такого результата не больше, чем шёлка от одной гусеницы. Цель - услышать ответ. Ибо после него прояснится и то, насколько Старк готов к предстоящему бою, и то, способен ли он принести пользу Его Величеству.
И видит Император - Килге доволен ответом. "Тот, кто не встал за Императрицу..." Твоё одиночество куда могущественнее тебя самого, Койот Старк. Поэтому ты черпаешь из него силу, верно? Убегаешь от прошлого, становясь зверем. Скоро ли ты поймёшь, что вершина пищевой цепи - это не дикий хищник, а охотник? Одиночество и свобода... вполне объяснимые желания для такого, как он. Проблемное и неблагодарное дело - требовать от арранкара чего-то более сложного. Но, хвала Императору, в Ванденрейхе хватает дрессировщиков, имеющих достаточно терпения, сил и умений, чтобы заставить этого зверя в один момент погавкать, в другой - дать лапу, а в нужный час отправиться на убой против шинигами. Император сломал Тию Халлибел, чей характер порождён сталью и кремнем - что ему одичавшая и растерявшая всё тень Койота Старка?
Внутренние края бровей моментально опустились, стоило арранкару заявить о трусости Императора. Койот Старк совершает ошибку. Подобной фразой можно заслужить медленную и мучительную смерть.
- Проводя пальцем по лезвию, можно порезаться, арранкар, - злобно выдохнул Килге, говоря на пол-тона выше, чем обычно. - Будь осторожнее в своих словах. Его Величество ведёт нас, своих детей, к новому миру, над которым ты иронизируешь! - гордо воскликнул Опье, поднимая взгляд в небо и широко разводя руки. - И каждый из нас готов отдать жизнь за сотворение этого мира и за Его Величество! Потому как всё, что мы имеем - это его дар!
Пустыне безразлична тирада Килге, и пропащий арранкар, стоящий перед ним, не оценит значимость подобных фраз. Но "J" плевал на это с самой высокой башни Зильберна. Он говорит не окружению, а себе. Сам факт, что сейчас Килге произносит эти слова - доказательство силы, принадлежащей ему, и высочайшей степени преданности идеалам Ванденрейха; что одно, что другое - причины, по которым он выжил в Уэко Мундо. Килге опускает руки, ухмыляясь. Взгляд в сторону Койота полон надменности и высокомерия.
- Ты прекрасно знаешь, что я не уйду, арранкар, - протянул Опье, прищурившись. - И я с удовольствием посмотрю, насколько ты будешь блистать в бою без своей маленькой подружки, заменявшей тебе занпакто, - рука Штернриттера вытянулась в сторону Койота.
Эта возможность великолепна во многом благодаря отсутствию Лилинетт Джинджербак. Килге трезво оценивал свои силы: битва против Примеры Эспады в высвобожденном состоянии... Сказать, что это было бы непросто - умолчать о девяноста процентах сложности такого поединка. Но сейчас Килге может победить. И потому на поражение нет права. Даже при условии, что полученная две недели назад рана, что Опье наскоро залатал с помощью походной фельдшерской сумки, ещё даёт о себе знать. На крайний случай есть Рансотенгай. Килге будет сражаться даже с одной рукой и ногой или с полностью переломанными костями. Победа любой ценой.
Очки потеряны, форма испачкана песком и кровью, а местами и вовсе разорвана, сабля, оставленная торчать в песке, сломана… Не самый презентабельный вид для показа величия Ванденрейха. Но приходится работать с тем, что есть. В конце концов, победа останется победой, даже при столь неказистом обрамлении.
- Моё имя - Килге Опье, арранкар! - в ладони Опье скапливается рейши, в огромном количестве. - Капитан первой Ягдарми и Штернриттер "J", - в голосе уже не слышно гневных ноток, только гордость за Ванденрейх и его, Килге, место в Незримой Империи. - Потрудись же запомнить имя того, кто сломает твою свободу!
Уэко Мундо - настоящая кладезь силы для квинси. Прямо сейчас мириады сгустков духовной энергии вытягиваются из окружения, формируя светящийся комок рейши между пальцев "J" - и сразу же поглощаясь Штернриттером. Жаль, что вся местная живность разбежалась, чувствуя скорый поединок и не желая оказаться в него случайно втянутым. Жаль - ведь тогда Килге смог бы поглотить и её! Но и окружающего рейши хватит.
Это будет великолепная атака.

Отредактировано Quilge Opie (2017-04-30 09:46:43)

+2

7

Было глупо надеяться, что человек просто развернется и уйдет.  Но что-то, запрятанное глубоко под  маской,  вынуждало экс-Примеру предложить  ему это...  Теперь васталорд  с сожалением смотрит  на  квинси. Квинси  в ярости.
Император пользуется любовью своих людей? Интересно...
Из нашептанного песком и ветром  складывалась совсем иная картина… Впрочем, непохоже, чтобы этот человек  лгал – слишком  горяча его злость.
Чем твой бог платит за твою преданность, квинси?
- Ты не учел одного, квинси. Я – не один из вас.  Мне плевать на мир твоего Императора.
Надменный взгляд квинси Старрк встретил угрюмым взглядом глаза-в-глаза.
Сражение. Он попытался вспомнить – случалось ли ему сражаться после того, как его стая рассыпалась голубыми искрами над фальшивым городом в никому не не нужном бою?
Не смог.
Впрочем, вряд ли этого  человека волнуют такие тонкости…
Если бы Старрк умел читать мысли, он бы поморщился.  Потому что рассуждения квинси  скребли изнанку сознания, как камень скребет стекло – с рвущим душу в клочья надсадным скрежетом.
Если бы Старрк умел читать мысли, то решимость квинси вызвала бы, возможно, его уважение.
Если бы…
Но он не умел.
Он лишь видел – тот, кто назвал себя Килге Опье, твердо намерен драться. Независимо от его, Старрка желания. Несмотря на запах кое-как залеченной раны, исходящий от него, несмотря на странное, похожее на  отвращение чувство, которое  нет-нет, да скользнет в его чуть прищуренных глазах.
И тогда арранкар ударил – просто волной силы. 
Поток реяцу должен был смести все на своем пути… Должен был…
Если бы Старрк знал о квинси чуть больше, чем нашептали ему песок и ветер…
Он бы не попался так просто.
А теперь – теперь он чувствовал, как выплеснутая реяцу тает, меняет структуру и, поглощенная  противником, делает его атаку  сильнее.
Проклятье!
Упасть, уворачиваясь от удара?
Короткое движение – и в лицо  квинси летит горсть песка.
Очень просто.
Очень по-человечески.
Слишком по-человечески для того, кто был Примерой Эспада.

Отредактировано King of the Souls (2017-04-30 11:20:38)

+2

8

Авторитет проистекает из силы. Всякий, имеющий в своём активе личную встречу с Его Величеством, не может думать иначе. А тот, кому посчастливилось принять в дар часть его силы...
Можно ли сказать, что Бах любит квинси, как родных детей? И можно ли вслед за этим воскликнуть, что и квинси любят его как отца? Отношения большой "семьи" Ванденрейха весьма сложны. Во-первых, Его Величество - строгий отец. Строгий достаточно, чтобы наказывать за проступок смертью, что подразумевает готовность сынов и дочерей положить голову на эшафот, в случае необходимости. А во-вторых, квинси для него больше, чем дети. Особенно, те, что испили его крови и приняли шрифт, символ великой связи с Императором. Тот, кому посчастливилось принять в дар часть его силы, можно сказать, разделил с Бахом душу. Его Величество преподнёс им часть себя, своей жизни, и вполне естественно требовать взамен полной отдачи. Нет никого могущественнее Императора, но он делится силой, помечая избранных детей. Что приводит к весьма простой мысли: Штернриттеры и Его Величество нужны друг другу. Нужны для войны, которой живёт Бах. Нужны для смысла жизни остальных квинси.
Задай Старк вслух вопрос об использовании Императором любви своих людей, Килге ничего бы не ответил. Зверю с маской на лице не понять, насколько глубока связь между родоначальником всех квинси и его многочисленными отпрысками. Ни у Пустых, ни у шинигами нет первоисточника их рода, живого бога, ведущего за собой. Именно поэтому они слабее и обязаны склониться перед Незримой Империей.
Губы Опье на мгновение тронула ухмылка, тут же скрывшись за непроницаемостью камня. Конечно, тебе наплевать, Койот Старк. Ты был зверем, ты попытался приобрести что-то человеческое, служа Айзену, но в итоге досталось тебе только разочарование. Как тут не плюнуть на всё в этом мире?
- Не беспокойся, - ни единой эмоции, ни на лице, ни в голосе, - ты увидишь наши методы мотивации арранкаров. Я с удовольствием дождусь дня, когда из твоей звериной пасти станет слышно: "За Его Величество!"
Эх, не получилось целиком выдержать безразличный тон. На последней фразе "J" позволил ядовитым и злорадным ноткам прокрасться в голос. Но такова ахиллесова пята в бетонном самообладании Килге - попытки очернить имя Императора по-настоящему выводят из себя.
Цунами из реяцу, исторгнутое арранкаром, удивляет. Не только давлением, что и впрямь способно убить кого-то послабее, но и самим фактом появления. Внутренние края бровей Опье поползли вверх - от этой привычки избавиться почему-то сложно - неужто арранкары ничего не знают о способностях квинси? Или Койот Старк, на самом-то деле, сдался и хочет умереть? Во всяком случае, Килге и глазом не моргнул, впитывая мощное, пропитанное бесконечными скитаниями по Пустыне реяцу, одновременно формируя шесть Хайлиг Пфайль вокруг вытянутой руки. Грех не воспользоваться ошибкой противника, что бы за ней не стояло.
Рейши дрожит, накаляя воздух своей неимоверной плотностью. Священные Стрелы уже получили мысленный приказ сорваться в сторону наглого арранкара, дабы поставить его на место - но какой же фарс оказался заготовлен для Опье! Подобный номер Килге не просчитал, столь простой и дешёвый - но совершенно неожиданный. Ха, как же, сдался! Старый волк цепляется за жизнь зубами и когтями, равно как и за своё драгоценное одиночество. "J" машинально прикрывается свободной рукой, пряча глаза. В сей же момент все шесть стрел высвобождаются, рванув в сторону Койота. Прогремели взрывы, вздыбив песок, укрывший противника от взора. Попал, не попал - не разобрать. В момент столь нелепой "атаки" со стороны арранкара Опье на мгновение потерял его из виду.
- Это не то, что я ожидаю увидеть от тебя, Эспада, - стряхнув с рукава песок, ровно проговорил Килге.

Отредактировано Quilge Opie (2017-04-30 13:02:18)

+2

9

Методы убеждения, говоришь? Упав на песок, васталорд мгновенно откатывается в сторону – вовремя. Слепящи-яркие на фоне серого неба стрелы вспарывают песок в том месте, где секунду назад была его голова.
Бьешь на поражение, квинси? Или… пугаешь?
- За его Величество? 
Рывком поднявшись, Старрк втягивает воздух, пахнущий озоном. На короткое мгновение замирает, прислушиваясь к изменению потоков силы. Сожженные стрелами квинси песчинки безжизненно поблескивают в спутанных волосах.
Губы кривит мрачная усмешка:
-  Раньше рассвет займется над барханами Границы…
Песчаная пыль волной расходится от места  схватки, будто спасаясь бегством.
Старрк пристально смотрит на противника – что дальше? Он не торопится атаковать, лишь рука безотчетно шарит по поясу, нащупывая несуществующий пистолет.
Презрение в голосе? Ты много на себя берешь, квинси.
- Плох тот боец, чьи атаки ожидаемы.
У ног васталорда тают голубые стрелы.
Глаза, поблескивая, внимательно следят за каждым движением квинси.
Ладонь Старка ложится на рукоять короткого меча.
- Твоему Императору тесно в мире? Ему нужна Пустыня?
Резкое движение сонидо – и Пустой склоняется к уху врага, с губ срывается шипящий шепот:
- Пусть сам придет – и попробует взять. А ты – умрешь здесь, если не отступишься.
Снова стремительный рывок – и васталорд, замерев в паре шагов от квинси, нарочито-медленно вынимает из-за пояса меч, недоуменнывм взглядом скользит по лезвию. На тусклом мертвом металле золотится песчаная тонкая пыль.
- Ты  не трус, квинси. Мне не нужна твоя смерть. Я еще раз говорю – уходи. Я не стану тебя преследовать.
[NIC][NIC]Coyote Starrk[/NIC][/NIC]
[STA][STA]Волк Пустыни[/STA][/STA]
[AVA][AVA]http://s8.uploads.ru/drjX7.jpg[/AVA][/AVA]

+2

10

Промахнулся. Правда, ожидаемо. Выстрел случился без какого-либо прицеливания, в такой ситуации уповать можно лишь на удачу. Но не всё сразу, не всё сразу. Подарок Фортуны уже получен, далее идут в ход только собственные силы. Койот Старк носил первый номер в Эспаде... Для него это лёгкая разминка.
Или нет? Даже недалёкий заметит - экс-Примера далеко не в той кондиции, что имелась при нём во время службы Айзену. Возможно, песок в глаза Койот метнул из безысходности, не имея лучшего варианта? И атаки избежал лишь благодаря той самой удаче? Пока судить рано, бой ещё даже не начался. Прозвучал лишь выстрел в воздух, равносильный команде "Марш!"
Правда, арранкар по-прежнему не форсирует события. Боится? Ищет способ сбежать? Кто знает.
Попытка Койота придать себе значимости не вызвала ответной реакции. Тут можно развернуть целую дискуссию, сведя обсуждение к тому, можно ли назвать плохим бойца, чьи атаки предсказуемы, но при этом настолько сильны, что с ними не справиться, даже предвидя... Но кому оно надо? У Килге подобного желания нет, да и сам Койот, очевидно, бросил фразу ради фразы. Впрочем, рациональное зерно в ней есть. Безусловно. Только вот, в текущей битве именно Опье будет бойцом, чьи атаки непредсказуемы. Один раз Старк застал Штернриттера врасплох, так и быть. Но Старк не имеет ни малейшего понятия о способностях квинси, в то время как Датен, предоставленные Килге Императором, дают подробнейшее представление об арранкарах в целом и об Эспаде в частности.
Килге напомнит ему об этой фразе, когда поставит точку в поединке.
"J" не шелохнулся, когда арранкар в мгновение ока оказался перед носом. Занпакто в ножнах, ни единого движения, подразумевающего удар - у Койота нет намерения атаковать прямо сейчас. Конечно, есть у него козырь - Сэро, способное появиться без какого-либо жеста. Но Килге чувствует - не сейчас.
Однако, небольшое напряжение возникло: Койот невероятно быстр. Наверняка, уже не так, как раньше, но всё ещё быстр. Килге увидел момент движения - сонидо, как и сюнпо, это шаг, его отследить легче, чем Хиренкьяку. Но скорость перемещения заставляет призадуматься. Она сулит проблемы, много проблем.
Но Килге всё ещё держит за собой преимущество. Богатое частицами рейши окружение, Рансотенгай, что позволит перебороть противника в выносливости, Фольштендиг, при условии отсутствия у Койота рессурексьона, и самое главное - шрифт тюремщика, непреодолимый для арранкаров. В такой ситуации проигрывать нельзя.
- Ты говоришь серьёзно? - брови Килге опять поползли вверх. - Ты произнёс это, на полном серьёзе считая, что Пустыня принадлежит кому-то, кроме Его Величества?
Килге захлестнуло чувство превосходства над этим жалким скитальцем, целая волна, от одного края мыслей Опье до другого. Хотелось расхохотаться, громко, звучно, прямо в лицо этому зверю, что так носится со своим одиночеством, но при этом пытается защитить Пустыню.
Он не знает. Он ничего не знает! Как же это нелепо! Как же гордо должны звучать эти слова с его точки зрения, и как смехотворно они выглядят для капитана первой Ягдарми! Койот пытался задеть Килге, в очередной раз запятнав имя Его Величества? Да он лишь выставил себя полным дураком!
"J" всё же сдержал себя от излишнего изливания эмоций. Это подождёт, это будет кстати в конце схватки. Но вся насмешка, надменность и весь непрозвучавший торжествующий смех вложились в ухмылку Килге, нескрываемую и полубезумную.
- Уэко Мундо принадлежит Ванденрейху, арранкар! Императрица повержена и находится плену. Его Величество лично поставил её на колени, - глаза сверкнули огоньком предвкушения, так не терпится увидеть, наконец, Койота Старка в смятении. - Миссии наших Ягдарми - простая формальность! Это лишь вопрос времени, когда все до единого жители Пустыни склонят головы перед Его Величеством. Уэко Мундо уже принадлежит нам, - значительно тише закончил Килге.
И тут же одёрнул себя за неуверенность. Солдат Ванденрейха не сомневается - солдат Ванденрейха действует. И для действий самое время - меч противника почти обнажён... как и истинная причина, по которой экс-Примера медлит с битвой. В мыслях "J" мелькала мысль, что арранкар боится, но нет, нет. Койот... пытается его пощадить? Не хочет убивать? Вот так, значит? Что ж... это не существенно. Если на оскорбления Его Величества Килге реагирует бурно, то попытки задеть его собственное самолюбие обречены на провал. Не та цель для подобных уколов.
- Я оценил твою попытку оскорбить меня, - Опье протянул руку за спину, выхватывая сломанную саблю из песка. - Несмотря на бесполезность такого приёма, кое-что ты до меня донёс. Твою никчёмность, Койот Старк, - вокруг Килге вновь вихрями кружится рейши, впитываемое из окружающего пространства. - Для тебя хватит и сломанной сабли.
Прежде чем побеждать, нужно кое-что выяснить. Лишний раз оценить перемещения противника, увидеть точно, в какой он форме, оценить силу удара. Но для начала - заставить проклятого Эспаду двигаться. Он слишком высокого о себе мнения, со всей этой показной неторопливостью.
Сломанное лезвие сабли глядит на Койота - и тут же выпускает две Хайлиг Пфайль, забирая часть вытянутого из Пустыни рейши. Не долго думая, раздаётся второй залп, и третий, и четвёртый. Беги, зверь, беги! Покажи, насколько ты ценишь собственную шкуру!

Отредактировано Quilge Opie (2017-05-01 17:11:15)

+2

11

Слова пропали втуне, унесенные ветром, канули в песок – пеплом надежды. Песок примет все.
Старк с сожалением качнул головой. Жаль.
Убивать не хотелось. Старрк даже бросил короткий взгляд на скрытый пыльным мраком горизонт – но нет, не уйти.
Да и незачем.
Квинси тем временем с пафосом, достойным лучшего применения, вещал о победе своего Императора.
- Ты действительно веришь своим словам, квинси? Или – заставляешь себя верить? Пустыня – намного больше, чем ты себе представляешь. 
В глазах васталорда отражаются песчаные смерчики, поднятые буйством поглощаемой человеком рейши.
Квинси торжествует, сообщая то, о чем песок шепчет уже не первый день. Вот только.. .Трэс сломлена? На коленях? Недоверие блеснуло медной искрой на дне глаз васталорда.
- Лас Ночес- только часть Пустыни. Победив Императрицу, ваш Император лишь…- сорвал маску с лица Пустыни. Готов ли он увидеть ее истинное лицо? Каковы бы ни были планы пресловутого Императора, договаривать Старрк не стал.
Вместо этого метнулся в сторону, уходя от стрел. Еще вспышка – Пустыня щедра. Рейши, растворенной в песке, хватает на пропитание мелким пустым. Увы, Пустыня слепа -  так же ее хватает и на усиление атак этого квинси. Стрела со надрывным свистом вспарывает воздух у лица бывшего Эспады. Воздух стонет, как раненый зверь. Коротким движением тусклого мертвого клинка васталорд сбивает следующую стрелу в песок. Песок вскипает, поглощая энергию.
Старрк лениво перетекает на расстояние удара, однако все еще не спешит атаковать.
- Сломанная сабля? Ты действительно веришь в свою победу, квинси, или в тебе говорит отчаянье? 
Тусклый клинок подрагивает в опущенной руке – готовый мгновенно ударить.
Но васталорд все еще медлит, угрюмо глядя на противника.
Пустыня молча взирает на противостояние.
Она видела мириады боев.
Побежденный канет в песок. Победитель – тоже.
Нужно лишь подождать.
[NIC][NIC]Coyote Starrk[/NIC][/NIC]
[STA][STA]Волк Пустыни[/STA][/STA]
[AVA][AVA]http://s8.uploads.ru/drjX7.jpg[/AVA][/AVA]

+2

12

Разговор с бывшим Примерой заходит в опасное русло. Туда, где сомнений становится всё больше. И самое неприятное, точащее холод рассудка с назойливостью комара - Койот озвучивает уже имевшиеся в голове Килге мысли. Времени в распоряжении капитана первой Ягдарми имелось достаточно. Две недели скитаний по Уэко Мундо - две недели размышлений, приводящих к одному: говорить о контроле над пустыней, растянувшейся на многие и многие дали, даже не приходится.
И это непростительно для Штернриттера. Килге будто бы оспаривает слова самого Императора.
Это недопустимо. Но...
Ягдарми были отправлены в Уэко Мундо с настроем хозяев положения. Конкистадоры? Да им едва ли не вбили в головы, что Пустые и арранкары уже в их распоряжении, ведь Императрица пленена, и её народ беспомощен. Но Килге сразу понял, что это полнейшая ерунда. Несмотря на то, что у Пустыни была Тиа Халлибел, до неё - Айзен Соске, до него - Барраган Луизенбарн, большая часть жителей Уэко Мундо обитала разрозненно во всех уголках, подчиняясь лишь голоду. Вполне вероятно, было и есть множество Пустых, которые даже не знают, что кто-то из их собратьев - или пришлых шинигами - объявляли себя местными правителями. Но и те, кто знали... Пустые - это звери. Среди зверей полноценную монархию не построить. Так что, по мнению Килге, ни принятие бывшей Трес титула Императрицы, ни поражение от Его Величества практически не влияли на степень покорённости Уэко Мундо Ванденрейхом. Что было, то и осталось - дикие земли, наполненные чудовищами в масках.
Но тогда Опье ещё понимал, почему Император называет Уэко Мундо подконтрольным для них местом. Штернриттеры и профессиональная армия квинси с одной стороны, и разрозненные стаи "аборигенов" - с другой. Да, триумф Его Величества над Халлибел никак не повлиял на них. Им не скажешь, что они должны сдаться, потому что их правительница побеждена. Но пускай сражаются - они обречены на поражение! Говоря о том, что в любой момент можно заполучить сколько угодно арранкаров, Его Величество подразумевал, что Ванденрейх всегда может прийти и захватить их по праву сильного!
Но, вот незадача... дети Пустыни оказались готовы к битве за свободу - и к смерти за неё же. Причём, к печали Килге как вербовщика, лучшие из них успешно погибали, не желая служить квинси. Каждый раз, видя арранкара, отчаянно сражающегося с тяжелейшими ранами и не складывающего оружие вплоть до самой смерти, "J" оставалось только чертыхнуться.
Что толку от десятков слабаков, сдающихся чуть ли не сразу? Разве могут они достойно послужить Ванденрейху? А по-настоящему ценные кадры теряются.
В итоге, по ходу странствий первая Ягдарми редеет, боевой дух солдатов падает, а пленники - не все, но почти все - бесполезны и жалки. Можно ли сказать, что Уэко Мундо принадлежит Ванденрейху, если любой из его обитателей, способный биться до конца, сражается и уносит с собой в могилу хотя бы одного квинси? Можно ли сказать, что победив Императрицу, Бах подчинил себе Пустыню, если даже не все здесь об этом знают?
Можно ли сказать, что Пустые и арранкары не представляют никакой угрозы для Незримой Империи, если один из бывшей Эспады едва не убил Килге, а со вторым сейчас идёт бой, результат которого ни разу не ясен?
Хайлиг Пфайль не достигают цели, что не удивляет. Подловить такого противника непросто. Из цепочки рассуждений выводит приближение арранкара на опасную дистанцию. Килге даже несколько замешкался с тем, чтобы отскочить на пять метров назад с Хиренкьяку, задержавшись на треть секунды. Тут же даёт знать о себе рана: правый бок ноет, лишний раз напоминая Штернриттеру о поражении двухнедельной давности.
Нельзя дать Койоту ударить. Ещё одна серьёзная рана - о победе можно забыть. Хотя, одна мысль на такой случай у Опье всё-таки есть. Однако, это крайняя мера.
Но противник по-прежнему медлит. Ничего, кроме той воистину жалкой атаки (и атакой не назовёшь!), хотя никакого страха в словах и действиях арранкара нет.
Зато он успешно действует на нервы. С оскорблениями Его Величества Койот закончил, но вывел Килге из равновесия другим способом. Весьма раздражающим: указал на то, что Килге и так понимает, но загоняет куда подальше как противоречащее мыслям настоящего Штернриттера.
Сеять сомнения в разуме слуги Императора? Он за это заплатит.
- В чём должна быть причина моего отчаяния, арранкар? - с наигранным удивлением бросил Килге. - Ванденрейх вот-вот сокрушит остатки Готея. Наши Ягдарми хозяйничают в Уэко Мундо и успешно вербуют арранкаров, заставляя их умирать за наше великое имя, - Опье приложил все усилия, чтобы ничем себя не выдать на этой фразе, ни каплей сомнения. - Я вот-вот преподнесу Его Величеству Вастолорда-арранкара, что даст и пользу Ванденрейху, и славу лично мне. А вот ты! - Килге указал пальцем на Койота. - Ты начал разговор об отчаянии, Койот Старк? Почти вся Эспада мертва. С тобой в своём составе она проиграла войну с шинигами. Для Айзена, за которым вы волочились как собаки, вы оказались меньше, чем пешками - никчёмным мусором, который, возможно, будет полезен, а если нет - то и не страшно. Более того, - ехидная ухмылка, - ты потерял не только боевых товарищей, но и Лилинетт Джинджербак, что была с тобой одним целым. Вторую половину души. Маленькую слабую девочку-арранкара, что когда-то спасала тебя от безумия одиночества.
Раз Койот не хочет сражаться - придётся заставлять. Думается, не будет способа вернее вывести его из себя, чем упомянуть её.
- Всё, что ты можешь теперь - бродить зверем в этой пустыне и пытаться защитить свою шкуру от меня, то очерняя имя Его Величества, то играя в пацифиста, - взмах саблей, в Койота летят три Хайлиг Пфайль. - Поэтому... Не тебе ли быть в отчаянии, Койот Старк?!
Сабля наготове, из рукава левой руки показался крест квинси. На лице по-прежнему ехидная ухмылка, но Килге предельно собран и сконцентрирован. Вены Блюта работают на полную. Арранкар может атаковать в любой момент, и пока важнее не пропустить удар, чем нанести. Смотреть, следить, искать возможность.
Успешно подловив врага на контратаке, можно в один миг разрешить поединок в свою пользу.

+2

13

Воздух подрагивает от напряжения. Кажется, вот-вот посыплются искры… Проклятый квинси не намерен отступать.  Несмотря на тень сомнения в глазах, несмотря на отлично различимый чутким нюхом Пустого запах   спекшейся крови – а значит, не так давно он был ранен.
Старрк склонил голову, прищурив глаза – точно, движения чуть скованы. Впрочем, медленнее они от этого не становится. Этот упрямец станет серьезной проблемой.
С  губ квинси снова летят слова – насмешливые, исполненные чувства собственного превосходства.  Старрк усмехнулся, вспомнив – вечность назад, у Красных Песков, он  однажды видел тварь,  которая, заподозрив опасность для себя, раздувалась в огромный шар, и презрительно на всех поглядывая, стреляла острыми ядовитыми шипами. Отдача от «выстрелов» позволила  мелочи довольно быстро  укатиться в тени барханов,  но ее презрительного взгляда Старрк не забыл до сих пор.
Презрение, крепко настоянное на страхе. 
И насмешки не спасают.
Одиночество?
- Да что ты знаешь об одиночестве, квинси?!  - лицо васталорда каменеет, он  делает обманное движение вперед – с замахом мечом, все как положено. Ведь ты хотел вывести меня из себя, квинси? Так получай! – где-то на уровне дыры Пустого формируется синяя сфера, потрескивая от переизбытка энергии. Серо.
Примера коротко смеется – серо с едва различимым свистом летит в сторону квинси.  Слишком быстро для того, чтобы за ним можно было уследить взглядом.
Впрочем, Старрк знает, что серо не достигнет цели – знает еще в тот момент, когда отправляет его в полет.
Стремительно переместившись влево, он  атакует.
Пытается.
Тусклый клинок упруго вибрирует в руке, рассекая воздух.  Удар – не удар, скорее, проба сил, резкий разворот, попытка достать противника хоть кончиком меча.
И тут  же шаг назад. Нельзя дать достать себя.
Не сейчас.  Не важен исход поединка. Не важен даже исход войны.
Плевать на Готей, на Айзена, на  Императора!

Целую вечность  Старрк  не чувствовал себя живым.
С того самого боя над  миражом города.
Неужели действительно для того чтобы жить, нам необходимо убивать? Животное? Зверь?
С пересохших губ рвется смех:
- В отчаянии? - тусклый клинок рассекает воздух у самого лица квинси.  – Звери не впадают в отчаяние. 
Старрк с удивлением прислушивается к самому себе – как после долгого сна.
Кровь  в его жилах течет все быстрее.
Он и забыл, что быть не мертвым – это еще не значит быть живым.
- Спасибо, квинси.
[NIC][NIC]Coyote Starrk[/NIC][/NIC]
[STA][STA]Волк Пустыни[/STA][/STA]
[AVA][AVA]http://s8.uploads.ru/drjX7.jpg[/AVA][/AVA]

+2

14

Вот оно! Наконец-то! Самое время театрально сложить руки в молитве небесам, вознося благодарность за превеликие их деяния! Долго же пришлось вытаскивать из шкуры никчёмного арранкара-бродяги того, кто является целью Килге. Койот Старк, Примера Эспада. Теперь я вижу - это ты!
Зрение уходит на второй план, оставляя звание главного чувства для рейкаку. Что всегда и происходит в битве между сильными противниками. Килге видит, как пульсирует реяцу в ногах арранкара перед шагом в сонидо. Килге видит, что сотканный из рейши меч отведён в сторону с тем, чтобы вот-вот обрушиться на Штернриттера. И Килге успевает заметить скрытую за простым рывком атаку. Однако, всё происходит на невероятной скорости. Будь квинси уже в Фольштендиге - Сэро стало бы лишь кормом для Склаверая, но в текущий момент подчинение рейши бесполезно. Точнее - невозможно! Вены Блюта работают на пределе, и у Опье мелькала идея проверить их эффективность против атак противника... но только не против Сэро.
Рывок вправо, на максимуме возможностей, на грани возможной скорости. Бушующий поток реяцу проносится в сантиметрах от левой руки "J", в последний момент прижатой к телу. Разглядывать Сэро аки деревенский дурачок - позорная ошибка: боковым зрением виден новый замах, на сей раз не ложный. Проклятый арранкар совершенно не даёт времени на контратаку. Сломанное лезвие сабли встречает клинок из рейши, но противник продавливает блок. Сабля с силой отведена вправо - а в итоге и вовсе выбита из руки!
Удивление в глазах моментально сменяется заговорщическим прищуром. Довольная усмешка не делает ни единого намёка на боязнь всплеска силы арранкара. Замечательно. Победа казалась бы неполноценной, победи Килге того, кто не хочет сражаться.
В голове промелькнули двое соратников по ордену Штернриттеров, чьи способности, с точки зрения Опье, нивелируют любую гордость за победу над врагами Ванденрейха. Жизель Жевель и Яджума Пепе. Шрифт "L" заставляет врага любить Яджуму. Шрифт "Z" превращает противников в безвольных марионеток Жизель. И это они считают победой? Может быть, они полагают, что таким образом ломают волю врага?
Полная чушь, что одно, что другое. Победа зовётся таковой, когда её осознаёт побеждённый. Когда он сражается, отстаивая идеалы, защищая союзников или спасая собственную шкуру. Когда прикладывает максимум усилий, дабы не проиграть. Когда, видя умирающих товарищей, чувствует праведный гнев и жажду мести... либо же страх и желание сбежать. Когда, получив рану, бросается в последнюю атаку, собирая в ней всю волю к жизни, или падает в ноги, моля о пощаде. Когда понимает, что Ванденрейх не сломить, равно как и не дождаться жалости от его солдат. И когда враг, чувствуя пылающее рейши Хайлиг Пфайль, что пронзает ему сердце, кричит от боли и ужаса как умирающий зверь - вот что такое победа. Вот как выглядит противник со сломанной волей. Жизель же с Яджумой выглядят жалко со своими обожаемыми шрифтами. Им не ощутить истинный триумф солдата Ванденрейха.
Потому Килге ждал, пока Койот наиграется в пацифиста и покажет, наконец, истинный лик. "J" обязан - обязан! - сломить арранкара, когда тот будет сражаться всерьёз. Это особенно важно здесь, в Уэко Мундо, в бою с тем, кто пополнит ряды Ванденрейха. Уверенность в собственных силах у Койота всерьёз пошатнётся, что прибавит покорности воле Его Величества.
Понимание того, как всё это работает, необходимо для капитана Ягдарми.
Очередной удар - но как будто несерьёзный. Килге перемещается на три метра назад. Похоже, время шуток закончилось. Хотя, благодарность из уст Койота сразу же после фразы "звери не впадают отчаяние", приводит к ядовитой усмешке. Впору бы вовсе рассмеяться, но сейчас нельзя терять бдительность.
- Благодаришь меня? За то, что я помог познать твою сущность, зверь Уэко Мундо?
Страшно представить, чем завершился бы бой с Примерой, встреть его Килге два года назад. Даже сейчас чёртов арранкар опасен. Но у Старка больше нет козырей в рукаве... А вот для Опье настало нужное время для предпоследнего.
Ляйденханд заискрилась мириадами духовных частиц, обволакивающими тело Штернриттера. Рукава и ботинки покрылись вычурными их подобиями, над головой возник нимб в виде символа квинси. Распахнув слепяще белые крылья Фольштендига, Килге вытянул правую руку, продолжением которой стала рапира из рейши. "Для врагов Незримой Империи священные палачи должны выглядеть мрачно и ужасающе" - Килге не устанет повторять эту фразу.
- Ты ещё веришь в победу, зверь?
Грех не поддержать заблудшего арранкара, коли тот наконец понял, кем является. Слово "арранкар" слишком звучное. "Эспадой" Койот Старк перестал зваться, когда пал Айзен. Зверь. Ничего больше.
Фольштендиг - отличный повод показать Склаверай во всём великолепии. Рейши опять заструилось, обретая новую жизнь в подчинении квинси, но куда большими потоками, с огромного расстояния! Песок Уэко Мундо, кварцевые деревья, пара мелких безмозглых Пустых, рискнувших не бежать в панике как можно дальше от места поединка - всё это теперь формирует огромный сгусток духовной силы над головой Килге.
Вокруг рапиры образуется шесть Хайлиг Пфайль - и сразу же несутся в противника. Моментальное Хиренкьяку влево - и новый залп. Артерии Блюта увеличивают поражающую мощь во много раз - жаль, недостаточно, чтобы одним попаданием вывести Койота из строя. Но несколько таких залпов поставят его на колени, это лишь вопрос времени.
Один шаг до возвращения в Зильберн. Возвращения героем.

+2

15

Обжигающая волна радости ударила по нервам, как смычок по струнам – Старрку на миг показалось, что  воздух вокруг зазвенел. Он инстинктивно  подался в сторону – словно уходя от сокрушительной мощи прилива. Как раз вовремя – поток стрел проносится мимо. И неудачно – следующий вихрь взрывает песок у самых ног покачнувшегося  васталорда, запорашивая глаза, упруго бьет по тусклому металлу клинка – Старрк рефлекторно пытается закрыться мечом, но это бесполезно – острой болью пронзает плечо и руку чуть выше запястья. Черт. На мгновение сознание  будто тонет в черно-багровой пелене. 
На пределе восприятия васталорд слышит плач раненой Пустыни.  Яростное отчаянье  – чувство,  забытое давным-давно – выплескивается вовне пронзительно-синим разрядом серо. Еще. Еще. Они и вполовину не так стремительны, как надеется Пустыня. И как хотелось бы Старрку. 
Кровь – красная, горячая, - тяжелыми каплями падает на оплавленный песок.  Не прошло и мгновения.
Старрк, зло сощурившись, перекидывает клинок во вторую руку, и атакует. Раз за разом, не особенно приглядываясь к действиям противника:  васталордом движет лишь одно желание  - настичь. 
Изменения потоков реяцу вокруг он не видит, лишь чувствует резкий тревожный запах озона. Рессурекшен? Нет, у  этих оно называется как-то по-другому.  Неважно. 
Он не успевает. Он – не успевает!

Васталорд  яростно сжимает  рукоять тусклого мертвого клинка, бросает себя вперед – как  пулю из пистолета, весь в одном стремительном движении – рубя сверху вниз, по  противно  искрящемуся голубоватыми искрами нимбу, по жалкой пародии на крылья, по торжествующей физиономии зарвавшегося человечишке, потребовавшего боя…
- Верю?  Это неважно! – зло рычит  Старрк.
Надсадный вой Пустыни накрывает васталорда, как штормовой волной, и несет, несет… Не видя и не слыша ничего вокруг, васталорд яростно шепчет:
- Рвите, волки!
Шепот тонет в гулкой пустоте.
Тусклый клинок по-прежнему пляшет в опасной близости у горла квинси – еще мгновение назад казавшегося таким мягким, податливым и уязвимым.
Остается надеяться лишь на себя.
С воистину звериным рычанием вастлорд наносит удар – короткий, без замаха – такой сложно отследить, и почти невозможно парировать, особенно, если  оружие валяется в песке  в паре метров в стороне.
Движение – резкое, стремительное, рвущее жилы  -  кажется ему самому слишком медленным.
Верит ли он в свою победу?
Этого он не знает и сам.
Надеется.
Наверное.
[NIC][NIC]Coyote Starrk[/NIC][/NIC]
[STA][STA]Волк Пустыни[/STA][/STA]
[AVA][AVA]http://s8.uploads.ru/drjX7.jpg[/AVA][/AVA]

+1

16

Великолепно. Два попадания - не самый худший результат, ведь Койот прыткий как чёрти что. Вдобавок, теперь предельно ясно - игры в человека он оставил в стороне. А звери бьются до последнего. Шкура покрывается ранами, кости трещат и ломаются, глаза заливает кровь - но звери в бешенстве бросаются на угрозу жизни, даже когда понятно, что той жизни осталось самую малость.
Килге придаёт форму ещё четырём Священным Стрелам, с холодным садизмом в глазах наблюдая за раненым Койотом. Истекай кровью, волк. Я оставлю на тебе много ран. А потом, когда из тебя сделают цепного пса, с удовольствием навещу твою клетку и пройдусь по каждому шраму, чтобы ты не забывал этот бой.
Надо ударить ещё раз, пока волк не оправился от атаки - но нет, треклятый зверь уже сам показывает клыки! Четыре Хайлиг Пфайль встретили Сэро, впиваясь в синий поток энергии, разрывая реяцу разрушительной атаки. За поднявшимся в воздух песком, равно как и за искривлёнными клочьями рейши, в коих переплелась священная сила Рыцаря и первобытная энергия обитателя Пустыни, не увидеть следующее действие Койота. Надо обороняться. Вены Блюта стремительно наполняются духовными частицами. Килге скользит на десяток метров назад - в такой ситуации дистанцию следует увеличить. Склаверай наготове.
Покажи мне звериный оскал.
Ещё один поток реяцу, развеивающий завесу из песка - но к нему Опье готов. В паре метров от Штернриттера Сэро размягчается, тает, рассыпается на мельчайшие составляющие. Рейши собирается в бесформенную массу над головой, полностью подчиняясь новому хозяину.
И тут же третий! Да ты, верно, шутишь... Рапира Фольштендига пронзает синее Сэро, что тут же расплёскивается куда менее опасной "лужицей" из духовных частиц - а Склаверай не утихает ни на мгновение. Ослабленное и частично поглощённое, Сэро разбилось о Блют Вене, не запятнав светлый облик Звёздного Рыцаря.
Такими темпами, победа обещает быть лёгкой.
"Не важно". Да и без выкриков понятно, что не важно. Зачем зверю вера? Даже так: откуда у зверя вера? Есть инстинкты, злость, быстрые ноги и острые клыки. Многие века и тысячелетия такой набор позволял любому хищнику чувствовать себя королём собственного ареала обитания.
Пока не пришёл человек с ружьём. Человек, в отличие от животного, веру имеющий. Равно как и разум, позволяющий держать инстинкты в узде. Человек, чей титул венца эволюции не в силах оспорить ни один дикий зверь, вне зависимости от числа других зверей, что он загрыз и сожрал.
Но никто не скажет, что звери принимают этот титул смиренно. И не всякий человек справится с безумием загнанного в угол хищника. Именно поэтому Килге Опье и назначен капитаном первой Ягдарми. Он - не "всякий человек". Он в числе лучших.
Потому к натиску волка в маске "J" готов. Хотя, стоит признать, ярость противника превосходит любые прогнозы. Редкие моменты, когда Килге способен вклинить контратаку, на самом деле, лишь видимость шанса. Мало ткнуть рапирой в сторону противника - важно не прогадать с Блютом! Атака без Блют Артерие только рассмешит Койота, но пока Килге вынужден сконцентрироваться исключительно на венах... Однако, даже они не спасают на сто процентов.
Проклятье. Откуда у тебя взялось столько сил?.. Какие-то махи мечом - этой подделкой под занпакто! - блокированы рапирой. От некоторых удаётся увернуться, хотя каждое изменение положения корпуса вызывает приступ боли от недавней раны. Часть принимают на себя вены Блюта... И не защищают полностью! Да, остаются лишь жалкие царапины, никак не влияющие на боевую эффективность. Но сам факт, на пределе работающий Блют не гасит удары целиком - это ведь чёрт знает что! Страшно представить, что с венами Блюта сделает его Сэро.
Койот зовёт стаю - разумеется, безрезультатно. Будь ситуация несколько другой, Опье не преминул бы примерить на лицо гадкую ухмылку и сказать что-нибудь едкое. Но сейчас ситуация рассматривается им с другой стороны: зверь целиком отдался битве, нырнул с головой в инстинкты. Память подсказала команду Рессурекшена - он моментально произнёс её, даже не думая, что волки остались там, в войне двухлетней давности. Койот Старк выпускает на волю всё звериное, что только имелось и имеется в жизни. Значит, насмешки стоит отложить - а сейчас максимально сосредоточиться. Нет смысла язвить перед зверем, нужно следить за каждым взмахом когтей - непредсказуемым и резким - за каждым движением лап, направляющих в атаку на охотника.
Однако, это может стать хорошим шансом для нападения у самого Килге. В конце концов, нельзя победить противника, всё время обороняясь.
Рейши, поглощённое из двух Сэро Койота, покидает синеватый светящийся сгусток над головой Штернриттера, обтекая крылья и концентрируясь на лезвии рапиры в правой руке. Реяцу перетекает в артерии Блюта, готовые сделать любую атаку невероятно разрушительной. Килге резво движется вправо, острие рапиры стремительно разрезает воздух, готовясь вонзиться в левый бок арранкара. Одновременно вокруг оружия из рейши образуются пять Священных Стрел, расположенных под углом к лезвию и глядящих в разные стороны.
И в этот же момент зверь решает, что когти получили недостаточно крови.
В голове за доли секунды проносится множество мыслей. Увернуться? Возможно. Но может не получиться, а момент для атаки пропадёт. Атаковать - лучший выход, но размениваться ударами?.. В чью пользу оно будет - неясно. Впрочем, на такой случай есть Рансотенгай... Решено!
Заходя Старку с левого бока, Килге делает для защиты то немногое, что вообще возможно - прикрывается левой рукой. Но движение выходит запоздалым, и клинок арранкара рассекает, помимо предплечья, кожу и мышцы груди, от одного края до другого. Покарай тебя Длань Господня, животное... Но и сам Штернриттер не останавливается: рапира по-прежнему несётся в левый бок противника, и в момент удара в разные стороны разлетаются пять Хайлиг Пфайль, предвосхищая возможные направления, что Койот может выбрать для уклонения.

+1

17

Ноздри обжигает запах сгорающей рейши. Схватка достигла своего пика – квинси, может быть, и не чувствует этого, но Старрк знает. С каждой каплей крови, шипящей на раскаленном истерзанном песке, уходят секунды. В никуда.
Наоташь по нервам бьет презрительная злость человека. У этой злости новый, совершенно незнакомый вкус. Васталорд видел много боев. За яростью противников всегда есть что-то еще. Пустыми движет голод и отчаяние. Все просто – убей – или будешь убит. Синигами – страх и предопределение. Есть Пустые – значит, будут и синигами, чтобы их убивать. Его много раз хотели убить. Тогда, над фальшивым городом, у них даже получилось. Почти. Но квинси не хочет его смерти. Не просто смерти. Сломать. Втоптать в песок. Заставить склониться. Такое Старрк видит впервые, и будь у него хоть пара мгновений в запасе – он бы подумал об этом.
Но времени нет – в Пустыне вообще нет времени, но сейчас речь не об этом.
Секунды сгорают во взмахе тусклого мертвого клинка – не успевая стать временем. И стая больше нет, и воздуха, и сама Пустыня лишь невнятным мороком плавится за спиной. Удар, еще, еще – почти не глядя, лишь бы – достичь.
Опьяняющий запах чужой крови – такой теплой, такой живой! – будоражит душу васталорда. С пересохших растресканных губ срывается хриплый то ли вздох, то ли всхлип.
Слепящие синие стрелы  вспыхивают, обжигая глаза мертвенным светом, слепя и не давая следить за действиями противника.
Старрк глухо рычит, сминая пространство между собой и противником. Взрытый песок под ногами парит пыльной взвесью, царапающей горло на вдохе.
Плевать.
Отдышаться можно потом.
Или это вовсе станет неважным.
Застыв на миг, Старрк щурится, готовый ускользнуть от любой из стрел.
И – не видит, не видит, не успевает увидеть, ослепленный стремительными голубыми вспышками! – как слева рассекает воздух острый упругий клинок.
Бок взрывается обжигающей болью, из груди вырывается судорожный хрип – и васталорд валится на песок, будто землю выдернули из под ног.
Мгновение.
Перекат.
Встать – проклятье, как же медленно!
Сонидо – рвущий жилы прыжок.
Самому Старрку движение кажется медленным, словно он движется через плотный слой застывающей смолы.
Песок под ногами – черен от крови.
Пустыня молчит.
Схватка – проиграна?
Васталорд, хватая ртом воздух, смотрит на квинси.
Не важно.
Он будет биться до конца. Пока может.
Он не даст себя сломать.
[NIC][NIC]Coyote Starrk[/NIC][/NIC]
[STA][STA]Волк Пустыни[/STA][/STA]
[AVA][AVA]http://s8.uploads.ru/drjX7.jpg[/AVA][/AVA]

+1

18

Есть! Наконец!
Ещё одна отметина на теле Койота, куда более болезненная и опасная, чем предыдущие. Ещё один стежок, закрепляющий успех охотничьей миссии. Да, Килге и сам ранен. Но что с того? И даже больше: имеет ли эта рана хоть малый вес? Арранкар, погибший два года назад, машет клинком, вовсе мертворождённым - и это может остановить Священного Палача Ванденрейха? Это может считаться угрозой ему, благословлённому лично Императором?
Смех, да и только! И Килге смеётся - не в силах сдержать восторг, забыв про намерение отложить празднование до финала боя. Смеётся хрипло, надрывисто - смотри, Пустыня! Смотри и ужасайся! Один-единственный человек одолел тебя! Твой сильнейший сын бьётся за твои звериные законы - и проигрывает, отступает, сдаёт!
Бойся, Пустыня! Ты безмолвна - так продолжай молчать! Уже не с величием и взглядом свысока, но с трепетом, с паническим ожиданием дня, когда ты - целиком, несмотря на бескрайность - станешь игрушкой для Его Величества.
Поражайся, Пустыня! Поражайся тому, с какой лёгкостью человек плюёт на твою мнимую непокорность! Убеждай себя, что ещё не всё потеряно - сколько угодно, всё для тебя, любые фантомы и надежды!
И, наконец - умирай, Пустыня. Но не спеши! Ты не дождёшься быстрой смерти.
Как и ты, зверь. Ты не умрёшь раньше того часа, как направишься в бой под знамёнами Ванденрейха.
Смех стихает, уступая свистящему ветру. Мириады песчинок - одни счастливо проносятся мимо, другие на подсознательном уровне поглощаются Склавераем. Килге обожает эту силу. Порабощать, подавлять, подчинять! Что, как не Склаверай, подчёркивает экспансивную натуру квинси? Что способно более наглядным образом продемонстрировать врагам Империи, какая участь их ждёт?
Тишина не длится долго.
- Твоё мнение, зверь, - хрипящий, ядовитый полушёпот, - мы с тобой в равных условиях? Ты ранен, я ранен, - рапира, сияющая пуще прежнего, наставлена на Койота, голос прибавляет в громкости. - Говори, зверь! Считаешь ли ты, что ты удачно разменялся ударами?! - Хайлиг Пфайль сверкающей иглой пронзает воздух - нет, саму Пустыню! - устремляясь к противнику. - Давай, где твоя злоба? Неужто я вырвал её из твоего тела, когда проделал в нём лишнюю дыру? - ещё одна Священная Стрела, и следом сразу четыре - с прицелом на все конечности. - Ты ведь живучий, как матёрый волк! Тебе ещё рано забывать, как дышать! - ликование, надменность, издевательская ирония. - Позови свою мёртвую стаю! Как начнёшь слышать вой - поймёшь, что вскоре отправишься вслед за ней!
Вновь распаляется Склаверай, набирая то немногое из ближайшей территории, что ещё принадлежит Пустыне. Главное, не увлечься и не убить его на самом деле...
И вновь восторг, вновь душа и тело трепещут! Как спокойно он говорит о судьбе противника! О том, кто был Примера Эспадой! Он, Килге Опье, владеет жизнью этого арранкара! Он решит, какое будущее тому уготовано! По новой с презрением вспоминаются Жизель и Пепе - бред, вздор, ерунда! И рядом не стоит с настоящим покорением и порабощением!
"Для врагов Незримой Империи Священные палачи должны выглядеть мрачно и ужасающе" - каким видишь меня ты, зверь? Подсказывают ли тебе инстинкты - коли разум ты решил оставить позади - сколь ты жалок перед моим священным ликом?
Килге срывается с места, россыпь духовных частиц скользит под ногами. Взгляд направлен Койоту прямо в глаза - загляни и узри, никчёмный зверь, кому ты смел дерзить!
Замах - рапира из раскалённого добела рейши ищет новую порцию крови. Пожалуй... Я лишу тебя желудка. В этот раз - живот.
Плачь, Пустыня. Возможно, Койот Старк услышит твои рыдания. Возможно, ему будет проще сдаться, зная, что хоть кто-то оплакивает его страдания.

+1

19

Смех квинси безумием рвет воздух, этот смех выворачивает наизнанку сознание, заставляя усомниться в реальности происходящего. В искристый песок падают капли – тяжелые, темные, гулкие, как сама вечность. Песок впитывает кровь – мгновенно, не оставляя и следа, будто ее и не было.
Когда все закончится, на песке и ряби не останется…
Васталорд, стиснув зубы, замирает на мгновение, слушая черный гул в ушах.  Смех стихает – поглощенный хищным безмолвием Пустыни.
Обманчиво-медленно воздух вспарывает голубая стрела – он неторопливо, лениво даже, уклоняется. Оскорбительные, требовательные выкрики тонут в патоке молчания Уэко-Мундо, давая васталорду возможность – не отвечать на них.
Пустыня милостива.
Вспышки синих стрел отражаются в глазах Старрка.
Последний дар отступающей Пустыни – мимолетное предвидение.
Уворачиваясь от этих стрел, он неминуемо подставляется под удар рапиры.
Либо – уворачиваясь от рапиры, оказывается на пути следующей партии стрел.
Либо – не видя ни зги от ярости и отчаянья, бросается на противника снова и снова – так, как сейчас, не считаясь с собственными ранами, и умирает в броске, даже не поняв, что проиграл.
Либо – обессиленный, валится на мертвый выжженный песок, и квинси, не веря в столь легкую победу, осторожно трогает его носком ботинка.
Плохо. Значит ли это, что шансов у него нет?
Что Пустыня уже запомнила его поражение?
Поражение, которого он еще не потерпел?
Иссушеный до соленой горечи ветер бесшумно струится песчаной взвесью, сгорая в пламени торжества квинси.
Пустыня молчит.
Ей все равно, кто своей кровью напоит песок – на смену павшему Старрку придет кто-то еще, так всегда бывает. Пустыня может ждать – у нее впереди вечность.
У Старрка этой вечности нет – и он, ломким, кажущимся невозможным для живого существа движением бросает себя вперед, вверх и в сторону, одновременно ловя рукой жгущую плоть подрагивающую голубую стрелу.
Чтобы в следующий миг метнуть ее обратно.
Вслед стреле, малозаметные в ее сиянии, несутся синие сферы Серо.
Последним, завершающим рывком – успеть прикрыться от чужого удара.
Неловко вывернутая рука, тусклый клинок между васталордом и алчно светящейся рапирой.
На один миг медленнее, чем нужно, чтобы полностью блокировать удар.
Но достаточно быстро – чтобы перевести его из колющего в режущий.
Длинный темный порез на бедре моментально набухает кровью.
Пустыня молчит.
Она знает – бой окончен.
Она не унизит васталорда своей жалостью.
[NIC][NIC]Coyote Starrk[/NIC][/NIC]
[STA][STA]Волк Пустыни[/STA][/STA]
[AVA][AVA]http://s8.uploads.ru/drjX7.jpg[/AVA][/AVA]

+1

20

Нет? Ещё не сдался? Ухмылка - не ядовитая, не ехидная, но хищная, под стать тем, на кого он охотится! Пора, зверь пора!
Койот хватает Священную Стрелу, и - какая дерзость! - звериная рука запускает её обратно владельцу. Милый подарок, только вот, за такое оскорбление придётся заплатить болью. Прими как данное, зверь, такие как ты могут расплатиться с Ванденрейхом только болью - и ещё верной службой, конечно же. Крыло Бискиэля встречает стрелу, с голубоватыми искрами отбивая в сторону.
Сэро? Ещё и не одно? Сколько угодно, зверь! Попытка показать, что сил ещё полно? Обманывай свою мать-Пустыню, но не того, чьё главное призвание - справляться с подобными тебе! Твои силы, твоё былое величие, твоя стойкость - они едва не истощились ещё до начала боя! Всплеск истинной сущности - дикой, звериной - лишь ненадолго поднял тебя над землёй, но пора обратно. Сапог Штернриттера с радостью безумного палача будет вбивать твоё тело в песок, чтобы ты как следует попрощался с Пустыней!
Это навсегда, Койот Старк! Ты прощаешься с ней навсегда!
Склаверай не прекращет порабощение ни на секунду - теперь он с жадностью впился в синие сгустки чужеродной энергии, разрывая на мельчайшие частицы, присоединяя к духовной силе нового владельца. Уэко Мундо как никакое другое место подходит для квинси, для их сражений. Жалкие способности Пустых - корм для силы Штернриттеров. Это ли не ярчайшее доказательство права Ванденрейха на владение Пустыней?! Это ли не аргумент тому, что квинси - истинные конкистадоры здесь, в этом безжизненном молчаливом мире?!
Но Сэро полумёртвого волка сильны. Даже ослабленные более, чем в половину, они с первобытной яростью бьют по венам Блюта, обжигая кожу и сметая крохотные частицы рейши с великолепных крыльев Священного Палача. Потерпи, Бискиэль. Это ерунда. Хорошим вариантом для полного нивелирования повреждений стал бы уход в сторону или назад - но только не сейчас! Только не в момент, когда нужно наседать! Когда нужно мчать вперёд, бить, прокалывать плоть непокорного зверя, через боль принося волю Его Величества! В момент, способный принести победу - прямо здесь, прямо сейчас!
Распускаются другие крылья - победной эйфории. Они невидимы глазу, но направляют руку Опье едва ли не с большей эффективностью, нежели сияющие творения Фольштендига.
Вены Блюта уступают очередь артериям. Недовольный взгляд, опущенный на мёртвый клинок Койота - успевает, ублюдок! По крайней мере, успевает ослабить удар. Рапира скользит в сторону, удар в живот невозможен - но пылающее яростным рейши лезвие рассекает бедро зверя. Есть! Ещё одна метка Тюремщика из первой Ягдарми! Ещё один шаг зверя к новому будущему! Несомненно, светлому и великолепному!
Мысли собраны в пульсирующий комок - продолжать, не останавливаться, не дать ни шанса на передышку! Шесть Священных Стрел - максимум для одного залпа у Килге - полукругом высятся над нимбом и крыльями. Койот прямо перед ним, раненый, держащийся на одной силе воли - давай, попробуй избежать кары Звёздного Рыцаря, последней в этом акте! Две стрелы ищут целью локтевые суставы, ещё две нацелены на колени, и последние - на ступни. Обезвредить и обездвижить, не дать сбежать, не позволить себя убить в попытке уйти от Истинного Правосудия!
И обезоружить не помешает тоже. Одновременно с залпом Хайлиг Пфайль, рапира мчит в сторону держащей меч кисти. Полоснуть по запястью, заставив выронить меч - что ты будешь делать тогда, зверь? У тебя ведь даже нет настоящих когтей и клыков! Даже зверь из тебя вышел неудачный!
Глаза блестят нездоровой радостьь, Бискиэль сверкает ярко как никогда. Человек побеждает зверя! Квинси побеждает Пустыню!

+1

21

В ушах гулко стучит.
Безжизненный сухой воздух, из которого что-то – васталорд знает, что, и глаза из-под спутанных волос зло сощурены – выжгло саму жизнь, раздирает легкие.
Дышать все труднее.
Торжество квинси, пахнущее соленой кровью и ржавым металлом, звенит в воздухе, отдаваясь в висках тупой болью.
Но он все еще двигается быстро –  быстрее, чем хотелось бы безумному квинси, но -  медленнее, чем нужно для того, что бы иметь хоть один шанс.
Кровь черными каплями падает на песок – чтобы мгновенно вспыхнуть синеватым сполохом в неистовом урагане силы.
Капли жизни васталорда станут крупинками силы его убийцы?
Шутки судьбы изящны, как удар в висок.
Васталорд хватает пересохшим ртом выхолощенный воздух, чувствуя разгоряченной кожей – все.
Стрелы – снова шесть, не может он больше, что ли? – еще не сорвались в полет.
Прыжок – навстречу им, острие одной вспарывает щеку, другая застряла где-то в предплечье – плевать, он сам – выстрел, главное – достать.
Ощутив движение слева, он коротко взрыкивает, пытаясь блокировать удар.
С треском, рвущим душу, лопается тусклый металл неживого меча.
Даже удивительно, что только сейчас. – Безразличная мысль ничуть не замедляет движения.
С губ рвется то ли стон, то ли вой, то ли крик – тот, кого когда-то звали Койот Старрк, вцепившись  скрюченными окровавленными пальцами в горло квинси, рвет ненавистную плоть.
По-звериному.
По волчьи.
С кем поведешься.
Пустыня молчит. Поверженным – забвенье и молчанье.
А победителей в этом безнадежном бою – нет.  Пусть квинси и считает себя таковым.
Пустыня уже оставила свой едва заметный след в нем.
А значит,  ее победа – только дело времени.
Времени, которого у него больше – нет.
Сдохни, тварь! - звучит беспомощно и бессмысленно. Как молитва. Как мольба.
Впрочем, это ни то, ни другое...
Ненависть - и она канет в песок так же, как все остальное.
Как он сам.
[NIC][NIC]Coyote Starrk[/NIC][/NIC]
[STA][STA]Волк Пустыни[/STA][/STA]
[AVA][AVA]http://s8.uploads.ru/drjX7.jpg[/AVA][/AVA]

+1

22

Последние струйки рейши стекаются к величественному нимбу. Огромная территория вокруг иссушена, выработана. То, что принадлежало Пустыне, теперь его, только его.
И речь не об одних лишь крупицах духовной силы.
Однако, зверь продолжает оспаривать волю Императора. Он не согласен! Ха, смех да и только! Пустынный бродяга даже в такой ситуации бросается на глашатая Ванденрейха!
В глазах Килге, горящих безумием, блеском отражается лезвие мертворождённого меча Койота. Уши заглушает предсмертный вой этого проклятого лезвия. Лучше поздно, зверь! Лучше поздно, чем никогда! Осколок острием пронзает безжизненный песок - и тут же рассыпается синеватым свечением, услужливо кланяется, переходя в подчинение Склаверая.
В глазах Килге, заволоченных предстоящим зрелищем - капитан Первой Ягдарми преподносит в подарок Его Величеству вастолорда! - отражается бессильная злоба истощённого зверя, загнанного охотниками. Койот хочет умереть - и при этом продать свою никчёмную шкуру как можно дороже. Что ещё остаётся? Но смерть послужит Койоту счастливым избавлением.
Священные Палачи действуют по-другому.
Зверь воет, и Килге готов поклясться шрифтом - он услышал возглас тысячи волков одновременно. Брови поползли вверх, глаза распахнуты - удивлённо и почти испуганно, будто Опье снова семнадцать и он впервые очутился в Уэко Мундо, во время одного из пробных забегов в мрачный мир Холлоу.
Пустыня? Это Пустыня решила над ним подшутить?!
Да пусть она подавится никчёмными попытками сбить с толку!
Когтистая лапа?.. Нет, это рука Койота Старка. Человеческая. Он ведь неудачный зверь, точно. Но что она делает на горле Килге? Почему?
Почему он ещё не свалился полумёртвой тушей на обожаемый им песок?! Он уже проиграл! Он уже покорился!
Килге ведь видел!..
Зубы скрипят, горло дерёт от невозможности вдохнуть. От неожиданности Опье заваливается на спину, но инстинкты Тюремщика используют шрифт вперёд него самого. К моменту, как сияющие крылья "J" принялись плавить песок, а левая рука отчаянно вцепилась в запястье зверя, силясь ослабить удушающую хватку, квинси и арранкар уже находились внутри дарованной Килге силы Императора.
Килге может покинуть клетку. Койот - нет.
Но много ли от этого толку, пока треклятый волк прижал Штернриттера к земле, медленно выдавливая из того жизнь? Зверь ослаб, это чувствуется. Но, похоже, отчаянный звериный порыв задействовал последние резервы, хранившиеся на такой случай
- Ты-ы!.. - хрипло исторгает Килге, осатанело глядя на Койота.
Решение не заставляет себя ждать. Лезвие рапиры осыпается, укорачиваясь чуть больше, чем вполовину. На такой дистанции нужно лезвие покороче. Всё так же левая рука пытается освободить горло от нечеловеческой хватки, а правая, переходящая в рапиру, приходит в безумие - дёрганое, бешеное, почти отчаянное. Лезвие колет всюду, куда только может дотянуться - левая рука, левый бок, живот, левое бедро. В локоть, под рёбра, куда-то в район почек, над коленом, в плечо, в желудок! Раскалённое гневом Звёздного рыцаря - праведным гневом, видит Император! - лезвие из рейши стремительно жалит и ранит, преследуя цель вывести, наконец, зверя из строя.
Он слишком много себе позволяет!
Он слишком долго сопротивляется воле Его Величества!
И видят небеса - пускай лишь чёрные небесные своды Уэко - он слишком уверен, что его жизнь равноценна жизни Штернриттера!

+1

23

Ты победил меня здесь и сейчас, квинси. Но ты напуган. Твой страх пахнет кровью. Горячей, соленой, я уже почти ощущают на губах ее вкус.
Твой страх делает меня слабым.
Он лишает меня воли  – и я  не в силах заставить себя разжать сведенные судорогой пальцы, сжимающие твое горло. Это унизительно. Ты с трудом отдираешь мою руку от своей глотки,  и ужас в тебе вопит: «Дышать, дышать, жить!»
Паника заставляет тебя наносить удар за ударом – там маленький ребенок не только наступает ногой на страшное чудовище – паука, но и с наслаждением размазывает его по асфальту .
Но ты не испытываешь наслаждения.
Уже  - нет.
Тобой распоряжается всего лишь страх.

Смешно. Смех пенится на губах, обметывая их – черным.
Квинси, ты  не отличаешься от нас. Почти ничем. Кроме того, что ты считаешь  себя – правым.
Так чего стоит твоя победа?

Он не пытается увернуться или как-то защититься от ударов. К чему?
Все кончено.
Он ослеп. Он не видит торжества в глазах победителя, лишь чувствует его клокочущее бешенство. Не видит кисейного дрожания рейши.
Он оглох – он не слышит ветра Пустыни. Лишь хриплое дыхание Тюремщика.
Он обескровлен, обессилен, беспомощен.
Но он не сломлен.
…Из тела Уэко Мундо будто бы выдрали кровоточащий лоскут. Оставляя назойливый запах горелой плоти, песчинки сгорают голубым пламенем, отделяя этот кусок от остальной Пустыни. На песке придавленной гусеницей  корчится в бесплодной попытке подняться тот, кого когда-то звали Койот Старрк.
Поверженный.
Побежденный ли?
Холодный, пронизывающий ветер усиливается, бросая в лицо победителю горсти песка.
В свисте ветра чудится вой Стаи.
Только чудится.
[NIC][NIC]Coyote Starrk[/NIC][/NIC]
[STA][STA]Волк Пустыни[/STA][/STA]
[AVA][AVA]http://s8.uploads.ru/drjX7.jpg[/AVA][/AVA]

Отредактировано King of the Souls (2017-06-20 11:22:47)

+1

24

Укол за уколом - нервно, напряжённо. В глазах полыхает неверие в реальность ситуации. Дьявольская нелепость! Выйти против зверя в статусе охотника, почти победить - и оказаться задушенным в самом финале действа, вмятым в песок лапами умирающего хищника! Ха-ха-ха! Вот так, да? Так умирает первая Ягдарми?
Но хватка, обжигающая горло чужеродной реяцу, слабеет. Сила вытекает из Койота каплями крови, тянется к матери-Пустыне, объединяясь с песком в багровые комки.
Мёртвым песком. Потерявшим все до единой крупицы духовной силы - они принадлежат Тюремщику из Ванденрейха. Он забрал их по праву сильного.
Килге судорожно вдыхает, отцепив наконец скрюченные пальцы Койота. Нервный оскал - Рыцарь взмывает на крыльях Бискиэля, отмахиваясь Священной Стрелой. Раскалённое рейши пробивает зверю ладонь, что пару секунд назад едва не отправила Опье на встречу с нерадивыми подчинёнными.
Ещё один глубокий вдох. Близко, очень близко. На самой грани жизни и смерти... Но Килге устоял.
Вычурные сапоги Фольштендига находят под собой белый песок. "J" уже снаружи клетки, но вплотную к блестящим синими искрами прутьям. Койот Старк - там, внутри. Он смеялся в последних попытках вырвать из Штернриттера жизнь, но это не имеет значения.
Дрессировщики знают свою работу. Возможно, Койот ещё будет смеяться. Как минимум, один раз - когда в бою под знаменем Незримой Империи выдохнет в последний раз.
О да, перед смертью он, несомненно, будет хохотать как безумец. С блеском в глазах встретит долгожданное забвение и конец рабской жизни.
Однако, до этого ещё далеко. Сначала Койота Старка будут перемалывать Священные Палачи, пока он не забудет, что вообще был арранкаром.
Килге несколько секунд буравит взглядом поверженного вастолорда, выравнивая дыхание. Крылья Фольштендига тускнеют, медленно осыпаясь светящимся рейши. Ляйденханд забирает Совершенную силу обратно. А Опье, глядя на угасающую рапиру, одаряет мир вечной ночи торжествующим хохотом. Недолгим - горло тут же дерёт сухой кашель. "J" пошатывается, почти что падает, но в итоге лишь оказывается коленями на песке. Безумно глядя на белые крупицы Пустыни, он содрогается от восторга, перебирая песок пальцами.
Не зря Килге триумфовал заранее! Не зря чувствовал победу! Он понял, что победил, ещё когда освободился от хватки Старка, но сейчас - в полной мере осознал победу!
Вастолорд! Примера Эспада!
Сражён, втоптан в песок, переломлен вместе с Аспектом Смерти, полученным от Айзена, и звериной сущностью, унаследованной от Уэко Мундо!
Адреналин отступает, по телу прокатывается волна боли. Ожоги от Сэро, глубокие порезы на руке и груди... Ох. Ещё и рана с прошлой битвы открылась - бинты пропитаны кровью. Похоже, Килге чересчур активно нашпиговывал зверя лезвием рапиры. Но никто не говорил, что будет легко! Ohne Fleiß kein Preis*, и Опье грех жаловаться на уплаченную для победы цену - это ведь цена его жизни, в том числе. А раны исцелятся.
Серия выискивающих взглядов, и Килге находит в десятке метров от себя сломанную армейскую саблю, выбитую из рук по ходу поединка. Поднявшись, медленно шагает к ней. По ходу дела "J" подносит палец к уху, мягким нажатием активируя переговорное устройство.
- Капитан первой Ягдарми, Килге Опье, - чинный говор, как ни в чём не бывало. - Первая Ягдарми захватила вастолорда-арранкара. Подготовьте к моему прибытию группу для приёма пленника. Оповестите дрессировщиков. Выделите камеру, - Килге криво усмехнулся, подбирая саблю и скрывая сломанное лезвие в ножнах. - И начните среди солдат отбор в первую Ягдарми. На замену погибшим.
По ту сторону связист то что-то спешно бормочет, то выкрикивает, не сразу поняв, что вообще происходит.
Судя по всему, меня считают мёртвым и не ждут.
Ха...
Опье шагает к клетке - медленно, размеренно. Койот, небось, решил, что у него есть передышка, прежде чем дрессировщики примутся за дело? Нет, животное. Нет. Перед тем, как тени Шаттенберайха уведут их обоих в Зильберн, Килге создаст в руке Хайлиг Пфайль и пробьёт насквозь колени и локти пленника. Для пущей безопасности.
А уж потом...
Килге измождённо ухмыльнулся, окидывая взглядом безжизненные барханы.
Партия с Пустыней завершена.
Белые начинают и выигрывают.

+2


Вы здесь » Bleach: New Arc » Hueco Mundo » Эпизод 2: Цена жизни


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC